Обвал золота и серебра до годовых минимумов: причины и последствия

Вот факторы, которые создали этот идеальный шторм.

Отчет по рынку труда, изменивший все

Единственным и самым мощным катализатором стал майский отчет по числу рабочих мест вне сельского хозяйства (Nonfarm Payrolls, NFP). Согласно ему, экономика США за месяц создала 172 000 рабочих мест . Эта цифра значительно превысила консенсус-прогноз, который колебался в районе 80 000–88 000 . Уровень безработицы остался стабильным на отметке 4,3%, что подчеркнуло устойчивость рынка труда .

Реакция рынка была стремительной и жесткой. До выхода отчета преобладало мнение, что ФРС завершила цикл повышения ставок. После публикации данных трейдеры начали быстро переоценивать вероятность будущей монетарной политики. Шансы на повышение ставки ФРС к декабрю резко выросли примерно до 70% по сравнению с 50% до отчета . Это была не просто отсрочка снижения ставки — это был полный переворот ожиданий в сторону ужесточения политики.

Ястребиный ФРС под руководством Кевина Уорша

Данные по занятости, оказавшиеся сильнее ожиданий, легли на уже подготовленную почву — политика американского центробанка стала более ястребиной еще раньше в этом году. Федеральную резервную систему теперь возглавляет Кевин Уорш, назначенец Трампа, который широко рассматривается как сторонник более строгой монетарной дисциплины и сокращения баланса ФРС .

Поскольку отчет по рынку труда укрепил аргументы в пользу более высоких ставок, доходность облигаций и курс доллара США резко пошли вверх. Рост доходности казначейских облигаций увеличивает альтернативные издержки владения активами, не приносящими процентного дохода, такими как золото и серебро, в то время как сильный доллар делает сырьевые товары, номинированные в американской валюте, более дорогими для иностранных покупателей, снижая спрос . Сочетание растущей доходности и крепнущего доллара создало мощный встречный ветер для драгоценных металлов.

Стагфляционный поворот конфликта с Ираном

С марта 2026 года США участвуют в военном конфликте с Ираном . В течение нескольких месяцев война обеспечивала спрос на золото и серебро как на активы «тихой гавани», что помогало им достичь январских максимумов. Однако по мере затягивания конфликта его влияние на драгметаллы стало более сложным.

Война вызвала persistent нефтяной шок, поддерживая высокими стоимость энергоносителей и общую инфляцию. Это создает стагфляционную динамику: инфляцию, с которой Федеральная резервная система чувствует себя вынужденной бороться путем ужесточения монетарной политики . По сути, геополитический попутный ветер для золота теперь заглушается монетарным встречным ветром, который он же косвенно и помогает создавать. Спрос на защитные активы никуда не исчез, но он был полностью перекрыт мощным ралли доходности и доллара.

Технический каскад

Рынки редко движутся по прямой, и технические уровни играют решающую роль в ускорении ценовых движений. В течение нескольких недель, предшествовавших обвалу 5 июня, золото устойчиво тестировало поддержку вблизи своей 200-дневной скользящей средней . В пятницу этот уровень, наконец, был пробит, и металл также решительно упал ниже психологической поддержки $4 500 и основания многомесячного нисходящего канала .

Техническая картина по серебру была столь же удручающей. Металл уже пробил ключевую поддержку на $73,00 и торговался ниже 50-дневной экспоненциальной скользящей средней (EMA50) . Когда цены пронзили круглый порог в $70,00, продажи резко ускорились .

Как только эти важные технические уровни не устояли, сработал каскад стоп-лосс ордеров и автоматических алгоритмических продаж. Металлы падали по классической схеме водопада: внутридневное падение золота достигало 3,4%, а семипроцентный обвал серебра произошел с пугающей скоростью .

Психологическая смена режима

Возможно, самым глубоким сдвигом стал психологический. В течение нескольких месяцев инвесторы в драгоценные металлы действовали в рамках нарратива «тихой гавани»: геополитические риски растут, инфляция persistent, а центральным банкам нельзя доверять. Этот нарратив привел золото к январскому историческому максимуму.

Надежные майские данные по занятости разрушили этот тезис. Они убедили многих участников рынка в том, что у ФРС есть возможность сосредоточиться на борьбе с инфляцией, а не на поддержке экономики — даже в условиях продолжающейся войны. Внезапно нарратив «ставки превыше всего» стал доминировать, и бычий консенсус по металлам начал стремительно сворачиваться . Металлы не просто упали; вся идея ставить на рост золота и серебра в 2026 году была поставлена под сомнение.

Что дальше?

По состоянию на 8 июня золото торговалось около $4 302, а серебро — в районе $67–69, при этом некоторые аналитики рассматривают потенциальные цели для снижения золота вплоть до $4 000 . Следующей серьезной проверкой станет то, просигнализирует ли ФРС о конкретных сроках повышения ставки на своем предстоящем заседании. Если да, драгоценные металлы могут столкнуться с дальнейшим давлением. Если центробанк уклонится от ясных заявлений, возможно ралли на закрытии коротких позиций.

Сейчас бычий рынок металлов 2026 года, похоже, поставлен на паузу, зависнув между persistent неопределенностью иранского конфликта и суровой реальностью рынка труда США, который отказывается сдаваться.