Война вокруг Ормузского пролива перекроила рынки нефти и СПГ

Нарушение судоходства через Ормузский пролив превратило мировую энергетику из обычного рынка торговли в систему антикризисного управления. Стратегические запасы, обходные трубопроводы, сокращение спроса и рост поставок из США смягчили первый удар по маршруту, через который в нормальных условиях проходит около 25% морской торговли сырой нефтью и примерно 20% мирового оборота сжиженного природного газа (СПГ). 45

Физического обвала поставок удалось избежать. Но утраченная транспортная пропускная способность не восстановлена, а премия за геополитический риск по-прежнему заложена в цены нефти и газа.

Что удержало рынок от немедленного дефицита

Правительства и производители опирались на несколько временных решений:

• Высвобождение экстренных запасов нефти. Среди основных инструментов реагирования Исследовательская служба Конгресса США называет использование стратегических резервов, ограничение спроса и ввод резервных добывающих мощностей. 1
• Альтернативные экспортные маршруты. Саудовская Аравия и ОАЭ перенаправили часть нефти по трубопроводам в обход пролива. Это снижает масштаб шока, однако пропускная способность таких маршрутов существенно меньше обычного морского потока через Ормуз. 3
• Сокращение закупок Китаем. Крупные запасы и перерабатывающая система позволили КНР снизить импорт сырой нефти. По таможенным данным, приведённым The New York Times, за первые шесть месяцев войны импорт оказался на 23% ниже, чем годом ранее; CSIS указывает, что в низшей точке примерно в июне падение приближалось к половине прежнего объёма. Показатели относятся к разным периодам, но оба свидетельствуют о крайне заметном сокращении китайских закупок. 28
• Дополнительные поставки американского СПГ в Азию. Рост отгрузок из США помог частично заместить недоступные объёмы из Персидского залива и ослабить конкуренцию за оставшиеся гибкие партии СПГ. 5

В совокупности эти шаги высвободили нефть и газ из других источников для покупателей, которые иначе столкнулись бы с более острым дефицитом.

Рынок нефти далёк от нормального состояния

Смягчение удара не означает возвращения к равновесию. Bloomberg оценивал, что даже с учётом принятых мер закрытие пролива сокращает мировые потоки нефти примерно на 11 млн баррелей в сутки. Это расчётная оценка, а не окончательный оперативный баланс, однако она показывает исключительный масштаб нарушения. 3

Нефть Brent подорожала и стала более волатильной: трейдеры учитывают и физический дефицит, и риск того, что один из важнейших энергетических узких проходов остаётся нарушенным. Предоставленные данные не позволяют надёжно назвать текущую цену Brent. Обоснованнее говорить о другом: рынок стал структурно чувствительнее к новостям о перевозках, запасах и развитии конфликта. 34

Нагрузка распределилась по миру неравномерно. Сокращение китайских закупок ослабило конкуренцию за доступные баррели, но Китай добился этого не исчезновением спроса, а расходованием запасов и снижением загрузки НПЗ. 28

Китай облегчил ситуацию с сырой нефтью, но ужесточил рынок топлива

Роль Китая особенно важна, поскольку это крупнейший в мире импортёр сырой нефти. По оценке CSIS, в минимальной точке китайский импорт снизился более чем на 4 млн баррелей в сутки. Эти объёмы стали доступны другим покупателям, прежде всего в Азиатско-Тихоокеанском регионе. 8

Однако у такого приспособления есть обратная сторона. Китайские НПЗ сократили переработку, а страна уменьшила экспорт нефтепродуктов. В результате на международный рынок поступает меньше дизельного топлива, бензина и авиационного керосина; CSIS отдельно выделяет напряжённость в сегменте дизеля. 8

Иными словами, мир получил некоторое облегчение на рынке сырой нефти, но лишился части потенциального предложения готового топлива. Поэтому значение приобретают не только баррели нефти, но и мощности НПЗ, запасы нефтепродуктов и логистика их доставки.

СПГ помог пережить шок, но запас прочности стал меньше

Газовый рынок развивается по сходной схеме. Европа пока избежала немедленного энергетического кризиса благодаря запасам газа в хранилищах, снижению потребления и перенаправлению партий СПГ. Но цена этой защиты — более низкий уровень хранения и более высокие цены на газ из-за конкуренции импортёров за гибкие партии. 5

Нарушение поставок изменило и перспективы глобального рынка СПГ. Объёмы и резервные мощности, которые могли бы сформировать ожидаемый профицит, теперь используются как экстренная замена выпавшему газу. CSIS предупреждает: если ограничения в Персидском заливе сохранятся, новые СПГ-проекты будут задерживаться или азиатский спрос восстановится, рынок может перейти к дефициту в 2027 году. 45

Особенно важным элементом этой перестройки стал СПГ из США. Он способен закрыть часть дефицита у азиатских покупателей, но не может полностью заменить объёмы СПГ, обычно идущие через Персидский залив. 5

Последствия выходят за пределы нефти и газа

Сбой в Ормузском проливе затрагивает и промышленные цепочки поставок. Ограничения поставок гелия, связанного с регионом Персидского залива, создают риски для полупроводниковой промышленности и других высокотехнологичных производств, где используется этот газ. CSIS относит гелий к более широкому набору рыночных последствий кризиса. 4

Имеющиеся материалы не позволяют оценить ни точный дефицит гелия, ни возможные потери выпуска микросхем. Но сама эта зависимость показывает, почему длительный сбой судоходства в заливе влияет далеко не только на потребителей топлива.

Почему нынешняя стабилизация временная

Меры, которые поддержали рынок, ограничены по времени или зависят от условий:

1. Стратегические резервы придётся пополнять. Их использование меняет нынешний дефицит на будущий спрос со стороны государств. 15
2. Снижение импорта Китаем опирается на запасы и решения властей. Возвращение к обычным закупкам может быстро усилить конкуренцию за нефть. 28
3. Обходные трубопроводы не сопоставимы по мощности с Ормузским проливом. Они смягчают потери морской торговли, но не способны полностью её воспроизвести. 34
4. Ресурсы для замещения СПГ ограничены. Американский экспорт и перенаправление грузов дают гибкость, но не заменяют полностью недоступный газ из Персидского залива. 5

Следующий риск — вторичная волна ужесточения рынка. Пополнение государственных нефтяных резервов добавит крупных покупателей в систему, которая и так держится на снижении спроса, перенаправлении потоков и экстренных поставках. Если свободные мощности останутся ограниченными, этот цикл восстановления запасов может поддержать высокие цены на нефть даже после ослабления наиболее острой фазы конфликта. 15

Главное

Мир не устранил шок Ормузского пролива — он лишь распределил его последствия. Стратегические резервы, альтернативные маршруты, расходование запасов Китаем и американский СПГ ограничили немедленный ущерб и выиграли время. Но каждый из этих буферов временный: энергетическая система стала дороже, менее гибкой и уязвимее к восстановлению спроса либо дальнейшим сбоям экспорта из Персидского залива. 345