Почему издатели включают пункты о запрете ИИ

Маклин указывает на три основные причины, по которым пункты о запрете ИИ так быстро стали обязательными.

Страх перед ответственностью за нарушение авторских прав. По действующему законодательству США контент, полностью созданный ИИ, не подлежит авторскому праву, поскольку у него нет человека-автора . Бюро по авторскому праву США заявило в январе 2025 года, что «авторское право не распространяется на чисто ИИ-сгенерированный материал или материал, где недостаточно человеческого контроля над выразительными элементами» . Если разработчик использует инструменты генеративного ИИ, полученные активы могут быть незащищены или, что ещё хуже, могут нарушать авторские права тех произведений, на которых ИИ обучался. Маклин называет генеративный ИИ «скорее плагиаторской машиной», которая строила модели, используя бесчисленные охраняемые авторским правом работы без разрешения . Издатели опасаются, что столкнутся с исками о нарушении авторских прав, если в распространяемой ими игре окажутся активы, созданные ИИ.

Негативная реакция игроков и репутационный риск. Геймеры крайне негативно воспринимают контент, созданный ИИ. Согласно данным Steam, на которые ссылается Маклин, у игры с пометкой об использовании ИИ количество отзывов падает примерно на 53%, причём сами отзывы становятся более негативными . Издатели и студии включают пункты о запрете ИИ именно для того, чтобы избежать стигмы и, как следствие, падения продаж. В юридическом обзоре Linklaters за 2026 год отмечается, что «негативная реакция потребителей создаёт серьёзные репутационные риски: некоторые студии были вынуждены публично отказаться от использования генеративного ИИ, а другие столкнулись с дисквалификацией с отраслевых наград» .

Контрактная неопределённость и контроль издателя. Существующие издательские соглашения основаны на чётком авторском праве на результаты работы, но выводы генеративного ИИ размывают эту цепочку . Маклин подчёркивает: если разработчик внедряет в игру активы, созданные ИИ, издатель не может надёжно владеть ими или лицензировать их — и это нарушение может дать издателю основания расторгнуть весь контракт на разработку . В заметке Гарвардского юридического журнала объясняется, что, хотя авторское право неопределённо в отношении произведений, созданных ИИ, контрактное право может предоставить временные средства защиты издателям, которые могут составить соглашения, прямо запрещающие контент, созданный ИИ .

Что прогнозирует юрист по ИС

Маклин прогнозирует несколько исходов в юридической, потребительской и отраслевой сферах.

Юридические последствия

• Волна судебных исков. Маклин говорит: «Я думаю, мы увидим судебные иски» по мере того, как напряжение между незащищённым ИИ-контентом и существующими рамками авторского права будет порождать споры .
• Контракты как триггер для расторжения. Использование ИИ для создания ассетов, маркетинга, контроля качества или портирования теперь нарушает стандартные издательские соглашения. Такое нарушение часто формулируется как существенное, что позволяет издателю расторгнуть сделку и забрать или забросить проект .
• Невозможность передать авторские права. Поскольку ИИ не может владеть или передавать авторские права, даже добросовестная попытка лицензировать созданные ИИ активы терпит неудачу. Маклин говорит, что каждое издательское соглашение, которое она видела, технически нарушалось бы при использовании таких активов .

Последствия для игроков

• Больше игр с пометками и стигмой. Платформы могут потребовать раскрытия информации об использовании ИИ. Как уже отмечалось, одна только такая пометка может вдвое сократить количество отзывов на игру .
• Сужение допустимого контента. Игры, использующие созданные ИИ активы, могут быть вытеснены на периферию маркетплейсов, создавая двухуровневую систему, где игры, созданные людьми, получат коммерческое и репутационное преимущество.

Последствия для индустрии

• Пункты о запрете ИИ как новый стандарт. Маклин говорит, что даже небольшие студии-издатели включают их «просто для подстраховки» . Например, инди-издатель Hooded Horse публично заявил, что в его контракты теперь включён пункт «ни черта не использовать ИИ-ассеты» .
• Риск на уровне инструментов. Маклин специально предупреждает, что интеграция генеративного ИИ в Unreal Engine 6 даёт издателям триггер для «расторжения контракта» для любого проекта, использующего эти инструменты . Разработчик, использующий функции ИИ в UE6, может нарушить своё издательское соглашение, даже если издатель в остальном принимает этот движок.
• Профсоюзные и исполнительские гарантии. Соглашение об интерактивных медиа SAG-AFTRA 2025 года, ратифицированное 95,04% членов в июле 2025 года, теперь требует явного согласия и раскрытия информации для цифровых копий на основе ИИ и позволяет исполнителям отзывать согласие на создание нового ИИ-материала во время забастовки . Ожидается, что эта практика распространится и на независимые контракты.

Главный совет эксперта разработчикам

Главный совет Маклин разработчикам игр прямолинеен: «Не трогайте это. Овчинка выделки не стоит» . Риск расторжения издательского контракта, ответственность за нарушение авторских прав или потеря доверия игроков перевешивают любую выгоду от инструментов генеративного ИИ.

С ней согласны и другие юристы. Игровой адвокат Саймон Аллан посоветовал лондонской аудитории «обходить генеративный ИИ стороной» для ключевых активов, отметив, что большинство юрисдикций не предоставят авторские права на результаты работы ИИ, что делает владение ими невозможным . Правовой консенсус ясен: пока законодательство об авторском праве не догонит технологию, генеративный ИИ остаётся обузой для разработки игр.

Для разработчиков, уже использующих или рассматривающих генеративный ИИ, приоритетом должен стать анализ контрактов. Если в вашем издательском соглашении есть пункт о запрете ИИ — а он, скорее всего, есть — использование инструментов ИИ может стать существенным нарушением, которое положит конец вашей сделке.

Почему издатели включают пункты о запрете ИИ

Маклин указывает на три основные причины, по которым пункты о запрете ИИ так быстро стали обязательными.

Страх перед ответственностью за нарушение авторских прав. По действующему законодательству США контент, полностью созданный ИИ, не подлежит авторскому праву, поскольку у него нет человека-автора . Бюро по авторскому праву США заявило в январе 2025 года, что «авторское право не распространяется на чисто ИИ-сгенерированный материал или материал, где недостаточно человеческого контроля над выразительными элементами» . Если разработчик использует инструменты генеративного ИИ, полученные активы могут быть незащищены или, что ещё хуже, могут нарушать авторские права тех произведений, на которых ИИ обучался. Маклин называет генеративный ИИ «скорее плагиаторской машиной», которая строила модели, используя бесчисленные охраняемые авторским правом работы без разрешения . Издатели опасаются, что столкнутся с исками о нарушении авторских прав, если в распространяемой ими игре окажутся активы, созданные ИИ.

Негативная реакция игроков и репутационный риск. Геймеры крайне негативно воспринимают контент, созданный ИИ. Согласно данным Steam, на которые ссылается Маклин, у игры с пометкой об использовании ИИ количество отзывов падает примерно на 53%, причём сами отзывы становятся более негативными . Издатели и студии включают пункты о запрете ИИ именно для того, чтобы избежать стигмы и, как следствие, падения продаж. В юридическом обзоре Linklaters за 2026 год отмечается, что «негативная реакция потребителей создаёт серьёзные репутационные риски: некоторые студии были вынуждены публично отказаться от использования генеративного ИИ, а другие столкнулись с дисквалификацией с отраслевых наград» .

Контрактная неопределённость и контроль издателя. Существующие издательские соглашения основаны на чётком авторском праве на результаты работы, но выводы генеративного ИИ размывают эту цепочку . Маклин подчёркивает: если разработчик внедряет в игру активы, созданные ИИ, издатель не может надёжно владеть ими или лицензировать их — и это нарушение может дать издателю основания расторгнуть весь контракт на разработку . В заметке Гарвардского юридического журнала объясняется, что, хотя авторское право неопределённо в отношении произведений, созданных ИИ, контрактное право может предоставить временные средства защиты издателям, которые могут составить соглашения, прямо запрещающие контент, созданный ИИ .

Что прогнозирует юрист по ИС

Маклин прогнозирует несколько исходов в юридической, потребительской и отраслевой сферах.

Юридические последствия

• Волна судебных исков. Маклин говорит: «Я думаю, мы увидим судебные иски» по мере того, как напряжение между незащищённым ИИ-контентом и существующими рамками авторского права будет порождать споры .
• Контракты как триггер для расторжения. Использование ИИ для создания ассетов, маркетинга, контроля качества или портирования теперь нарушает стандартные издательские соглашения. Такое нарушение часто формулируется как существенное, что позволяет издателю расторгнуть сделку и забрать или забросить проект .
• Невозможность передать авторские права. Поскольку ИИ не может владеть или передавать авторские права, даже добросовестная попытка лицензировать созданные ИИ активы терпит неудачу. Маклин говорит, что каждое издательское соглашение, которое она видела, технически нарушалось бы при использовании таких активов .

Последствия для игроков

• Больше игр с пометками и стигмой. Платформы могут потребовать раскрытия информации об использовании ИИ. Как уже отмечалось, одна только такая пометка может вдвое сократить количество отзывов на игру .
• Сужение допустимого контента. Игры, использующие созданные ИИ активы, могут быть вытеснены на периферию маркетплейсов, создавая двухуровневую систему, где игры, созданные людьми, получат коммерческое и репутационное преимущество.

Последствия для индустрии

• Пункты о запрете ИИ как новый стандарт. Маклин говорит, что даже небольшие студии-издатели включают их «просто для подстраховки» . Например, инди-издатель Hooded Horse публично заявил, что в его контракты теперь включён пункт «ни черта не использовать ИИ-ассеты» .
• Риск на уровне инструментов. Маклин специально предупреждает, что интеграция генеративного ИИ в Unreal Engine 6 даёт издателям триггер для «расторжения контракта» для любого проекта, использующего эти инструменты . Разработчик, использующий функции ИИ в UE6, может нарушить своё издательское соглашение, даже если издатель в остальном принимает этот движок.
• Профсоюзные и исполнительские гарантии. Соглашение об интерактивных медиа SAG-AFTRA 2025 года, ратифицированное 95,04% членов в июле 2025 года, теперь требует явного согласия и раскрытия информации для цифровых копий на основе ИИ и позволяет исполнителям отзывать согласие на создание нового ИИ-материала во время забастовки . Ожидается, что эта практика распространится и на независимые контракты.

Главный совет эксперта разработчикам

Главный совет Маклин разработчикам игр прямолинеен: «Не трогайте это. Овчинка выделки не стоит» . Риск расторжения издательского контракта, ответственность за нарушение авторских прав или потеря доверия игроков перевешивают любую выгоду от инструментов генеративного ИИ.

С ней согласны и другие юристы. Игровой адвокат Саймон Аллан посоветовал лондонской аудитории «обходить генеративный ИИ стороной» для ключевых активов, отметив, что большинство юрисдикций не предоставят авторские права на результаты работы ИИ, что делает владение ими невозможным . Правовой консенсус ясен: пока законодательство об авторском праве не догонит технологию, генеративный ИИ остаётся обузой для разработки игр.

Для разработчиков, уже использующих или рассматривающих генеративный ИИ, приоритетом должен стать анализ контрактов. Если в вашем издательском соглашении есть пункт о запрете ИИ — а он, скорее всего, есть — использование инструментов ИИ может стать существенным нарушением, которое положит конец вашей сделке.