Банк ожидает, что темпы размещения новых облигаций ускорятся во втором полугодии . Это продолжает тенденцию 2025 года, когда эмиссия долгов гиперскейлеров уже превысила $100 млрд. Подразделение Morgan Stanley по управлению инвестициями ранее прогнозировало, что чистый прирост долга этой группы в 2026 году вырастет ещё на 30–50%, потенциально достигнув $130–$150 млрд .
Ни одна другая компания не иллюстрирует масштабы этого заимствования лучше, чем Amazon. Всего за несколько дней в июне 2026 года гигант продемонстрировал, насколько агрессивно он использует глобальные источники финансирования.
8–9 июня 2026 года Amazon завершил размещение инвестиционных облигаций на C$14 млрд (~$10 млрд) в канадских долларах — крупнейший корпоративный облигационный заём в истории этой валюты . Сделка побила предыдущий рекорд в C$8,5 млрд, установленный Alphabet всего месяцем ранее . Пятитраншевое размещение со сроками погашения от 3 до 30 лет вызвало огромный спрос: заявки превысили C$28 млрд .
Сразу вслед за размещением облигаций Amazon объявил о привлечении кредитной линии на $17,5 млрд с отложенной выборкой от консорциума банков, включая Citigroup, JPMorgan Chase, Wells Fargo, HSBC и BofA Securities . В отличие от стандартных облигаций, этот инструмент даёт Amazon гибкость: средства можно выбирать по мере необходимости до 30 сентября 2026 года, а срок погашения каждого транша составляет три года с даты выборки .
Amazon объявил, что планирует потратить $200 млрд на капитальные расходы на ИИ в 2026 году, и, по оценкам аналитиков, это уведёт его свободный денежный поток в глубокий минус . По имеющимся данным, с начала 2025 года компания заняла уже более $70 млрд в разных валютах .
Пока Amazon с лёгкостью привлекает рекордные суммы, опыт Oracle подчёркивает растущие кредитные риски, скрытые в долговой волне ИИ. Несмотря на формальный инвестиционный рейтинг, облигации Oracle с конца 2025 года торгуются со спредами, типичными для «мусорных» (junk) бумаг .
Цифры красноречивы. Кредитные спреды по облигациям Oracle более чем удвоились — с примерно 50 базисных пунктов в сентябре 2025 года до более чем 130 базисных пунктов к декабрю 2025 года, что является уровнем, не наблюдавшимся со времён финансового кризиса 2009 года . Доходность бумаг с купоном 5,2% и погашением в 2035 году выросла до 5,9%, превысив среднюю доходность высокодоходных («мусорных») облигаций . Кредитные дефолтные свопы (CDS) Oracle достигли максимума со времён Великого финансового кризиса, а рыночные обозреватели назвали их «барометром рисков ИИ» .
Распродажа была вызвана опасениями по поводу растущего долгового бремени Oracle — которое достигло $108,1 млрд к концу второго квартала 2026 финансового года — и скептицизмом инвесторов относительно того, принесут ли инвестиции в ИИ адекватную отдачу . Когда Oracle отчитался о капитальных расходах во втором квартале в размере $12 млрд (значительно выше ожидаемых $8,25 млрд) и повысил прогноз по CAPEX на весь 2026 финансовый год на $15 млрд, до $50 млрд, держатели облигаций, купивших бумаги на $18 млрд всего тремя месяцами ранее, зафиксировали бумажные убытки примерно в $1,35 млрд .
Несмотря на рыночную турбулентность, рейтинговые агентства пока не понизили рейтинг Oracle до «мусорного». Стратег UBS Мэттью Миш заявил в январе 2026 года, что понижение до «мусора» маловероятно в ближайшей перспективе, хотя возможно снижение на одну ступень — до низшей ступени инвестиционного рейтинга . Fitch подтвердил рейтинг Oracle на уровне BBB со стабильным прогнозом в феврале, а со-генеральный директор Oracle публично подтвердил приверженность компании поддержанию инвестиционного статуса .
Разрыв между официальными рейтингами Oracle и его рыночной ценой отражает более широкую настороженность, проникающую на кредитный рынок. Отчёт Morgan Stanley выходит в момент, когда некоторые крупные управляющие активами становятся всё более осторожными в отношении долгов, связанных с ИИ.
Fidelity стала одним из самых заметных голосов сдержанности. В конце 2025 года в публикации Fidelity Australia отмечалось, что фирма остаётся «в целом осторожной в отношении рисков падения, связанных с эйфорией на рынке CAPEX ИИ», хотя и готова выборочно участвовать в хорошо оценённых выпусках фундаментально надёжных эмитентов . Однако к середине 2026 года осторожность усилилась: согласно одному из отчётов, Fidelity активно избегала облигаций крупных Tech-компаний, тратящих средства на ИИ, включая Amazon, Alphabet, Meta, Microsoft и Oracle, ссылаясь на потоки нового предложения и минимальную дополнительную доходность .
Салман Ахмед, глобальный руководитель отдела макроэкономики и стратегического распределения активов Fidelity International, ранее открыл короткую позицию против инвестиционных корпоративных облигаций, утверждая, что цены слишком высоки, а экономический спад может привести к «настоящему взрыву» . В публикации за второй квартал 2026 года фирма отметила, что кредитные спреды «оставляют ограниченный запас для ошибки» . В отдельном материале Fidelity Canada назвал ИИ структурной проблемой для рынков частного кредита, предупредив, что технология может сделать традиционные программные решения устаревшими и подвергнуть риску как частный кредит, так и рынки синдицированных кредитов из-за их высокой доли в этом секторе .
Эта осторожность не остановила долговую лихорадку. Масштаб CAPEX на ИИ слишком велик, чтобы даже самые богатые денежными средствами компании мира могли финансировать его исключительно из операционных потоков. Учитывая прогноз Morgan Stanley об ускорении темпов и потенциальном превышении капитальных расходов гиперскейлеров отметки в $1 трлн уже к 2027 году, роль глобального рынка облигаций в финансировании революции ИИ только начинается .
Рынок уже активно оценивает то, что Мохамед Эль-Эриан назвал «риском разрушения» (disruption risk) — возможность того, что конечными бенефициарами ИИ могут оказаться не те компании, которые сейчас занимают сотни миллиардов для его создания. Когда инвестиционные бумаги торгуются с высокодоходными спредами, отмечает он, это сигнализирует о том, что стоимость капитала в секторе отрывается от текущих фундаментальных показателей и привязывается к будущей неопределённости .
Банк ожидает, что темпы размещения новых облигаций ускорятся во втором полугодии . Это продолжает тенденцию 2025 года, когда эмиссия долгов гиперскейлеров уже превысила $100 млрд. Подразделение Morgan Stanley по управлению инвестициями ранее прогнозировало, что чистый прирост долга этой группы в 2026 году вырастет ещё на 30–50%, потенциально достигнув $130–$150 млрд .
Ни одна другая компания не иллюстрирует масштабы этого заимствования лучше, чем Amazon. Всего за несколько дней в июне 2026 года гигант продемонстрировал, насколько агрессивно он использует глобальные источники финансирования.
8–9 июня 2026 года Amazon завершил размещение инвестиционных облигаций на C$14 млрд (~$10 млрд) в канадских долларах — крупнейший корпоративный облигационный заём в истории этой валюты . Сделка побила предыдущий рекорд в C$8,5 млрд, установленный Alphabet всего месяцем ранее . Пятитраншевое размещение со сроками погашения от 3 до 30 лет вызвало огромный спрос: заявки превысили C$28 млрд .
Сразу вслед за размещением облигаций Amazon объявил о привлечении кредитной линии на $17,5 млрд с отложенной выборкой от консорциума банков, включая Citigroup, JPMorgan Chase, Wells Fargo, HSBC и BofA Securities . В отличие от стандартных облигаций, этот инструмент даёт Amazon гибкость: средства можно выбирать по мере необходимости до 30 сентября 2026 года, а срок погашения каждого транша составляет три года с даты выборки .
Amazon объявил, что планирует потратить $200 млрд на капитальные расходы на ИИ в 2026 году, и, по оценкам аналитиков, это уведёт его свободный денежный поток в глубокий минус . По имеющимся данным, с начала 2025 года компания заняла уже более $70 млрд в разных валютах .
Пока Amazon с лёгкостью привлекает рекордные суммы, опыт Oracle подчёркивает растущие кредитные риски, скрытые в долговой волне ИИ. Несмотря на формальный инвестиционный рейтинг, облигации Oracle с конца 2025 года торгуются со спредами, типичными для «мусорных» (junk) бумаг .
Цифры красноречивы. Кредитные спреды по облигациям Oracle более чем удвоились — с примерно 50 базисных пунктов в сентябре 2025 года до более чем 130 базисных пунктов к декабрю 2025 года, что является уровнем, не наблюдавшимся со времён финансового кризиса 2009 года . Доходность бумаг с купоном 5,2% и погашением в 2035 году выросла до 5,9%, превысив среднюю доходность высокодоходных («мусорных») облигаций . Кредитные дефолтные свопы (CDS) Oracle достигли максимума со времён Великого финансового кризиса, а рыночные обозреватели назвали их «барометром рисков ИИ» .
Распродажа была вызвана опасениями по поводу растущего долгового бремени Oracle — которое достигло $108,1 млрд к концу второго квартала 2026 финансового года — и скептицизмом инвесторов относительно того, принесут ли инвестиции в ИИ адекватную отдачу . Когда Oracle отчитался о капитальных расходах во втором квартале в размере $12 млрд (значительно выше ожидаемых $8,25 млрд) и повысил прогноз по CAPEX на весь 2026 финансовый год на $15 млрд, до $50 млрд, держатели облигаций, купивших бумаги на $18 млрд всего тремя месяцами ранее, зафиксировали бумажные убытки примерно в $1,35 млрд .
Несмотря на рыночную турбулентность, рейтинговые агентства пока не понизили рейтинг Oracle до «мусорного». Стратег UBS Мэттью Миш заявил в январе 2026 года, что понижение до «мусора» маловероятно в ближайшей перспективе, хотя возможно снижение на одну ступень — до низшей ступени инвестиционного рейтинга . Fitch подтвердил рейтинг Oracle на уровне BBB со стабильным прогнозом в феврале, а со-генеральный директор Oracle публично подтвердил приверженность компании поддержанию инвестиционного статуса .
Разрыв между официальными рейтингами Oracle и его рыночной ценой отражает более широкую настороженность, проникающую на кредитный рынок. Отчёт Morgan Stanley выходит в момент, когда некоторые крупные управляющие активами становятся всё более осторожными в отношении долгов, связанных с ИИ.
Fidelity стала одним из самых заметных голосов сдержанности. В конце 2025 года в публикации Fidelity Australia отмечалось, что фирма остаётся «в целом осторожной в отношении рисков падения, связанных с эйфорией на рынке CAPEX ИИ», хотя и готова выборочно участвовать в хорошо оценённых выпусках фундаментально надёжных эмитентов . Однако к середине 2026 года осторожность усилилась: согласно одному из отчётов, Fidelity активно избегала облигаций крупных Tech-компаний, тратящих средства на ИИ, включая Amazon, Alphabet, Meta, Microsoft и Oracle, ссылаясь на потоки нового предложения и минимальную дополнительную доходность .
Салман Ахмед, глобальный руководитель отдела макроэкономики и стратегического распределения активов Fidelity International, ранее открыл короткую позицию против инвестиционных корпоративных облигаций, утверждая, что цены слишком высоки, а экономический спад может привести к «настоящему взрыву» . В публикации за второй квартал 2026 года фирма отметила, что кредитные спреды «оставляют ограниченный запас для ошибки» . В отдельном материале Fidelity Canada назвал ИИ структурной проблемой для рынков частного кредита, предупредив, что технология может сделать традиционные программные решения устаревшими и подвергнуть риску как частный кредит, так и рынки синдицированных кредитов из-за их высокой доли в этом секторе .
Эта осторожность не остановила долговую лихорадку. Масштаб CAPEX на ИИ слишком велик, чтобы даже самые богатые денежными средствами компании мира могли финансировать его исключительно из операционных потоков. Учитывая прогноз Morgan Stanley об ускорении темпов и потенциальном превышении капитальных расходов гиперскейлеров отметки в $1 трлн уже к 2027 году, роль глобального рынка облигаций в финансировании революции ИИ только начинается .
Рынок уже активно оценивает то, что Мохамед Эль-Эриан назвал «риском разрушения» (disruption risk) — возможность того, что конечными бенефициарами ИИ могут оказаться не те компании, которые сейчас занимают сотни миллиардов для его создания. Когда инвестиционные бумаги торгуются с высокодоходными спредами, отмечает он, это сигнализирует о том, что стоимость капитала в секторе отрывается от текущих фундаментальных показателей и привязывается к будущей неопределённости .