Война США, Израиля и Ирана не закончилась — она перешла в нестабильную паузу

Через шесть месяцев после того, как Израиль и США 28 февраля начали согласованные удары по Ирану, конфликт не привел ни к решающему урегулированию, ни к устойчивому миру. Израиль и Вашингтон называли операцию необходимой превентивной кампанией против ядерного и ракетного потенциала Ирана. Тегеран ответил ударами по Израилю, американским силам и объектам в регионе. В июне стороны получили временное дипломатическое окно, однако в августе оно закрылось на фоне провала переговоров. 1718

Точнее всего происходящее описывает формула «нестабильная пауза». Военное сдерживание и экономическое давление продолжаются, а Израиль дает понять, что может возобновить удары даже в случае нового соглашения между Вашингтоном и Тегераном.

Почему США и Израиль начали операцию

Израиль представил операцию «Ревущий лев» как совместную кампанию с американскими вооруженными силами. Заявленной целью было ослабить руководство Ирана, его военную инфраструктуру и то, что израильские власти называют экзистенциальной угрозой для Израиля, региона и мира в целом. 3444 Reuters сообщал, что Израиль называл атаку превентивной и что она началась в момент, когда дипломатические усилия по иранской ядерной программе уже оказались под угрозой срыва. 51

Согласно опубликированным сообщениям, среди целей были командные центры, системы противовоздушной обороны, ракетные объекты, военно-морские силы и связанная с ядерной программой инфраструктура. 3743 По данным Reuters со ссылкой на иранские государственные СМИ, в первые часы ударов был убит верховный лидер Ирана Али Хаменеи. 50

Эти сведения отражают аргументацию правительств, начавших операцию. Однако сами по себе они не доказывают, что удары ликвидировали долгосрочные ядерные или ракетные возможности Ирана. Именно этот вопрос стал центральным для последующей дипломатии.

Иран ответил, но военные итоги остаются предметом спора

Иран нанес ракетные и дроновые удары по Израилю, американским силам и целям в нескольких странах региона. Позднее Reuters сообщал об использовании Тегераном дальнобойных ракет; один из ударов ранил десятки людей неподалеку от израильского ядерного объекта. 49 По данным того же агентства, после начала операции Иран запустил сотни ракет и беспилотников. 50

При этом конкретные цифры — в том числе заявления более чем о 200 ракетах и дронах, 11 погибших и свыше 140 пострадавших — не имеют устойчивого независимого подтверждения в наиболее надежных источниках из представленного материала. Поэтому их корректнее называть сообщаемыми военными оценками, а не окончательными итогами.

Такая же осторожность необходима в отношении заявлений о военно-морских силах Ирана. Утверждение Дональда Трампа об уничтожении иранского флота и сообщения об опровержении со стороны иранского командования отражают противоположные версии событий. Доступные данные не позволяют независимо подтвердить всю полноту ни одной из них.

Наиболее обоснованный вывод заключается в следующем: первые удары нанесли серьезный ущерб военной инфраструктуре Ирана, но не показали, что Тегеран полностью утратил способность отвечать.

Гуманитарные и региональные последствия

Боевые действия расширили риски далеко за пределы трех основных участников. Потенциальными целями и уязвимыми точками стали американские военнослужащие и базы, Израиль, государства Персидского залива, морские перевозки и энергетическая инфраструктура. Reuters сообщал, что иранские атаки достигли как минимум семи стран, где размещены американские базы. Другие публикации сообщали о погибших в Израиле и Объединенных Арабских Эмиратах. 5057

Оценивать число жертв во время продолжающегося конфликта сложно. BBC со ссылкой на правозащитную мониторинговую группу Human Rights Activists in Iran приводила оценку в 1407 погибших в Иране, включая 214 детей, одновременно отмечая ограничения независимой проверки этих данных. 52 Другие источники называют существенно отличающиеся цифры. Это еще одна причина указывать источник каждой оценки, а не выдавать ее за окончательную статистику.

Почему Ормузский пролив стал ключевым вопросом

Ормузский пролив превратился одновременно в военную горячую точку и дипломатический рычаг. Через этот узкий морской маршрут проходят важные энергетические поставки, поэтому угрозы его перекрытия повысили риски для стран Персидского залива, торгового судоходства и мировых энергетических рынков.

Открытие пролива было одним из центральных пунктов июньского меморандума США и Ирана. Документ также предусматривал прекращение боевых действий и запуск переговоров о ядерной программе Ирана и смягчении санкций. 172024

Это показало, что последствия войны не ограничились обменом ракетными ударами. Доступ к морским путям и экономическое давление стали частью самой логики конфликта.

Представленные источники подтверждают, что война усилила экономические трудности Ирана и давление на его власти. Однако они не дают достаточно надежной основы для точного подсчета инфляции, падения производства или масштабов ухудшения положения гражданского населения. Подобные цифры следует воспринимать с осторожностью.

Что дал июньский меморандум — и чего он не решил

При посредничестве Пакистана и Катара США и Иран согласовали 14-пунктовый меморандум. Он должен был остановить боевые действия, урегулировать взаимные ограничения на проход через Ормузский пролив и создать 60-дневный период для переговоров. 171920

Соглашение было важно тем, что заменило немедленную эскалацию рамкой для дипломатии. Но самые сложные вопросы оно отложило, а не решило. Среди них:

• масштаб и механизм проверки ограничений на ядерную программу Ирана;
• снятие санкций и экономические условия возможного соглашения;
• будущее иранской баллистической ракетной программы;
• правила судоходства через Ормузский пролив;
• роль Израиля и его обязательства в рамках возможной сделки между США и Ираном.

The Guardian отмечала, что документ не содержал ограничений на иранские баллистические ракеты. 6 Анализ Arms Control Association также характеризовал меморандум как соглашение, не закрывающее пути Ирана к созданию ядерного оружия, хотя оно могло создать условия для возвращения к проверяемым переговорам. 11

Еще при объявлении меморандума Reuters предупреждал: превратить предварительную договоренность в постоянное соглашение будет значительно сложнее. 17 Этот прогноз подтвердился 17 августа, когда документ истек на фоне буксующих переговоров. 18

Почему Израиль считает соглашение США и Ирана недостаточным

Позиция Израиля стала одним из главных препятствий для долгосрочного урегулирования. Министр энергетики Эли Коэн заявил, что Израиль снова нанесет удар по Ирану, если Тегеран восстановит ядерную или баллистическую ракетную программу — даже при наличии соглашения с США. 57

Так проявился фундаментальный разрыв между дипломатическим подходом Вашингтона и израильской концепцией безопасности. Соглашение США и Ирана может ограничить ядерную деятельность Тегерана или открыть морские маршруты, но Израиль дает понять, что сохранит самостоятельное право на военную операцию, если сочтет иранские возможности вновь опасными.

Это особенно важно потому, что июньская договоренность не ограничивала баллистические ракеты Ирана — на этот недостаток указывала The Guardian. 6 Поэтому даже успешное соглашение должно будет ответить не только на вопрос о том, что обещает Иран, но и на два других: сочтет ли Израиль эти условия достаточными и сможет ли надежная система контроля не допустить, чтобы разногласия снова стали поводом для ударов.

Вашингтон делает ставку на давление, но не отказывается от угрозы силы

Публичная позиция Вашингтона сочетает угрозы новых военных действий с условной сдержанностью. В августе президент Дональд Трамп заявил, что США воздержатся от очередной атаки, если удастся быстро заключить соглашение, ограничивающее ядерные амбиции Ирана и открывающее Ормузский пролив. 1

Такой подход ставит экономическое давление и принуждение к переговорам впереди немедленного наступления, но не отменяет угрозу применения силы. Тегеран, в свою очередь, представляет сами переговоры и сохранение военных возможностей как доказательство того, что Иран не был побежден.

Эти несовместимые трактовки войны осложняют восстановление доверия. Стороны не договорились даже о том, как именно будет выглядеть выполнение обязательств и кто должен иметь право выносить окончательную оценку.

Какой сценарий выглядит наиболее вероятным

В ближайшей перспективе конфликт, скорее всего, будет развиваться не в направлении всеобъемлющего мирного соглашения, а в форме нестабильной паузы, поддерживаемой угрозами и давлением. Первые удары ослабили командную структуру и военную инфраструктуру Ирана, но ответ Тегерана показал, что война может быстро распространиться на соседние страны и поставить под угрозу судоходство и энергопоставки.

Июньский меморандум доказал, что региональное посредничество способно создать временную переговорную рамку. Его последующий распад показал, насколько мало согласия сохраняется по ключевым вопросам.

Устойчивое урегулирование потребовало бы не просто прекращения огня. Нужны проверяемые ограничения ядерной программы, работающая схема снятия санкций, ясные правила в отношении баллистических ракет, гарантированный доступ через Ормузский пролив и механизм, который не позволит односторонним действиям Израиля вновь запустить войну.

Пока эти вопросы остаются без ответа, дипломатия может снизить риск эскалации, но не устранить его.