Переговоры США и Ирана показывают «небольшой прогресс», но ключевые споры мешают соглашению

Дипломатические переговоры между Соединёнными Штатами и Ираном продолжаются, но до окончательного соглашения пока далеко. Госсекретарь США Марко Рубио заявил, что в диалоге наблюдается «немного движения», или «небольшой прогресс», однако подчеркнул: фундаментальные разногласия между сторонами всё ещё остаются.

На нынешнем этапе переговоры скорее направлены на сокращение разрыва между позициями сторон, чем на подписание полноценного мирного соглашения. Наиболее сложными остаются два вопроса: иранские запасы высокообогащённого урана и правила управления судоходством в Ормузском проливе.

Рубио: есть «хорошие сигналы», но прорыва нет

В Вашингтоне оценивают ситуацию осторожно. По словам Рубио, переговорщики видят «некоторые хорошие сигналы» и ограниченный прогресс, однако путь к дипломатическому решению остаётся сложным.

Особенно остро обсуждается идея Тегерана о возможной системе сборов за проход через Ормузский пролив. Рубио заявил, что подобная схема была бы неприемлемой для международного сообщества, поскольку США считают пролив международным водным путём, который должен оставаться открытым и свободным для глобальной торговли.

Через этот узкий морской коридор проходит примерно пятая часть мировых поставок нефти и газа, поэтому любые изменения правил судоходства там имеют серьёзные геополитические и экономические последствия.

Пакистан как посредник

Переговоры во многом идут непрямым путём — через посредников. Одним из ключевых посредников стал Пакистан.

Министр внутренних дел страны Мохсин Накви несколько раз посещал Тегеран, передавая сообщения и предложения между американской и иранской сторонами. Сообщается, что он проводил встречи с министром иностранных дел Ирана Аббасом Аракчи, обсуждая возможные компромиссы и рамки будущего соглашения.

Такая «челночная дипломатия» позволяет сторонам обсуждать чувствительные вопросы, не вступая в прямые переговоры.

Главный ядерный спор: 60‑процентный уран

Самая сложная техническая проблема — запасы иранского урана, обогащённого примерно до 60%. Этот уровень значительно выше того, что требуется для гражданских атомных реакторов, и считается близким к оружейному уровню, поэтому вызывает серьёзные опасения у США и их союзников.

Вашингтон настаивает на том, чтобы этот материал был вывезен из Ирана в рамках любого будущего соглашения. Тегеран, напротив, предпочитает оставить уран внутри страны, но под международным контролем.

Разногласие о том, где и как должен храниться этот уран, остаётся одним из главных препятствий на пути к сделке.

Спор вокруг Ормузского пролива

Второй ключевой вопрос — статус и правила прохода через Ормузский пролив, который соединяет Персидский залив с мировыми морскими торговыми путями.

Иран выдвигал идеи, предполагающие усиление контроля над транзитом или даже введение системы сборов для судов. США категорически отвергают такой подход, утверждая, что любые новые ограничения подорвут принцип свободы навигации в международных водах.

Из‑за критической роли пролива в мировой энергетике этот вопрос стал одним из центральных в переговорном процессе.

Резкая реакция рынков на слухи о сделке

Финансовые рынки остро реагируют на любую новость о переговорах.

Сообщения о том, что стороны могут быть близки к рамочному соглашению, ранее вызвали резкое падение цен на нефть и рост фондовых индексов: трейдеры ожидали снижения геополитических рисков и стабилизации поставок энергии.

Однако позже выяснилось, что окончательной договорённости нет и ключевые вопросы — уран и Ормузский пролив — остаются нерешёнными. После этого нефть частично восстановила позиции, поскольку оптимизм на рынках ослаб.

Что дальше

Дипломаты считают, что переговоры всё ещё могут привести к промежуточному рамочному соглашению, если сторонам удастся сократить разногласия по двум главным вопросам: судьбе урановых запасов и правилам судоходства в Ормузском проливе.

Такой документ мог бы стать основой для более подробного долгосрочного соглашения.

Но если компромисс не будет найден, переговоры, вероятно, продолжатся без решающего прорыва. В этом случае мировые рынки, особенно нефтяной, могут и дальше резко реагировать на каждую новую новость или слух о ходе дипломатии.

На данный момент ситуация остаётся хрупкой: диалог продолжается, посредники активно участвуют, признаки ограниченного прогресса есть — но ключевые вопросы, которые определят будущее соглашение, пока остаются открытыми.