Криптовалюты, азартные игры и IT-гиганты под прицелом: ЕС придумал, как собрать на бюджет еще €11 млрд в год

Сбор с онлайн-гемблинга. 3-процентный сбор с чистой выручки операторов онлайн-казино является крупнейшей статьей дохода в просочившихся оценках. По прогнозам Комиссии, он может приносить около €1,9 млрд в год, или примерно €13,3 млрд за весь семилетний бюджетный цикл . Группа социалистов и демократов в Европарламенте ранее выдвигала похожее предложение со ставкой около 1% от оборота или выручки крупных операторов .

Налог на криптовалютные транзакции. В документе рассматривается введение налога в размере 0,1% от стоимости криптоактивов, участвующих в операциях резидентов ЕС. По предварительным расчетам Комиссии, это может принести от €3 до €4 млрд ежегодно . Поскольку оценки базируются на консервативных объемах торгов, итоговая сумма может быть и выше, если рынок криптовалют продолжит расти в течение бюджетного периода .

Налог на прирост капитала от криптоактивов. Отдельно и в дополнение к налогу на транзакции ЕС изучает возможность взимания налога на прирост капитала от продажи криптоактивов. Это могло бы приносить, по оценкам, от €1 до €2,4 млрд в год .

Налог на цифровые услуги. Детали конкретной ставки и базы для цифрового сбора в утекших документах проработаны меньше, но сама концепция — налог на крупные цифровые платформы со значительной пользовательской базой в ЕС, но ограниченным корпоративным налоговым присутствием — является давней мечтой Брюсселя . Европарламент последовательно выступает за такую меру, а более ранние предложения Ассоциации налогоплательщиков Европы моделировали корпоративный сбор, основанный на выручке, в размере €6,8 млрд в год для бюджета ЕС . Более широкий пакет новых собственных ресурсов, лишь частью которого являются эти четыре пункта, должен достичь как минимум €60 млрд в год .

Важно понимать, что эти цифры — предварительные. Комиссия охарактеризовала их как вероятную недооценку, сделанную на основе консервативных базовых сценариев. Окончательный дизайн и даже само включение каждого из налогов будут определяться месяцами политических переговоров .

Политический лабиринт: амбиции против единогласия

Чтобы любой из этих налогов стал законом ЕС, предложение должно пройти через уникально сложную процедуру утверждения.

Европейский парламент уже официально высказался в поддержку новых источников дохода. В своей апрельской позиции по MFF парламент проголосовал за бюджет в размере 1,38% от валового национального дохода ЕС — это выше предложения Комиссии в 1,26% — и прямо одобрил новые собственные ресурсы, которые генерировали бы около €60 млрд в год . Депутаты добавили, что если некоторые предложенные источники финансирования будут отклонены государствами-членами, следует найти альтернативные .

Однако это голосование носит рекомендательный характер. Реальная власть находится у Европейского совета, где любое решение о новых налогах на уровне ЕС требует единогласия всех 27 стран-членов . Даже одно национальное правительство может заблокировать весь пакет. Учитывая громкую оппозицию со стороны ряда стран любым мерам, которые можно заклеймить как «новую налоговую власть ЕС», путь к единогласному одобрению выглядит тернистым.

Совет еще не занял формальную позицию по конкретным сборам на криптовалюты и азартные игры. Утекший документ Комиссии лишь устанавливает стартовую линию для дебатов, которые растянутся до 2026 года и, возможно, далее.

Инфраструктура для криптоналога уже существует

Хотя сами налоговые предложения новы, машина, которая понадобится ЕС для их сбора, — нет. Два знаковых законодательных акта ЕС — MiCA и DAC8 — уже создали нормативную базу и инфраструктуру прозрачности, которая ляжет в основу любого криптосбора на уровне ЕС.

Регламент MiCA (Markets in Crypto-Assets) предоставляет юридические определения, на которые опирается налоговая система. Восьмая поправка к Директиве об административном сотрудничестве, DAC8, четко согласована с терминологией MiCA для криптоактивов и поставщиков услуг, позволяя избежать дублирования административной нагрузки для компаний, уже регулируемых MiCA .

Директива DAC8 — это операционная основа. Она вступила в силу 1 января 2026 года и требует от поставщиков услуг криптоактивов, работающих в ЕС, автоматически сообщать о транзакциях клиентов-резидентов ЕС национальным налоговым органам . Затем эта информация передается между государствами-членами в рамках системы автоматического обмена информацией, предусмотренной директивой .

Говоря проще, DAC8 означает, что с 2026 года налоговые органы по всему ЕС уже получают детальные данные о том, кто, что, где и в каком объеме торгует на крипторынке. Будущий 0,1-процентный сбор с транзакций или налог на прирост капитала по сути добавит фискальный слой поверх уже включенного трубопровода прозрачности .

Кроме того, DAC8 согласован с международной системой отчетности ОЭСР по криптоактивам (CARF), что обеспечивает глобальную совместимость подхода ЕС и затрудняет уход от отчетности путем перемещения активности на площадки за пределами ЕС .

Что дальше

Предложения находятся на стадии изучения. Комиссия поделилась с национальными правительствами предварительными оценками доходов, но формального законодательного текста по криптовалютам, азартным играм или цифровым налогам пока не существует. В ближайшей перспективе задача — заручиться достаточной поддержкой в Совете, чтобы сохранить «корзиночный подход» политически жизнеспособным. Европарламент тем временем продолжит настаивать на амбициозном пакете доходов в рамках переговоров по MFF.

Для пользователей криптовалют, инвесторов и поставщиков услуг главный вывод таков: любой будущий налог ЕС, скорее всего, будет надстроен поверх системы отчетности, которую DAC8 только что привела в действие. Инфраструктура для отслеживания и налогообложения криптотранзакций на уровне ЕС больше не является теоретической — она работает. А вот появится ли политическая воля обложить налогом эти самые транзакции, пока остается вопросом на €11 миллиардов.