Китай сопротивляется санкциям США против Ирана — пока без открытого финансового конфликта

Китай ответил на новую санкционную кампанию США против Ирана жёсткими заявлениями, но пока не пошёл на прямую финансовую эскалацию. Пекин назвал американские меры «незаконными односторонними санкциями», заявил, что сотрудничество с Тегераном осуществляется в рамках международного права, и пообещал защищать свои интересы. 78

При этом публично объявленного пакета контрсанкций, специально направленного против США, пока нет. Так складывается знакомая для китайской дипломатии схема: Пекин оспаривает право Вашингтона контролировать связанную с Ираном торговлю, но старается не подставлять крупнейшие китайские банки под американские ограничения.

Что изменила операция Operation Economic Outcast

24 августа министр финансов США Скотт Бессент объявил кампанию Operation Economic Outcast. Её цель — оказать давление не только на иранские структуры, но и на зарубежных партнёров Тегерана. Вашингтон расширил угрозу вторичных санкций на торговлю, связанную с нефтью, а также на цифровые активы, технологии, золото, авиацию и судоходство. 15

Главный рычаг США — доступ к американской финансовой системе. Компании и банки, продолжающие обслуживать торговлю с Ираном, могут оказаться перед выбором: сохранить отношения с Тегераном или не потерять доступ к долларовым расчётам и международным корреспондентским счетам. 512

В первоначальный пакет вошли организации из Китая и Гонконга, но крупный китайский финансовый институт в него не попал. Это важное различие. Санкции против небольших посредников повышают стоимость обхода ограничений, тогда как удар по крупному китайскому банку мог бы быстро превратить кампанию против Ирана в масштабный конфликт между Вашингтоном и Пекином. 27

Дело Kameng Trading усиливает давление на посредников

28 августа Министерство финансов США внесло гонконгскую компанию Kameng Trading Limited в санкционный список. По утверждению американского ведомства, компания выступала прикрытием для иранского обменного дома и помогала лицам, находящимся под санкциями, получать доступ к международной финансовой системе.

Этот шаг показывает, что гонконгские компании находятся в зоне действия кампании. Он также повышает риски для китайских и других региональных фирм, которые проводят платежи, сопровождают перевозки или оформляют торговые документы для иранских партнёров.

Однако доступные публикации не подтверждают отдельной публичной реакции Пекина именно на включение Kameng Trading в список. Китай ограничился более широкими заявлениями о недопустимости вмешательства в сотрудничество с Ираном. Это показательно: риторика остаётся непримиримой, а практическая реакция — выверенной и ограниченной.

Почему Пекин отвергает санкции США

Возражения Китая имеют и юридическую, и стратегическую основу. Китайские представители заявляют, что сотрудничество с Ираном ведётся в рамках международного права и не должно нарушаться или подрываться внешними мерами. 711 Пекин также не принимает сам принцип, согласно которому США могут в одностороннем порядке определять, какие страны и компании вправе вести обычную торговлю с Ираном.

Для Китая вопрос выходит далеко за пределы отношений с Тегераном. Если согласиться с требованиями Вашингтона о вторичных санкциях, это укрепит представление о том, что доступ к американской финансовой системе даёт США право вето на китайские коммерческие связи.

Поэтому защита торговли с Ираном — одновременно защита пространства для самостоятельной экономической и внешней политики Китая. Пекин также призывает к сдержанности и возвращению к переговорам, предупреждая, что санкции и давление способны лишь усилить напряжённость. 6

Угроза санкций против китайских банков — главный рычаг Вашингтона

Ключевой нерешённый вопрос заключается в том, перейдёт ли Вашингтон от ограничений против небольших посредников к наказанию китайских банков или крупных покупателей иранской нефти. Американские чиновники дают понять, что китайские организации не получат автоматического исключения, если помогают превращать иранскую нефть в доходы для Тегерана. 15

Эта угроза сильна потому, что даже банки с небольшим объёмом операций в США могут зависеть от долларового клиринга, корреспондентских отношений и другой международной финансовой инфраструктуры. Санкции против крупного института способны затронуть его глобальные операции далеко за пределами иранского направления.

Но именно здесь издержки становятся взаимными. Ограничения против системно важного китайского банка могут усилить давление на Иран, однако одновременно спровоцируют ответ Пекина, нарушат торговые потоки и ускорят фрагментацию финансовой системы. То, что в первоначальном пакете Вашингтон избежал такого шага, указывает на попытку сохранить давление на Тегеран, не разрушая пространство для управления более широкими отношениями США и Китая. 25

Может ли санкционная война усилить юань и CIPS

Чем чаще США применяют вторичные санкции, тем сильнее у попавших под давление стран и осторожных торговых партнёров стимул снижать зависимость от доллара. Возможные варианты — расчёты в юанях, двусторонние платёжные соглашения, бартероподобные сделки и альтернативные финансовые каналы.

Китай годами развивает платёжную инфраструктуру в юанях и валютные своп-линии с экспортёрами энергоресурсов. На фоне кризиса вокруг Ормузского пролива вновь обсуждается возможность более активного использования китайской валюты в энергетической торговле.

Однако речь идёт о постепенной диверсификации, а не о скорой замене доллара. Нынешняя кампания США по-прежнему демонстрирует практический охват долларовых ограничений, а американская валюта сохраняет преимущества с точки зрения ликвидности, конвертируемости и уже сложившихся глобальных сетей.

Наиболее обоснованный вывод таков: санкции могут постепенно стимулировать альтернативные расчёты, но доллар пока сохраняет центральное положение.

Иранская дилемма: Китай важен, но не является безусловным щитом

Кампания давления обнажает противоречие внутри отношений Ирана и Китая. Пекин помогал Тегерану поддерживать экспорт нефти, смягчать последствия санкций и сохранять экономические и технологические связи. Поэтому Китай остаётся для Ирана важнейшим каналом доступа к внешней торговле, особенно при ограниченном доступе к западным рынкам. 17

Но китайская поддержка определяется прежде всего интересами самого Китая. Пекин заинтересован в иранских энергоресурсах и влиянии на Ближнем Востоке, однако одновременно стремится ограничить риск американских санкций, сохранить более широкие торговые отношения с Вашингтоном и не оказаться втянутым в прямые обязательства по защите Тегерана.

Поэтому обе крайние трактовки выглядят ненадёжными. Китай вряд ли полностью откажется от Ирана, но и не станет нести неограниченные экономические издержки исключительно ради защиты Тегерана. Внутри Ирана это даёт чиновникам и политическим группам основания спорить о том, насколько надёжным окажется Пекин в условиях максимального давления.

Ормузский пролив показывает пределы китайской поддержки

Зависимость Китая от энергоресурсов Персидского залива делает Ормузский пролив особенно чувствительным вопросом. Пекин заявлял, что нарушение судоходства или блокада пролива не отвечает интересам международного сообщества, и призывал к сдержанности и дипломатическому урегулированию.

Одновременно Китай сам подвергается коммерческим последствиям перебоев в перевозках из региона. В справочном материале комиссии правительства США сообщалось, что китайские власти ранее приостановили экспорт части нефтепродуктов, ещё не прошедших таможенное оформление, на фоне рисков для судоходства в заливе. Это показывает, насколько быстро нестабильность в регионе влияет на экономические расчёты Пекина. 18

Китаю необходимо поддерживать открытые морские маршруты, поэтому он может использовать дипломатию и экономическое влияние, чтобы побуждать Тегеран к сдержанности. Но это не означает готовности вступать в военное противостояние с США из-за возможной блокады или защищать иранское судоходство силой.

Вероятные инструменты Пекина — дипломатическое давление, коммерческая адаптация и ограниченное морское присутствие, а не открытая война с Вашингтоном.

Как санкционный спор влияет на ожидаемый визит Си Цзиньпина в Вашингтон

Конфликт вокруг иранских санкций способен осложнить сообщения о предполагаемом визите председателя КНР Си Цзиньпина в Вашингтон 24 сентября. Reuters писал, что поездка ожидалась в рамках переговоров с президентом США Дональдом Трампом, одновременно отмечая более широкие усилия Китая по продвижению стабильности на Ближнем Востоке.

Если визит состоится, санкционная кампания может одновременно выполнять две функции. Вашингтон получит дополнительный рычаг давления через торговлю с Ираном, а Пекин сможет заявить, что не принимает одностороннего контроля США над китайскими коммерческими связями.

При этом обе стороны заинтересованы в том, чтобы спор не перерос в прямое противостояние из-за крупного китайского банка. Поэтому окончательные статус и повестку визита следует считать предварительными, если их официально не подтвердят правительства двух стран. Имеющиеся материалы позволяют говорить о дипломатическом ограничителе и предмете торга, но не о согласованном урегулировании между Китаем и США.

Итог: сопротивление без разрыва

Китай политически сопротивляется американской кампании и сохраняет пространство для торговли с Ираном, но не демонстрирует готовности любой ценой идти на конфликт с Вашингтоном.

Стратегия Пекина состоит в том, чтобы оспаривать легитимность односторонних санкций, по возможности защищать китайские компании и развивать альтернативные каналы расчётов — не отказываясь немедленно от доступа к долларовой системе.

Поэтому нынешнее противостояние — скорее испытание возможностей санкционной политики, чем мгновенный разрыв мировой финансовой архитектуры. США по-прежнему способны навязывать серьёзные издержки партнёрам Ирана, но каждая новая угроза китайским организациям одновременно усиливает стимул Пекина создавать недолларовые каналы.

Наиболее вероятный результат — постепенная финансовая диверсификация при сохранении доминирования доллара, а не немедленный крах торговли между Китаем и Ираном или всей финансовой системы под руководством США.