Иран через шесть месяцев войны: военный тупик углубляет экономический кризис

Через шесть месяцев после того, как США и Израиль нанесли удары по Ирану 28 февраля, страна не потерпела поражения — но и не вышла из кризиса. Противостояние переросло в затяжной военный и экономический тупик: военное давление, санкции и ухудшение уровня жизни усиливают друг друга.

Главный показатель происходящего — стоимость самых необходимых товаров. По официальным иранским данным, в июле годовая продовольственная инфляция составила 128%, а потребительские цены были на 87,9% выше, чем годом ранее. Инфляция, рассчитанная за 12 месяцев, достигла 66%. 1

Главным фронтом становится экономика

Конфликт больше не сводится к истощению военных ресурсов. 24 августа Вашингтон объявил о запуске «Operation Economic Outcast» — санкционной кампании против иранских сетей военных закупок, а также торговли нефтью и нефтехимической продукцией. Ее цель — перекрыть источники доходов и поставок, которые позволяют Тегерану финансировать войну и поддерживать работу экономики. 3

Иранские власти сами признают масштаб уязвимости. Президент заявил, что из-за санкций и блокады внешняя торговля сократилась на 35%. Правительство назвало инфляцию и экономические последствия войны одними из главных проблем страны. 17

Санкции бьют одновременно по государственным финансам и по покупательной способности населения. Ограничения на продажу нефти, банковские операции и торговлю усложняют импорт и делают его дороже. Ослабление национальной валюты затем дополнительно разгоняет цены.

Цены на продукты меняют повседневную жизнь

Продовольственная инфляция — это не отвлеченный макроэкономический показатель. Она показывает, как быстро дорожит обычная корзина продуктов, и в Иране этот рост оказался особенно резким.

Согласно данным Статистического центра Ирана, в июле продукты стоили более чем на 128% дороже, чем годом ранее. Иными словами, та же корзина обходилась примерно в 2,28 раза дороже, чем в июле 2025 года. Особенно сильно подорожали масла и жиры, молочные продукты, мясо и птица. 12

Для семей это означает стремительное сокращение того, что можно купить на прежнюю зарплату. После расходов на продукты, аренду и коммунальные услуги у домохозяйств остается меньше возможностей пережить новое падение курса или перебои с поставками. Поэтому экономические трудности становятся и политическим риском: их последствия видны не только в статистике, но и на рынках и в домашних хозяйствах.

Падение томана усиливает шок

Иранская валюта продолжила дешеветь на свободном рынке. По данным, опубликованным 25 августа, курс доллара менее чем за две недели вырос примерно со 186 500 до 204 000 томанов. 3

Ослабление томана повышает стоимость импортных продуктов, лекарств, оборудования и других товаров в местной валюте. Оно также подрывает доверие к экономической политике: население и бизнес начинают искать более надежные способы сохранить сбережения, а компаниям становится сложнее прогнозировать расходы и цены.

Так формируется замкнутый круг. Удорожание импорта разгоняет инфляцию, а ожидания дальнейшего роста цен создают дополнительное давление на валюту. Санкции и перебои в торговле затрудняют разрыв этого цикла.

Ответ Тегерана — «экономика сопротивления»

Иранское руководство делает ставку на самостоятельность. Концепция «экономики сопротивления» предполагает рост внутреннего производства, экономическое развитие, укрепление финансовой устойчивости и постепенное сокращение роли доллара в расчетах.

В долгосрочной перспективе такая политика может помочь сохранить экономическую активность. Но она не является быстрым лекарством. Для расширения внутреннего производства нужны инвестиции, работающие торговые маршруты, доступ к технологиям и иностранная валюта для закупки товаров, которые невозможно производить внутри страны. Именно эти направления сейчас испытывают наибольшее давление из-за санкций, падения нефтяных доходов и войны.

Иран уже демонстрировал способность выдерживать длительное экономическое давление. Для крупного экспортера нефти его экономика относительно диверсифицирована, а многолетние санкции стимулировали внутреннее производство и создание альтернативных торговых каналов. 16 Однако устойчивость — не то же самое, что восстановление: экономика может продолжать работать, пока население беднеет, а пространство для маневра государства сужается.

Почему растет политический риск для режима

Непосредственный вопрос для Тегерана заключается не только в том, способен ли Иран продолжать войну. Важно и то, сможет ли правительство сохранять общественную лояльность, пока дорожают продукты, падает валюта, сокращается торговля и продолжаются связанные с войной перебои.

Иранские чиновники и аналитики предупреждают о сочетании инфляции, нехватки энергоресурсов, разрушений, слабой деловой активности и нарушенных торговых связей. Эти факторы могут способствовать новым протестам и усиливать обвинения в коррупции и неэффективном управлении. 1

Доступные данные не подтверждают, что недовольство уже превратилось в единую координированную силу, способную свергнуть режим. У Ирана по-прежнему сохраняются государственные институты, силовой ресурс и экономика, которая не рухнула. Но пространство для ошибок сокращается: каждый новый удар осложняет попытки Тегерана доказать, что его стратегия защищает уровень жизни населения.

Что означает затяжной тупик

Ситуацию точнее всего описывает опасный тупик, а не очевидная победа одной из сторон. Иран избежал капитуляции, тогда как США сместили акцент на финансовую изоляцию и экономическое давление. В результате сохраняется давление без ясного политического финала.

Для Ирана главный вопрос — смогут ли внутреннее производство и альтернативная торговля компенсировать потерю доходов и рост стоимости импорта. Для населения — удастся ли стабилизировать цены и курс валюты. Для режима — не превратятся ли экономические трудности из цены военной стойкости в источник политической уязвимости.

Через шесть месяцев наиболее значимые последствия войны могут определяться не решающим прорывом на поле боя, а тем, что иранские семьи еще могут себе позволить — и как долго правительство сможет выдерживать вызванное этим недовольство.