HYPE на максимуме: как Hyperliquid продает pre-IPO и рискует нарваться на регулятора

Во-вторых, Hyperliquid внедрил механизм обратного выкупа токенов, который фундаментально улучшил его токеномику. Программа направляет от 97% до 99% комиссионных доходов платформы на выкуп токенов HYPE . Ключевой частью этого «двигателя доходов» является сделка по стейблкоинам с Circle и Coinbase, которая приносит в экосистему Hyperliquid около $80 миллионов в год и перераспределяет эту ценность держателям HYPE . Это создает постоянное давление покупателей, напрямую связывая использование платформы со спросом на токен.

В-третьих, и это, пожалуй, самый важный фактор с точки зрения новизны и долгосрочных последствий, в протоколе заработала система HIP-3, запустившая синтетические бессрочные pre-IPO рынки для крупных частных компаний. Трейдеры теперь могут получить синтетическую экспозицию на SpaceX, Anthropic и OpenAI — компании, которые еще не вышли на открытый рынок . Этот запуск вызвал колоссальное внимание и объемы торгов, и эта активность напрямую перетекла в спрос на HYPE, поскольку токен используется для стейкинга и управления на платформе .

Pre-IPO бессрочные контракты: минное поле для права и регуляторов

Хотя pre-IPO рынки HIP-3 подстегнули вовлеченность, они также поставили Hyperliquid в центр назревающего регуляторного скандала. Суть проблемы в том, что эти контракты предлагают розничным трейдерам доступ к оценкам частных компаний без какого-либо фактического владения акциями, в рыночной структуре, которая полностью выведена из-под действия законов США о ценных бумагах.

Речь идет о синтетических бессрочных фьючерсах. В отличие от существовавших ранее токенизированных акций, многие из которых использовали SPV (специальные юридические лица) для хранения базовых акций, контракты Hyperliquid не предполагают наличия реальных акций . Контракт «SPCX-USDC» на SpaceX, например, является расчетным деривативом, который отслеживает предполагаемую цену акций компании . Никакие акции не переходят из рук в руки, и разрешение компании не требуется. Это ключевое юридическое различие, но в нем же и кроется уязвимость. По своей сути, эти продукты обходят весь регуляторный аппарат, который контролирует традиционные вторичные pre-IPO рынки, требующие статуса аккредитованного инвестора, полного раскрытия информации и регистрации ценных бумаг.

Мэттью Пиннок, главный операционный директор Altura DeFi, в интервью Decrypt заявил, что ожидает, что регулирующие органы «в конечном итоге проверят, не являются ли pre-IPO бессрочные продукты незарегистрированной формой доступа к ценным бумагам для розничных трейдеров» . Многие аналитики рынка разделяют эту обеспокоенность, отмечая, что, хотя модель HIP-3 и открывает возможность для ценового арбитража перед крупными IPO технологических компаний, она «может привлечь внимание регуляторов из-за потенциального предложения незарегистрированных ценных бумаг» .

Сами компании уже предприняли жесткие ответные меры. OpenAI и Anthropic предостерегли инвесторов от торговли токенизированными продуктами, привязанными к их акциям, заявив, что передача акций через SPV является недействительной . Токенизированные продукты на платформах вроде PreStocks после этих заявлений рухнули примерно на 50%, что служит явным прецедентом хрупкости рынков, не имеющих авторизации от базового эмитента .

Поскольку Hyperliquid является децентрализованной биржей (DEX) без центрального контролирующего органа, для этих pre-IPO бессрочных контрактов не существует ни проспекта эмиссии, ни требований к раскрытию информации, ни механизмов защиты инвесторов . Этот регуляторный пробел уже привлек раннее внимание традиционных бирж. Сообщается, что Intercontinental Exchange (ICE) и CME Group призвали CFTC обратить внимание на потенциальные риски для рыночной стабильности, связанные с псевдонимной торговой средой таких платформ, как Hyperliquid . По мере того как в синтетические pre-IPO рынки вливается все больше капитала, вероятность скоординированных действий со стороны SEC или CFTC возрастает, что делает эти продукты столь же рискованными с точки зрения соблюдения законодательства, сколь и инновационными с точки зрения рыночной структуры.