По сообщению AP, опубликованному AJC, Трамп заявил, что ВМС США «swiftly» — быстро — начнут блокировать суда, входящие в Ормузский пролив или выходящие из него, после провала американо-иранских переговоров о прекращении огня в Пакистане.
Позднее сообщения описывали цель Вашингтона как экономическое давление на Тегеран: через блокаду иранских портов заставить Иран открыть Ормузский пролив для морского движения и принять условия США для завершения войны.
В такой подаче ВМС США выступают не просто как патрульная сила, а как инструмент давления на море в более широкой переговорной стратегии Вашингтона.
В пресс-релизе CENTCOM от 12 апреля 2026 года сказано, что американские силы начнут с 10:00 по восточному времени США 13 апреля 2026 года реализовывать блокаду всего морского трафика, входящего в иранские порты или выходящего из них. Мера должна применяться к судам всех государств.
При этом CENTCOM не объявлял о блокировании всего Ормузского пролива. AJC/AP отдельно отмечали: командование заявило, что суда, следующие между неиранскими портами, смогут проходить через пролив; это было более узкой мерой по сравнению с первоначальной угрозой Трампа.
Поэтому точнее говорить так: США нацелились на суда, маршрут которых связан с иранскими портами, а не на любой торговый корабль, появившийся в районе Ормуза.
Последующие эпизоды показывают, что блокада не осталась только на бумаге. 19 апреля CENTCOM сообщил, что американские силы в Аравийском море применили меры блокады против иранского грузового судна M/V Touska, которое, по версии командования, пыталось пройти в иранский порт. Эсминец USS Spruance вывел из строя его двигательную установку после многочасовых предупреждений, которые судно не выполнило.
28 апреля морские пехотинцы США из 31-го экспедиционного подразделения поднялись на борт M/V Blue Star III — коммерческого судна, которое подозревали в попытке транзита в Иран с нарушением блокады. После проверки американские силы отпустили судно, подтвердив, что его рейс не предусматривает захода в иранский порт.
Оба случая подтверждают ключевой критерий: важен не сам факт нахождения рядом с Ормузом, а то, связан ли маршрут судна с иранским портом.
Прямой эффект блокады — в контроле над морским выходом Ирана. Поскольку сообщение CENTCOM распространяет меру на весь трафик, входящий в иранские порты или выходящий из них, танкеры и суда, обслуживающие экспортные маршруты через иранские порты, могут столкнуться с задержанием, досмотром или необходимостью менять курс.
Анализ Modern Diplomacy описывал практическую цель блокады как ограничение нефтяного экспорта Ирана без полного закрытия Ормузского пролива. Это принципиальная разница: Вашингтон может давить на нефтяные доходы Тегерана, одновременно заявляя, что не мешает транзиту судов, которые не идут в иранские порты и не выходят из них.
Более широкий рыночный риск связан с тем, где именно это происходит. Ормуз — один из ключевых маршрутов мировой энергетической торговли. Euronews описывал фон так: шестинедельное закрытие пролива уже вызвало рост мировых цен на нефть, а после начала перемирия через него прошло около 40 судов — против 100 и более в сутки до войны.
Поэтому даже блокада, формально нацеленная на иранские порты, способна усиливать тревогу вокруг нефтяных потоков в регионе.
Можно уверенно сказать, что морской экспорт Ирана оказался под серьёзным давлением. Iran International оценивал, что блокада может быстро парализовать экономику страны, отрезать значительную часть морской торговли и остановить нефтяный экспорт.
Но это всё же оценка риска и потенциального эффекта. В предоставленных источниках нет независимой статистики о том, сколько именно баррелей иранской нефти не было вывезено, насколько упала нефтяная выручка или какая доля экспорта фактически заблокирована.
Самый осторожный вывод такой: блокада резко повышает давление на нефтяной экспорт Ирана, но пока не позволяет надёжно измерить ущерб в баррелях или деньгах.
Трамп представил роль ВМС США как прямое блокирование судов, входящих в Ормузский пролив или выходящих из него. Официальная формулировка CENTCOM уже: блокируются суда, идущие в иранские порты или из них, при сохранении транзита между неиранскими портами.
Эпизоды с M/V Touska и M/V Blue Star III показывают, что США действительно применяют предупреждения, досмотры и силовые меры на море, когда подозревают связь маршрута с иранским портом.
Для нефти главный удар — по логистике иранского экспорта через порты. Но вопрос «на сколько именно сократился экспорт» пока остаётся без подтверждённого численного ответа.
Comments
0 comments