Сбой в Ормузском проливе истощает страховку нефтяного рынка

Главная проблема кризиса в Ормузском проливе не сводится к тому, что на рынок поступает меньше баррелей. Мировая система пока компенсирует сбой временными решениями: выпуском стратегических резервов, сокращением коммерческих запасов, снижением переработки и перенаправлением экспорта. Но это не заменяет устойчиво работающий морской маршрут.

До конфликта через пролив ежедневно проходило около 20 млн баррелей нефти и нефтепродуктов. Оценки фактических потоков затем заметно расходились, однако все они указывают на глубокое нарушение перевозок: Международное энергетическое агентство (МЭА) оценивало средний поток в марте—мае в 2,7 млн баррелей в сутки, а 18 сентября через пролив прошли лишь четыре грузовых судна с сырьевыми товарами.

Запас прочности становится всё меньше

В первые недели нефтяной шок не обязательно оборачивается сопоставимым падением потребления. Государства могут высвободить стратегические резервы, трейдеры — использовать коммерческие запасы, НПЗ — снизить загрузку, а производители — частично перенаправить экспорт. Такие меры выигрывают время, но не восстанавливают нормальную пропускную способность морского коридора.

В марте страны — члены МЭА договорились о крупнейшем в истории агентства экстренном высвобождении нефтяных запасов. 15 При этом накопленные потери поставок с Ближнего Востока к августу превысили 1,3 млрд баррелей, сообщало МЭА. Вывод прост: каждый новый расход резервов уменьшает объём, который можно будет использовать при следующем сбое.

Именно поэтому оценки сохраняющегося дефицита различаются. Отправления из Персидского залива, перевозки непосредственно через Ормузский пролив и общий объём доступной нефти — разные показатели. Они меняются по мере того, как судовладельцы перестраивают маршруты, используют перевалку «судно—судно» или отключают передачу данных о местоположении. Важнее не отдельная цифра, а общий факт: нормальные торговые потоки так и не восстановились. 4 12

Саудовский обходной маршрут был ключевым компенсатором

Саудовский трубопровод Восток—Запад соединяет месторождения на востоке страны с экспортным узлом Янбу на Красном море и позволяет вывозить нефть в обход Ормузского пролива. За первые пять месяцев конфликта поставки через этот маршрут выросли примерно до 4–5 млн баррелей в сутки, сообщал Reuters. 3

Этот трубопровод стал одним из главных предохранительных клапанов мирового рынка. Поэтому его остановка после атак беспилотников лишила рынок мощностей именно тогда, когда простых альтернатив почти не осталось. Reuters сообщал, что атака вывела трубопровод из строя; 14 сентября цена Brent закрылась на уровне 105,68 доллара за баррель на фоне новых опасений за поставки. 17

Запасы нефти в Янбу способны поддерживать экспорт лишь недолгое время и не могут заменить работающий трубопровод. По данным Reuters, имеющихся там объёмов могло хватить на пять—семь дней при сохранении остановки. Сроки ремонта остаются неопределёнными: американские официальные лица называли перебой кратковременным, тогда как независимые оценки допускали, что он продлится несколько недель.

Почему рост экспорта США не закроет дефицит автоматически

США способны добавить нефть на мировой рынок, но не могут мгновенно воспроизвести сочетание сортов сырья, экспортных терминалов, танкерного флота и нефтепереработки, которое обеспечивал Персидский залив.

Нефть нужно перевезти, погрузить, подобрать под конфигурацию конкретного НПЗ и переработать в дизельное топливо, авиакеросин, бензин и другие продукты. Поэтому нехватка нефтепродуктов может сохраняться даже при наличии дополнительной сырой нефти в других регионах. Центр глобальной энергетической политики Колумбийского университета отмечал, что американские НПЗ экспортировали рекордные объёмы, сокращая внутренние запасы нефтепродуктов, и работают близко к практическому пределу; запасы дистиллятов в США были примерно на 13% ниже среднего уровня за пять лет.

Следовательно, дополнительная добыча или экспорт из США помогают лишь частично. Узкое место — не только добыча, но и логистика с переработкой.

Китай выиграл время, сократив импорт, но этот запас может исчерпаться

В первые месяцы заметным буфером стал Китай: страна сократила чистый импорт нефти, активнее использовала внутренние запасы и снизила загрузку НПЗ. По оценке Центра глобальной энергетической политики, во II квартале 2026 года чистый импорт сырой нефти Китаем упал на 30% год к году, или на 3,5 млн баррелей в сутки.

Это ослабило конкуренцию за доступные вне Персидского залива баррели и смягчило немедленное ценовое давление. Однако речь шла о временной корректировке спроса, а не о появлении нового источника предложения.

В августе переработка нефти в Китае росла второй месяц подряд: её поддержал экспорт топлива после того, как Пекин в середине июля смягчил ограничения на такие поставки, сообщал Reuters. У Китая по-прежнему есть запасы и пространство для политических решений, однако рост переработки означает, что прежнее ограничение импорта нельзя считать постоянной компенсацией перебоев.

СПГ столкнулся с той же угрозой для судоходства

Кризис на нефтяном рынке показывает более широкую проблему энергетической безопасности: если страховщики, экипажи и судовладельцы считают маршрут небезопасным, физические мощности по добыче, трубопроводной транспортировке или сжижению газа могут оказаться фактически отрезанными от покупателей, даже оставаясь технически исправными.

Brookings сообщал, что страхование рейсов через Ормузский пролив стало недоступным либо чрезмерно дорогим, а моряки отказываются идти этим маршрутом. 2 У покупателей сжиженного природного газа (СПГ) возможностей для манёвра меньше, чем у покупателей нефти: СПГ требует специализированных газовозов, терминалов приёма и цепочек поставок, привязанных к контрактам. Практический ответ — диверсификация: более гибкие контракты, альтернативные газопроводы там, где они доступны, мощности регазификации, хранилища и снижение зависимости от одного морского узкого места.

От чего зависит дальнейшая цена нефти

Широкий диапазон прогнозов цен отражает два разных сценария развития кризиса.

Сценарий более высоких цен в ближайшей перспективе предполагает продолжение атак, ограниченное движение танкеров, затяжную потерю обходных мощностей и дальнейшее расходование запасов. 18 сентября Brent торговалась на уровне 104,87 доллара за баррель; ранее на той неделе котировки приближались к максимумам за четыре месяца из-за тревоги вокруг повреждённого саудовского трубопровода и нарушений отгрузок из Янбу.

Существенно более низкий долгосрочный сценарий требует иной реальности: убедительного восстановления безопасного судоходства, ремонта и перезапуска экспортной инфраструктуры, нормализации страхования и доступности танкеров, а также времени на пополнение запасов. Дополнительными условиями могут стать более слабый спрос или возвращение избытка предложения за пределами Персидского залива.

Эти варианты не противоречат друг другу. Первый оценивает нерешённое физическое ограничение поставок, второй — его устранение. Пока безопасность транзита и альтернативные экспортные маршруты не будут надёжно восстановлены, рынок остаётся уязвимее к скачкам цен вверх, чем это может показаться по одному только текущему уровню котировок.