Рон Вайден потребовал от GAO раскрыть, как спецслужбы США используют шпионское ПО

Что стало причиной запроса

21 августа 2026 года сенатор-демократ Рон Вайден обратился в Главное контрольное управление США (Government Accountability Office, GAO) с просьбой провести всеобъемлющую проверку применения федеральными правоохранительными органами хакерских инструментов и шпионского ПО против американцев. Речь идет о Федеральном бюро расследований (FBI), Управлении по борьбе с наркотиками (DEA), подразделении Homeland Security Investigations (HSI) в составе Иммиграционной и таможенной службы (ICE), а также Секретной службе. 712

Главная претензия сенатора — многолетний пробел в подотчетности. Такие технологии позволяют получать доступ к телефонам и компьютерам, перехватывать нажатия клавиш и извлекать крайне личные данные. Однако общество и Конгресс, по словам Вайдена, не располагают даже базовой информацией о том, насколько часто эти средства применяются, для каких расследований и какие ограничения действуют при их использовании. 712

Почему отсутствие статистики вызывает вопросы

Для традиционных методов наблюдения — например, прослушивания телефонных разговоров или использования pen register и trap-and-trace, то есть инструментов для фиксации набранных номеров и данных о соединениях, — существуют механизмы ежегодной отчетности. Для операций по взлому устройств сопоставимой публичной статистики нет. Из-за этого остаются неизвестными их частота, цели, масштаб и возможные последствия для людей, не являющихся объектами расследования. 167

Вайден также заявил, что Министерство юстиции и FBI неоднократно не предоставляли Конгрессу более подробную информацию, которую законодатели запрашивали. Поэтому он предложил поручить независимому контрольному ведомству подготовить несекретный отчет с выводами и рекомендациями. 712

Что именно должна проверить GAO

Запрос охватывает несколько направлений:

• могли ли сотрудники использовать хакерские инструменты или шпионское ПО в личных либо иных несанкционированных целях;
• достаточно ли технических средств контроля и надзора, чтобы предотвращать злоупотребления;
• как ведомства приобретают, хранят и защищают такие инструменты от кражи и утечек;
• передают ли они связанные с этими технологиями уязвимости на рассмотрение государственной процедуры, которая определяет, следует ли сообщать о проблемах производителям для их устранения;
• как федеральные органы информируют суды о возможностях программ и о риске затронуть неизвестных или невиновных владельцев устройств при получении ордеров. 712

Последний пункт особенно важен для защиты частной жизни. Взлом может затронуть не только предполагаемого преступника, но и других пользователей, чьи устройства, аккаунты или данные оказались связаны с расследованием. Вайден хочет выяснить, получают ли судьи достаточно технических сведений, чтобы адекватно оценить такие риски до выдачи разрешения.

Риск утечки правительственных технологий

Еще один мотив запроса — кибербезопасность и угроза инсайдеров. Вайден сослался на дело бывшего руководителя L3Harris Питера Уильямса, которого обвиняли в краже и продаже передовых инструментов. Этот эпизод показал, что технологии, созданные или используемые государственными структурами, могут выйти из-под контроля и впоследствии применяться иностранными разведчиками и преступными группами. 10

Такой сценарий опасен не только для следственных операций. Утечка подобных возможностей может поставить под угрозу безопасность устройств, раскрыть неизвестные уязвимости и дать злоумышленникам инструменты для атак на людей и организации.

Это не новая практика

Федеральное компьютерное вторжение не появилось вместе с современными коммерческими шпионскими платформами. В одном из первых документированных случаев, относящихся к 1999 году, FBI применило вредоносную программу для регистрации нажатий клавиш, чтобы получить доступ к зашифрованным с помощью PGP доказательствам на компьютере Филадельфийского мафиози Никодемо Скарфо в рамках расследования незаконных азартных игр и ростовщичества. 712

Именно длительную историю применения подобных методов Вайден противопоставляет их слабой публичной отчетности. Иными словами, технологии развивались быстрее, чем правила их раскрытия, контроля и судебной оценки.

В чем общий смысл инициативы

Запрос к GAO — это попытка выяснить, существуют ли реальные ограничения для использования мощных инструментов наблюдения, а не только формальные разрешения. Сенатора интересует весь жизненный цикл таких технологий: от закупки и хранения до применения в расследовании, раскрытия уязвимостей, представления информации суду и защиты данных после завершения операции.

По сути, Вайден добивается ответа на вопрос: может ли правительство получать доступ к самым личным цифровым данным граждан, если Конгресс и общество не знают, сколько раз это происходит, насколько обоснованы такие действия и как предотвращаются злоупотребления. 712