Доступные данные ЕЦБ в целом подтверждают эту относительно сдержанную картину. В апреле показатель зарплатного трекера ЕЦБ составлял 2,6%. Ожидается, что давление со стороны согласованных коллективных соглашений о зарплатах ослабнет в первой половине 2026 года и затем стабилизируется на более низком уровне.
Сдержанная динамика зарплат описывает ситуацию на данный момент, но не обязательно то, что произойдет, если перебои с поставками энергии затянутся. Рынки все чаще закладывают более длительные ограничения на судоходство через Ормузский пролив: надежды на дипломатический прорыв между США и Ираном ослабли. В результате в ценах на энергоносители сохраняется геополитическая премия за риск, а опасения по поводу предложения усиливаются.
ЕЦБ уже описывал энергетический шок, связанный с войной с Ираном, как фактор, способный одновременно повысить инфляцию в еврозоне и ослабить экономический рост. Согласно прогнозам сотрудников ЕЦБ, если пролив будет открываться постепенно, это может означать длительно высокие цены на нефть, более низкие темпы роста в еврозоне и повышенную инфляцию.
Для денежно-кредитной политики это сложное сочетание. Более дорогая энергия разгоняет инфляцию, но одновременно снижает покупательную способность, увеличивает производственные расходы и может ослабить спрос. Главный вопрос для ЕЦБ заключается в том, останется ли шок ограниченным ценами на энергоносители или начнет распространяться на зарплаты, сектор услуг и долгосрочные ожидания.
Комментарии Рена указывают на отсутствие заранее заданного курса. ЕЦБ, вероятно, будет сопоставлять два набора сигналов:
Опрос ЕЦБ среди профессиональных прогнозистов показал, что во втором квартале 2026 года оценки ближайшей динамики общей и базовой инфляции были пересмотрены вверх, тогда как долгосрочные ожидания по общей инфляции не изменились. Это подчеркивает разницу между временным краткосрочным шоком и более опасной утратой уверенности в среднесрочной ценовой стабильности.
Практический вывод таков: решение 10 сентября будет зависеть не столько от самого роста цен на энергоносители, сколько от признаков его устойчивости. Регулятор будет следить за условиями оплаты труда, инфляцией в секторе услуг, инфляционными ожиданиями и тем, насколько широко компании перекладывают возросшие расходы на потребителей.
Влияние на валютный рынок также неоднозначно. Если инвесторы решат, что устойчивая энергетическая инфляция вынудит ЕЦБ дольше сохранять высокие ставки, ожидания по доходности активов в еврозоне могут вырасти и поддержать евро.
Однако продолжительные перебои в Ормузском проливе одновременно ухудшат энергетический баланс Европы и перспективы ее роста. Если рынки сосредоточатся не на возможном ужесточении политики ЕЦБ, а на ослаблении европейской экономики и геополитических рисках, спрос на доллар США может усилиться, создав давление на EUR/USD. Рыночный анализ уже указывал на это противоречие: даже если дорогая энергия повышает вероятность очередного повышения ставки ЕЦБ, удар по экономическому росту может оказаться для евро более важным фактором.
Таким образом, главный вопрос для рынка — будет ли шок воспринят прежде всего как инфляционная проблема, требующая реакции ЕЦБ, или как более серьезная проблема для условий торговли и роста Европы. Комментарии Рена оставляют открытыми оба сценария, но обозначают важное условие: умеренный рост зарплат остается успокаивающим фактором лишь до тех пор, пока инфляционные ожидания сохраняют устойчивость.