Почему нефть и доходности облигаций давят на мировые рынки

Последние движения на рынках указывают на неприятное для инвесторов сочетание факторов: шок со стороны предложения энергоресурсов усиливает инфляционные опасения, а напряжённость на рынке государственных облигаций удерживает долгосрочные доходности на высоком уровне. Такое сочетание бьёт по акциям сразу с двух сторон — угрожает покупательной способности домохозяйств и прибыли компаний, а также снижает текущую стоимость будущих доходов.

Поэтому инвесторы всё острее реагируют на любые новости об обстановке вокруг Ормузского пролива, новые данные по инфляции и признаки того, что быстрорастущие компании по-прежнему способны показывать сильные финансовые результаты.

Нефть становится первым источником давления

Цены на нефть выросли по мере того, как надежды на дипломатическое соглашение, которое позволило бы восстановить движение через Ормузский пролив, ослабли. В ходе последних торгов Brent поднялась выше 87 долларов за баррель, а Reuters сообщило о достижении нефтью максимума за месяц: перебои с перевозками и противостояние в Персидском заливе вновь вывели инфляционные риски на первый план.

Недельный рост оказался заметным: Brent прибавила около 8,1%, WTI — около 7,7%, тогда как три ведущих американских фондовых индекса потеряли от 2,0% до 2,7%. Подорожание энергии способно сократить реальные доходы потребителей и маржу бизнеса ещё до того, как его последствия полностью отразятся в официальной статистике.

При этом рост нефти не обязательно приводит к затяжному инфляционному шоку. Ключевыми остаются продолжительность перебоев и вопрос о том, начнут ли высокие цены на энергию распространяться на зарплаты, сектор услуг и инфляционные ожидания. Пока рынок закладывает прежде всего повышенную неопределённость, а не быстрое исчезновение шока.

Доходности облигаций превращают энергетический шок в проблему оценки акций

Доходности долгосрочных облигаций остаются высокими: инвесторы одновременно учитывают возобновившиеся инфляционные риски, масштаб государственных заимствований, будущий объём предложения долга и дополнительную премию за владение бумагами с большим сроком погашения. По данным Reuters, доходность 30-летних казначейских облигаций США во время недавней распродажи достигла максимума с 2007 года.

Для фондового рынка это важно, поскольку доходности облигаций — один из базовых параметров моделей оценки. Когда растёт безрисковая ставка, будущие прибыли быстрорастущих компаний становятся менее ценными в пересчёте на сегодняшние деньги. Поэтому особенно уязвимы технологические и полупроводниковые компании — тем более что инвесторы уже задаются вопросами о стоимости и масштабах вложений в искусственный интеллект.

Реакция рынка отражает эту зависимость. На одной из последних сессий Nasdaq Composite снизился на 1,33%, тогда как S&P 500 потерял 0,69%, а Dow Jones — 0,22%.

Выкуп облигаций Минфином США дал ликвидность, но не решил проблему

Решение Минфина США как минимум удвоить объём обратного выкупа долгосрочных бумаг — до 4 млрд долларов за одну операцию — первоначально подтолкнуло доходности вниз и ослабило доллар. Такая мера может улучшить ликвидность, поскольку убирает с рынка старые и менее активно торгуемые облигации. Однако она не устраняет базовые опасения по поводу инфляции и масштабов государственных заимствований.

Ограниченность эффекта стала очевидной после того, как облегчение на рынке облигаций сошло на нет. Позднее доходность 30-летних казначейских бумаг поднялась до 5,247% после снижения до 5,1765% вслед за объявлением Минфина. Инвесторы усомнились, что программа сможет обеспечить устойчивую поддержку рынку.

Иными словами, выкуп может сгладить перебои в работе рынка, но не меняет фундаментальные силы спроса и предложения, определяющие стоимость долгосрочных заимствований. Поэтому акции сохранили уязвимость даже после вмешательства Минфина.

Почему распродажа распространяется на разные регионы

Слабость рынка не ограничилась американскими технологическими акциями. Европейские бумаги подешевели в ходе общего ухода от риска, а ряд азиатских рынков готовился завершить неделю снижением на фоне роста нефти и сохраняющейся напряжённости на мировом рынке облигаций.

Широта распродажи имеет значение: она указывает скорее на макроэкономическую переоценку активов, чем на обычную смену предпочтений между секторами. Высокие доходности увеличивают стоимость финансирования во многих странах, а экономики — импортёры нефти сталкиваются с давлением на торговый баланс, потребительский спрос и прибыль компаний.

Движения валют также усложняют привычную картину «бегства в защитные активы». После объявления Минфина индекс доллара снизился на 0,84%, до 98,80, а евро вырос на 0,88%, до 1,1676 доллара. Биткоин также резко подорожал на фоне восстановления рисковых активов после первоначального облегчения на рынке облигаций.

Это показывает, что инвесторы не переходили однозначно в традиционные американские защитные активы. В переоценке рынка учитывались и опасения по поводу бюджетных и инфляционных рисков США.

Что это означает для политики Федеральной резервной системы

Нефтяной шок осложняет скорый поворот к смягчению политики, если он начнёт подталкивать вверх более широкие инфляционные ожидания. Reuters сообщило, что несколько представителей Федеральной резервной системы США были готовы повысить ставку на июльском заседании, а ожидалось, что общая и базовая инфляция PCE в июле останется выше 3%.

Перед регулятором стоит сложный выбор. Если слишком быстро отреагировать на нефтяной шок смягчением политики, можно допустить расхождение инфляционных ожиданий с целевым уровнем. Если же сохранять жёсткие финансовые условия на фоне замедления экономики, давление на домохозяйства, бизнес и оценки акций может усилиться.

Пока перебои вокруг Ормузского пролива сохраняются, наиболее вероятным рыночным сценарием выглядит рост волатильности и смещение к более длительному периоду высоких долгосрочных ставок. Это не обязательно означает немедленное повышение ставки ФРС, но снижает уверенность в скором начале цикла снижения.

Какие события станут следующей проверкой для рынка

Три фактора могут определить, усилится ли распродажа или рынок перейдёт к стабилизации:

1. Дипломатия и судоходство. Убедительная деэскалация и восстановление движения через пролив уберут часть премии за нефтяной риск. Продолжение дипломатического тупика оставит цены на энергоносители и инфляционные ожидания уязвимыми перед новыми шоками.
2. Базовая инфляция PCE. Этот показатель поможет понять, остаётся ли подорожание нефти временным скачком общей инфляции или превращается в более широкую проблему.
3. Отчёт Nvidia и симпозиум в Джексон-Хоуле. Результаты Nvidia проверят, способен ли рост прибыли, связанный с искусственным интеллектом, компенсировать более высокие ставки дисконтирования. Симпозиум ФРС в Джексон-Хоуле должен дать сигналы о взглядах регуляторов на экономический рост, инфляцию и процентные риски.

Прогноз: ситуация хрупкая, но исход ещё не предрешён

Рынок реагирует не просто на подорожание нефти. Инвесторы заново оценивают взаимосвязь между перебоями с энергией, инфляцией, государственным долгом и дорогими акциями роста. Поэтому даже сильный сезон корпоративной отчётности может оказаться недостаточным для возобновления прежнего ралли, если долгосрочные доходности продолжат расти.

Для устойчивого восстановления, вероятно, потребуется хотя бы одно из трёх изменений: убедительный прогресс в направлении открытия судоходных маршрутов, более мягкая базовая инфляция, способная компенсировать энергетический шок, или результаты компаний существенно лучше ожиданий — особенно у крупнейших бенефициаров бума искусственного интеллекта. Пока этого не произошло, сочетание высоких цен на нефть и доходностей облигаций оставляет мировые акции уязвимыми перед новыми резкими движениями на фоне заголовков.