Иран заявляет о 170 сбитых дронах. Что говорят факты?

• MQ-9 Reaper (США): Заявлено об уничтожении не менее 24 единиц. В иранской риторике именно «Жнецы» названы «хребтом воздушной доктрины противника» для стратегической разведки и точечных ударов .
• MQ-1 Predator (США): Сбитие одного такого аппарата в конце мая 2026 года Пентагон назвал непосредственным триггером для новой серии американских «ударов самообороны» по иранским радарным установкам .
• **Израильские Hermes и Heron TP:**В победных реляциях фигурируют четыреHermes-900, триHeron TP и неопределенное число других «беспилотников Hermes и Lucas» .
• Другие цели: В некоторых иранских заявлениях мелькают и сбитые «новейшие истребители врага», однако эти данные остаются предельно размытыми и лишены каких-либо подтверждений .

Какую тактику в Тегеране объявили формулой победы

Иранские генералы преподносят свои заявления как свидетельство эффективности собственной «доктрины ведения войны дронов», построенной на трех уровнях :

• Интегрированная сеть ПВО: Генерал Эльхами объясняет успех «умной и объединенной структурой противовоздушной обороны», которая якобы нанесла врагу одни из самых тяжелых потерь в БПЛА за всю недавнюю оперативную историю .
• Радиоэлектронная борьба (РЭБ): Иранские источники описывают скоординированное применение систем РЭБ для подавления каналов связи и навигации вражеских дронов, чтобы загнать их в зону поражения кинетических средств .
• Отечественные комплексы борьбы с БПЛА: Особый упор сделан на работу систем иранского производства и мобильных групп ракетно-радиоэлектронного реагирования, развернутых в нескольких провинциях .

Что подтверждается независимыми данными и сводками противника

Иранская картина «воздушного триумфа» сталкивается с серьезными проблемами верификации. В официальной израильской статистике по первоначальной «Двенадцатидневной войне» зафиксирована потеря лишь двух дронов Hermes от иранского огня . Это единственная публично подтвержденная Израилем цифра — и она на порядок меньше иранских заявок. Аналитики OSINT (разведки по открытым источникам) находят визуальные подтверждения лишь для единичных случаев уничтожения техники, тогда как подавляющая часть списка остается непроверяемой .

Пентагон периодически признает отдельные потери: подтверждены утрата одного MQ-9 Reaper в середине марта и одного MQ-1 Predator в конце мая 2026 года . Ни в одном официальном американском документе или заявлении нет и намека на цифры, даже отдаленно приближающиеся к нескольким сотням «сбитых» . Пропасть между заявлениями (одних только «Риперов» — 24) и подтвержденными фактами (единичные случаи) слишком велика, чтобы списать ее на особенности военного учета.

Нарушения перемирия ломают нарратив о непобедимости ПВО

Самый красноречивый контраргумент против версии о сокрушительном разгроме воздушных армад врага — это события, последовавшие за вступлением в силу режима прекращения огня в начале апреля 2026 года. Вместо того чтобы остановить американские операции, иранская ПВО оказалась не в состоянии предотвратить череду новых, порой весьма глубоких ударов по собственной территории .

В конце мая 2026 года Тегеран обвинил Вашингтон в «грубом нарушении» перемирия после того, как американские силы нанесли удары — со слов Пентагона, «оборонительные» — по пусковым установкам и катерам на юге Ирана . В последние выходные весны — 30–31 мая и 1 июня 2026 года — Центральное командование ВС США (CENTCOM) осуществило новую волну «ударов самообороны». Целями стали иранские радары и пункты управления БПЛА в районе Герука и на острове Кешм . Эти атаки стали прямым ответом на сбитый Ираном Predator. Итог американской акции — уничтожение элементов ПВО и инфраструктуры дронов — красноречиво показал, что свобода оперативного маневра у США сохранилась .

Иранский КСИР ответил 1 июня, нанеся удар по неуточненной «американской военной базе» , часть ракет и дронов над Кувейтом перехватили силы ПВО этой страны . Формально перемирие по состоянию на начало июня 2026 года сохраняется, но эксперты характеризуют его как «хрупкое», постоянно испытываемое «обменами ударами» .

Центральное противоречие для Тегерана практически неразрешимо: если бы иранская ПВО действительно парализовала американский и израильский беспилотный флот, становится неясным, как ВС США смогли после перемирия собрать и реализовать сразу несколько пакетов ударов по тем самым объектам ПВО, которые якобы одержали триумф.

Дипломатический фон: переговоры при пакистанском посредничестве

Завышенные цифры сбитых дронов имеют отчетливое внутриполитическое и переговорное значение. Это происходит на фоне крайне деликатных непрямых консультаций между Вашингтоном и Тегераном, которые проходят при посредничестве Пакистана .

В марте 2026 года Исламабад официально подтвердил, что передает сообщения между Ираном и США в рамках усилий по прекращению войны: Вашингтон направил Тегерану предложение из 15 пунктов . Первый формальный раунд — так называемые «Исламабадские переговоры» — состоялся в столице Пакистана 11–12 апреля 2026 года. Вице-премьер и глава МИД Пакистана Исхак Дар курсировал между двумя делегациями, однако переговоры завершились без прорыва, обнажив глубокие расхождения по ключевым темам .

Независимые наблюдатели охарактеризовали посредничество Пакистана как «во многом символическое»: страна выступила удобным каналом и площадкой, но не обладала достаточными рычагами для того, чтобы влиять на содержательные итоги — динамика определялась напрямую Вашингтоном и Тегераном .

К концу мая 2026 года переговорщики согласовали проект меморандума о взаимопонимании, предусматривавший продление апрельского перемирия на 60 дней, открытие Ормузского пролива, смягчение санкций и запуск структурированных переговоров по ядерной программе и баллистическим ракетам Ирана . Однако, по данным на начало июня 2026 года, сделка все еще ожидала окончательного одобрения со стороны президента Дональда Трампа и верховного руководства Ирана, а непрекращающийся цикл американских ударов и иранских акций возмездия сохранял высокую неопределенность .

В таком контексте заявления генерала Эльхами работают и как месседж для внутренней аудитории — «армия выстояла в схватке с технологически превосходящим противником», и как сигнал за столом переговоров — «оборонный потенциал Тегерана нельзя сбрасывать со счетов». Насколько выдерживают проверку оба этих посыла — вопрос уже совсем другого порядка.