Почему судоходство через Ормузский пролив почти остановилось — и что это значит для нефти

При этом формулировка «ни одного зарегистрированного перехода» не означает, что в воскресенье пролив абсолютно никто не пересёк. AIS можно отключить, а часть данных поступает с задержкой или остаётся недоступной. Bloomberg ранее сообщал, что все шесть грузовых судов, которые он идентифицировал как прошедшие через пролив в одно из воскресений, отключили транспондеры. Поэтому наиболее точный вывод таков: наблюдаемое коммерческое движение рухнуло, а реальное число переходов невозможно надёжно подсчитать в режиме реального времени.

Почему суда держатся подальше от пролива

Проблема не сводится к обычным заторам. Судовладельцы одновременно сталкиваются с физической угрозой, военными ограничениями и отсутствием ясности относительно безопасных маршрутов.

Государственная нефтяная компания ОАЭ ADNOC заявила, что с начала конфликта 15 её судов подверглись атакам ракетами и беспилотниками во время прохода через Ормузский пролив. По данным компании, три нападения произошли за одну неделю, один член экипажа погиб, ещё 20 получили ранения. Сообщения о последних инцидентах различаются по точному числу атак и их атрибуции: ОАЭ обвинили Иран в нападениях на два связанных с ADNOC судна, тогда как сама ADNOC отдельно подтвердила атаки на свои суда.

Дополнительную тревогу вызвал и удар по энергетической инфраструктуре за пределами пролива. Связанные с Ираном хуситы заявили, что атаковали НПЗ Saudi Aramco в Джизане, а его перезапуск, согласно цитируемым Reuters сообщениям, отложили до 30 августа. Поскольку в предоставленных материалах ответственность за удар независимо не подтверждена, это следует рассматривать именно как заявление об атаке, а не как окончательно установленный факт.

Для судовладельцев и экипажей такой фон резко меняет расчёт риска. Ранее данные Kpler показывали, что танкеры разворачивались по пути к портам погрузки в Персидском заливе после предупреждений о запрете прохода. Другие суда, выйдя через иранский маршрут, останавливались в районе Оманского залива.

Нефть подорожала, но рынок не закладывает полную остановку поставок

Рынок отреагировал на атаки на танкеры, повреждение НПЗ и неопределённость вокруг открытия пролива быстрым ростом цен. 9 августа нефть Brent закрылась с повышением на 4,99%, до 87,72 доллара за баррель, а американская WTI подорожала на 5,05%, до 82,13 доллара.

Затем импульс ослаб. 17 августа Brent почти не изменилась на ранних торгах и стоила 88,72 доллара, тогда как WTI снизилась до 82,35 доллара. Это произошло несмотря на почти полное отсутствие наблюдаемого движения судов в выходные и отсутствие прогресса на переговорах.

Относительная стабильность цен не означает, что риск дефицита исчез. Скорее, трейдеры одновременно учитывают несколько сценариев: часть нефти всё ещё может перемещаться, запасы способны смягчить кратковременный сбой, а значительная часть немедленной геополитической премии уже могла быть заложена в котировки. Если перебои затянутся или атаки на суда и энергетические объекты продолжатся, вероятность нового скачка цен возрастёт.

Почему Ормузский пролив важен далеко за пределами судоходства

Пролив — ключевой маршрут для экспорта энергоресурсов из стран Персидского залива. Анализ Федерального резервного банка Далласа рассматривал сценарий, при котором закрытие пролива выводит с рынка почти 20% мировых поставок нефти. В этой модели средняя цена WTI поднимается до 98 долларов за баррель, а темп роста мирового реального ВВП в пересчёте на год снижается на 2,9 процентного пункта в рассматриваемом квартале. Это сценарная оценка, а не прогноз развития нынешнего кризиса.

Даже без полного закрытия затяжное замедление движения судов повышает стоимость доставки энергии. На рынок давят сокращение доступного танкерного флота, более длинные маршруты, усиленные меры безопасности и рост страховых премий. Затем эти расходы могут распространяться на транспорт, производство электроэнергии, промышленность и продовольственные цепочки поставок.

Последствия будут неодинаковыми для разных стран. Экономики, зависящие от импорта нефти, особенно уязвимы к длительному росту цен на топливо. В публикациях о Филиппинах приводилась оценка BMI, согласно которой прогноз роста экономики страны на 2026 год был снижен до 3,9% — примерно на 1,3 процентного пункта. Отдельный анализ MUFG оценивал, что каждое подорожание нефти на 10 долларов за баррель может уменьшать темп роста ВВП Филиппин примерно на 0,2 процентного пункта и добавлять около 0,6 процентного пункта к инфляции. Это модельные расчёты, а не уже зафиксированный эффект.

Главная переменная — продолжительность кризиса

Показатель «пять переходов в субботу — ноль в воскресенье» предупреждает о практической недоступности водного пути, но не даёт точной картины всех нефтяных потоков. Kpler уже фиксировал частичное восстановление движения: в отдельные дни танкеры и газовозы проходили через пролив после заявлений о его закрытии.

Именно поэтому важнее не один показатель за сутки, а длительность перебоев. Кратковременную остановку можно частично компенсировать запасами, изменением маршрутов и отдельными переходами судов. Продолжающаяся блокада или новые атаки сильнее ударят по доступности нефти и газа, стоимости перевозок и инфляционным ожиданиям.

На данный момент факты позволяют сделать осторожный вывод: движение через Ормузский пролив не обязательно стало буквально нулевым, но нормальное коммерческое судоходство практически разрушено. Пока безопасность не улучшится и не появится убедительная договорённость об открытии маршрута, ключевыми индикаторами будут число переходов, активность AIS и цены на нефть — именно они покажут, ослабевает ли кризис или превращается в более широкий экономический шок.