Первый шаг носит дипломатический характер. Тегеран намерен призвать окружающие государства не участвовать в том, что Иран называет американской экономической войной. Цель — не допустить, чтобы соседи помогали обеспечивать санкции или содействовали ограничению иранской торговли. CA
Если соседняя страна все же присоединится к американскому давлению, Резаи заявил о готовности считать ее враждебной и наносить удары по ее интересам. Доступные публикации не уточняют, какие именно объекты или виды деятельности имеются в виду. Поэтому это предупреждение следует воспринимать как широкую угрозу ответных действий, а не как обнародованный оперативный план. LC
Наиболее серьезная часть заявления касается энергетики. Резаи сказал, что в случае участия соседей в американской кампании «ни одна капля нефти» не покинет Персидский залив и Ормузский пролив. Он также пригрозил воздействовать на другие маршруты вывоза нефти из Персидского залива — в том числе на альтернативные пути, призванные обойти пролив. I
При этом надежных данных о том, какие именно альтернативные маршруты имелись в виду и какие действия против них может предпринять Тегеран, нет. Это важная оговорка: заявление обозначает угрозу более масштабного срыва поставок, но не содержит публично подтвержденной тактической схемы.
Предупреждение прозвучало на фоне войны, начавшейся после ударов США и Израиля по Ирану 28 февраля 2026 года. В ответ Тегеран попытался установить контроль над Ормузским проливом, а атаки и ограничения резко сократили коммерческое судоходство. По данным Brookings, страхование многих судов стало недоступным либо непомерно дорогим, а моряки не хотели проходить опасный маршрут — в результате пролив фактически оказался закрыт. CB
Ормуз — это не просто точка давления в двустороннем противостоянии США и Ирана. Это главный морской вход в Персидский залив и один из важнейших мировых маршрутов поставок энергоносителей. Если ограничения будут распространены на дополнительные экспортные коридоры, экономические последствия выйдут далеко за рамки непосредственного конфликта.
Представитель МИД Ирана Исмаил Багаеи назвал готовящиеся меры «экономическим терроризмом». Он отверг попытки Вашингтона заставить банки, компании и транспортную инфраструктуру других стран прекращать законную торговлю с Ираном, расценив вторичные санкции как требование США распространить свою юрисдикцию на независимые государства. RYK
Глава иранского МИД Аббас Арагчи также отверг риторику Трампа об «экономическом Дне Д». По его словам, принуждение не заставит Тегеран пойти на уступки. Иранские власти заявляют, что дипломатия остается возможной на условиях, приемлемых для Тегерана, однако переговорный процесс между США и Ираном, в том числе по вопросу Ормузского пролива, остается заблокированным. GN
Американская кампания направлена не только против иранских организаций, но и против всей сети, которая позволяет Ирану продолжать торговлю. Министр финансов США Скотт Бессент заявил, что страны должны выбрать: поддержать Вашингтон или столкнуться с последствиями. Администрация также пригрозила мерами против правительств, компаний и финансовых учреждений, предоставляющих Ирану экономический «спасательный круг». NRB
Бессент описал стратегию как сочетание уже действующей блокады и «самых жестких санкций в истории». Вашингтон также призвал Китай присоединиться к кампании давления. R
Позиция Пекина делает эффективность кампании особенно неопределенной. Reuters со ссылкой на данные Kpler сообщило, что в 2025 году Китай закупил более 80% нефти, вывезенной Ираном морским путем. R Если Пекин продолжит эти закупки, у Ирана останется крупный канал сбыта — даже при усилении давления США на судоходство, финансы и посредников.
Поэтому спор касается не только санкций против Ирана. Это также борьба за то, сможет ли Вашингтон заставить крупных торговых партнеров соблюдать американские ограничения и готовы ли они принять связанные с этим экономические и геополитические издержки.
Послание Резаи объединяет дипломатическое давление с лестницей эскалации: сначала не допустить участия соседних стран в американской кампании, затем наказать тех, кто все же присоединится, и, наконец, поставить под угрозу нефтяные маршруты, делающие такую поддержку возможной. Одновременно Тегеран напрямую связал санкционный спор с уже ограниченным судоходством через Ормузский пролив.
Наиболее осторожный вывод на данный момент таков: Иран сигнализирует о готовности расширить экономическое поле конфликта, если внешние правительства помогут изолировать страну. Конкретные цели и методы не названы, переговоры остаются в тупике, а Вашингтон движется к более широкому применению санкций. LIG