Новая сеть российских баз превращает дроновые атаки в системную угрозу

Всего аналитики насчитали не менее 59 таких рельсов. Примерно 20 из них выглядят достаточно длинными для новых моделей «Герань», оснащенных реактивными двигателями. Семь из 10 объектов, по данным расследования, уже были связаны с недавними атаками на Киев. Это указывает на то, что строительство инфраструктуры идет параллельно с ее практическим использованием, а не является исключительно заделом на будущее.

Показателен объект у Цимбуловой в Орловской области. Согласно сообщениям по спутниковым снимкам, два рельса там имеют длину около 85 метров — вероятная адаптация под более крупные реактивные беспилотники.

Зачем России рассредоточенные площадки

Чем больше мест для запуска, тем сложнее Украине заранее определить направление удара и уничтожить инфраструктуру на земле. Базы, расположенные ближе к украинской территории, сокращают маршрут полета и позволяют отправлять дроны волнами. Для противовоздушной обороны это означает более широкую и менее предсказуемую угрозу.

Масштаб проблемы был заметен в атаке в ночь с 16 на 17 августа. Воздушные силы Украины сообщили, что Россия запустила 128 беспилотников типов Shahed, «Герань», «Гербера» и «Пародия» из районов Курска, Орла, Приморско-Ахтарска и оккупированной части Донецкой области. Украинская сторона заявила о нейтрализации 106 целей, однако попадания были зафиксированы в 14 местах.

Термин «нейтрализованы» включает как сбитые, так и подавленные средствами противовоздушной и радиоэлектронной борьбы дроны. Поэтому эти цифры не означают, что каждый из 106 беспилотников был уничтожен до того, как мог причинить ущерб. Они одновременно показывают эффективность украинской обороны и сложность отражения массированной смешанной атаки.

Реактивные дроны меняют характер угрозы

Россия наращивает не только количество пусковых площадок, но и совершенствует сами беспилотники. По сообщениям, производство смещается в сторону более быстрых реактивных «Герань-4» и «Герань-5», которые труднее перехватывать. Институт изучения войны со ссылкой на украинскую военную разведку писал, что Москва переориентирует производство на эти новые варианты.

Отдельные публикации также сообщали о реактивном дроне БМ-35, которому приписывают скорость свыше 350 км/ч и дальность более 200 километров. Эти характеристики основаны на российских заявлениях и украинских оценках, поэтому их следует воспринимать с осторожностью: независимого подтверждения всех параметров нет.

Общая тенденция, однако, просматривается достаточно четко. Россия пытается повысить скорость беспилотников и усложнить работу украинских самолетов-перехватчиков, вертолетов, дронов и наземных комплексов ПВО. Использование ложных целей вместе с ударными аппаратами дополнительно расходует ресурсы обороны.

Что означает возможная досягаемость НАТО

Сообщается, что дальность новых вариантов «Герани» может поставить Варшаву и некоторые другие объекты НАТО в зону теоретической досягаемости с отдельных российских баз. Значение расследования не в том, что удар по Варшаве или странам Балтии якобы неизбежен. Оно показывает: Россия создает инфраструктуру, которая потенциально поддерживает более широкий региональный вариант применения дальнобойных дронов.

Здесь важно разделять возможности и намерения. Наличие базы, заявленная максимальная дальность беспилотника и расположение цели доказывают лишь потенциальную достижимость, но не планы атаки. При этом для НАТО это создает практическую задачу: еще важнее становятся наблюдение, раннее предупреждение, обмен разведданными и эшелонированная противовоздушная оборона.

Отдельно министр обороны Литвы предупреждал о возможных российских провокациях или операциях под чужим флагом с использованием украинских дронов против критической инфраструктуры в странах Балтии. К таким предупреждениям следует относиться серьезно, однако сами по себе они не доказывают подготовку Россией неминуемой атаки на НАТО.

Главный вывод

Самый очевидный вывод из расследования заключается в том, что Россия институционализирует дроновую войну. Новые базы, десятки пусковых рельсов, более крупные реактивные конструкции и продолжающееся производство указывают на устойчивую модель кампании, а не на серию импровизированных ударов.

Для Украины это означает больше направлений, которые нужно отслеживать, и потенциально более крупные и быстрые налеты, которые предстоит отражать. Для НАТО — рост обычного ударного потенциала России на восточном фланге. Доступные данные дают основания говорить о расширении российских возможностей, но не позволяют утверждать, что Москва уже приняла решение о скором нападении на альянс.