Издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft массово использовали новостные материалы и понимали, что ИИ ответы могут замещать переходы на сайты СМИ. Указанные в материалах тесты Microsoft связывают Copilot со снижением переходов на nytimes.com до 93% по сравнению с обычным поиском Bing.
ОпубликовалОтредактировано с помощью GPT-5.6 TerraИзображения созданы с помощью GPT Image 2
Ответ на исследование

Create a landscape editorial hero image for this Studio Global article: What do the newly unredacted filings in The New York Times’ copyright lawsuit against OpenAI and Microsoft reveal about the companies’ alleg. Article summary: The unredacted materials strengthen the publishers’ factual narrative: they portray OpenAI and Microsoft as copying news at industrial scale, allegedly circumventing access controls, and privately recognizing that chatbo. Topic tags: general, general web, user generated, news. Style: premium digital editorial illustration, source-backed research mood, clean composition, high detail, modern web publication hero. Use reference image context only for broad subject, composition, and topical grounding; do not copy the exact image. Avoid: logos, brand marks, copyrighted characters, real person likenesses, fake screenshots, UI text, readable text, watermarks, charts w
Рассекреченные материалы сами по себе не решают исход дела The New York Times против OpenAI и Microsoft. Но они дают издателям более подробную доказательную картину: новостной контент, по их утверждению, собирался в огромных масштабах, в том числе из источников с ограниченным доступом, а сотрудники компаний понимали, что ИИ-продукты с готовыми ответами способны ослабить аудиторию и доходную базу редакций. 5
Поэтому спор теперь не сводится к вопросу, обучались ли модели на новостях. Он касается способа получения материалов, осведомлённости компаний о коммерческих последствиях и того, как эти обстоятельства повлияют на аргумент о добросовестном использовании (fair use) в американском авторском праве.
В рассекреченном ходатайстве истцы-издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft копировали и использовали журналистские материалы в промышленных масштабах. В первоначальном иске Times говорилось, что миллионы произведений издания копировались и загружались — в отдельных случаях неоднократно — для обучения моделей GPT. 29
Как следует из позднейшего документа, о котором сообщалось после снятия грифа секретности, речь также идёт о крупных наборах данных с материалами издателей и значительном числе отдельных произведений, защищённых авторским правом. Истцы утверждают и то, что компании добивались доступа к платным публикациям за пейволлом и удаляли сведения об управлении правами, включая уведомления о принадлежности авторских прав. 2
5
Это именно утверждения сторон, а не установленные судом факты. Однако для позиции истцов они важны: способ получения контента и обращение со сведениями о правах могут повлиять на оценку коммерческого характера и справедливости использования.
Одно из центральных раскрытий связано с директором Microsoft по прикладным исследованиям Брентом Хектом. Согласно сообщениям о материалах дела, он называл ИИ-скрейпинг «поразительной кражей беспрецедентного масштаба» и, возможно, «крупнейшей кражей труда в истории человечества». 5
13
В документах, как сообщается, также отражена тревога из-за возможной разрушительной обратной связи для издателей: системы, обученные на журналистике, могут давать пользователям готовые ответы и уменьшать число посещений сайтов, финансирующих создание этой журналистики. 10
11
Для издателей ценность этих высказываний не в самом употреблении слова «кража». Формулировка сотрудника не устанавливает нарушение авторских прав. Но записи могут помочь истцам доказывать, что руководители и исследователи предвидели конкретную проблему замещения рынка.
Microsoft заявила, что внутренние материалы отражают личные взгляды сотрудников, а не юридические выводы, и защищала использование Copilot как трансформативное. 11
В документе истцов, как сообщается, приведены результаты тестирования Microsoft: Copilot мог сократить переходы на nytimes.com на величину до 93% по сравнению с обычной выдачей Bing. 4
Эта цифра особенно важна для четвёртого фактора fair use — влияния использования на потенциальный рынок произведения или его ценность. Логика издателей проста: если сервис ответов удовлетворяет информационный запрос читателя без перехода к исходной статье, он может работать не как канал привлечения аудитории, а как замена оригиналу.
Один внутренний тест сам по себе не доказывает ущерб рынку по всем запросам, продуктам и издателям. Но он даёт истцам конкретную опору для довода о том, что предполагаемый вред измерим и предсказуем, а не носит сугубо гипотетический характер.
Общая позиция OpenAI и Microsoft состоит в том, что обучение моделей способно быть трансформативным добросовестным использованием. Министерство юстиции США поддержало этот общий подход в заявлении суду, призвав федеральный суд Манхэттена не вводить правило, которое в широком смысле признавало бы обучение на защищённых текстах нарушением. 33
Вмешательство правительства существенно, но это не судебное решение и не ответ на все обвинения в данном процессе. Суд может разграничить обучение модели как таковое и доказательства — если они будут подтверждены — обхода пейволлов, удаления сведений о правах, создания нарушающих права ответов или запуска продукта, вытесняющего рынок лицензирования либо читательскую аудиторию.
Иными словами, исход дела может зависеть не столько от абстрактного вопроса, возможно ли fair use при обучении ИИ вообще, сколько от конкретных обстоятельств предполагаемых действий и их коммерческого эффекта.
Документы усиливают процессуальную позицию издателей в трёх отношениях:
Ничто из этого автоматически не опровергает защиту на основе fair use. Оценка авторско-правовых претензий остаётся зависимой от фактов, а суд пока не признал незаконными ни предполагаемое обучение, ни скрейпинг, ни поведение продуктов. Позиция Минюста США также обеспечивает более широкой аргументации OpenAI о добросовестном использовании влиятельную поддержку. 33
Теперь ключевой вопрос поставлен точнее: если истцы смогут доказать, что защищённая журналистика за пейволлом была получена и использована так, что это заменяло посещения сайтов и возможности лицензирования, сочтёт ли суд это трансформативной инновацией — или коммерчески вредным использованием, которое не защищает fair use?
Studio Global AI
На этой странице есть ответ, подтвержденный источником, который вы можете продолжить внутри Studio Global.
Издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft массово использовали новостные материалы и понимали, что ИИ ответы могут замещать переходы на сайты СМИ.
Издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft массово использовали новостные материалы и понимали, что ИИ ответы могут замещать переходы на сайты СМИ. Указанные в материалах тесты Microsoft связывают Copilot со снижением переходов на nytimes.com до 93% по сравнению с обычным поиском Bing.
Минюст США поддержал общий тезис OpenAI о том, что обучение ИИ может подпадать под добросовестное использование, однако это не решает конкретные претензии издателей.
Издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft массово использовали новостные материалы и понимали, что ИИ ответы могут замещать переходы на сайты СМИ. Указанные в материалах тесты Microsoft связывают Copilot со снижением переходов на nytimes.com до 93% по сравнению с обычным поиском Bing.
ОпубликовалОтредактировано с помощью GPT-5.6 TerraИзображения созданы с помощью GPT Image 2
Ответ на исследование

Create a landscape editorial hero image for this Studio Global article: What do the newly unredacted filings in The New York Times’ copyright lawsuit against OpenAI and Microsoft reveal about the companies’ alleg. Article summary: The unredacted materials strengthen the publishers’ factual narrative: they portray OpenAI and Microsoft as copying news at industrial scale, allegedly circumventing access controls, and privately recognizing that chatbo. Topic tags: general, general web, user generated, news. Style: premium digital editorial illustration, source-backed research mood, clean composition, high detail, modern web publication hero. Use reference image context only for broad subject, composition, and topical grounding; do not copy the exact image. Avoid: logos, brand marks, copyrighted characters, real person likenesses, fake screenshots, UI text, readable text, watermarks, charts w
Рассекреченные материалы сами по себе не решают исход дела The New York Times против OpenAI и Microsoft. Но они дают издателям более подробную доказательную картину: новостной контент, по их утверждению, собирался в огромных масштабах, в том числе из источников с ограниченным доступом, а сотрудники компаний понимали, что ИИ-продукты с готовыми ответами способны ослабить аудиторию и доходную базу редакций. 5
Поэтому спор теперь не сводится к вопросу, обучались ли модели на новостях. Он касается способа получения материалов, осведомлённости компаний о коммерческих последствиях и того, как эти обстоятельства повлияют на аргумент о добросовестном использовании (fair use) в американском авторском праве.
В рассекреченном ходатайстве истцы-издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft копировали и использовали журналистские материалы в промышленных масштабах. В первоначальном иске Times говорилось, что миллионы произведений издания копировались и загружались — в отдельных случаях неоднократно — для обучения моделей GPT. 29
Как следует из позднейшего документа, о котором сообщалось после снятия грифа секретности, речь также идёт о крупных наборах данных с материалами издателей и значительном числе отдельных произведений, защищённых авторским правом. Истцы утверждают и то, что компании добивались доступа к платным публикациям за пейволлом и удаляли сведения об управлении правами, включая уведомления о принадлежности авторских прав. 2
5
Это именно утверждения сторон, а не установленные судом факты. Однако для позиции истцов они важны: способ получения контента и обращение со сведениями о правах могут повлиять на оценку коммерческого характера и справедливости использования.
Одно из центральных раскрытий связано с директором Microsoft по прикладным исследованиям Брентом Хектом. Согласно сообщениям о материалах дела, он называл ИИ-скрейпинг «поразительной кражей беспрецедентного масштаба» и, возможно, «крупнейшей кражей труда в истории человечества». 5
13
В документах, как сообщается, также отражена тревога из-за возможной разрушительной обратной связи для издателей: системы, обученные на журналистике, могут давать пользователям готовые ответы и уменьшать число посещений сайтов, финансирующих создание этой журналистики. 10
11
Для издателей ценность этих высказываний не в самом употреблении слова «кража». Формулировка сотрудника не устанавливает нарушение авторских прав. Но записи могут помочь истцам доказывать, что руководители и исследователи предвидели конкретную проблему замещения рынка.
Microsoft заявила, что внутренние материалы отражают личные взгляды сотрудников, а не юридические выводы, и защищала использование Copilot как трансформативное. 11
В документе истцов, как сообщается, приведены результаты тестирования Microsoft: Copilot мог сократить переходы на nytimes.com на величину до 93% по сравнению с обычной выдачей Bing. 4
Эта цифра особенно важна для четвёртого фактора fair use — влияния использования на потенциальный рынок произведения или его ценность. Логика издателей проста: если сервис ответов удовлетворяет информационный запрос читателя без перехода к исходной статье, он может работать не как канал привлечения аудитории, а как замена оригиналу.
Один внутренний тест сам по себе не доказывает ущерб рынку по всем запросам, продуктам и издателям. Но он даёт истцам конкретную опору для довода о том, что предполагаемый вред измерим и предсказуем, а не носит сугубо гипотетический характер.
Общая позиция OpenAI и Microsoft состоит в том, что обучение моделей способно быть трансформативным добросовестным использованием. Министерство юстиции США поддержало этот общий подход в заявлении суду, призвав федеральный суд Манхэттена не вводить правило, которое в широком смысле признавало бы обучение на защищённых текстах нарушением. 33
Вмешательство правительства существенно, но это не судебное решение и не ответ на все обвинения в данном процессе. Суд может разграничить обучение модели как таковое и доказательства — если они будут подтверждены — обхода пейволлов, удаления сведений о правах, создания нарушающих права ответов или запуска продукта, вытесняющего рынок лицензирования либо читательскую аудиторию.
Иными словами, исход дела может зависеть не столько от абстрактного вопроса, возможно ли fair use при обучении ИИ вообще, сколько от конкретных обстоятельств предполагаемых действий и их коммерческого эффекта.
Документы усиливают процессуальную позицию издателей в трёх отношениях:
Ничто из этого автоматически не опровергает защиту на основе fair use. Оценка авторско-правовых претензий остаётся зависимой от фактов, а суд пока не признал незаконными ни предполагаемое обучение, ни скрейпинг, ни поведение продуктов. Позиция Минюста США также обеспечивает более широкой аргументации OpenAI о добросовестном использовании влиятельную поддержку. 33
Теперь ключевой вопрос поставлен точнее: если истцы смогут доказать, что защищённая журналистика за пейволлом была получена и использована так, что это заменяло посещения сайтов и возможности лицензирования, сочтёт ли суд это трансформативной инновацией — или коммерчески вредным использованием, которое не защищает fair use?
Studio Global AI
На этой странице есть ответ, подтвержденный источником, который вы можете продолжить внутри Studio Global.
Издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft массово использовали новостные материалы и понимали, что ИИ ответы могут замещать переходы на сайты СМИ.
Издатели утверждают, что OpenAI и Microsoft массово использовали новостные материалы и понимали, что ИИ ответы могут замещать переходы на сайты СМИ. Указанные в материалах тесты Microsoft связывают Copilot со снижением переходов на nytimes.com до 93% по сравнению с обычным поиском Bing.
Минюст США поддержал общий тезис OpenAI о том, что обучение ИИ может подпадать под добросовестное использование, однако это не решает конкретные претензии издателей.