Что давило на доллар

• Доходность Treasuries снизилась. Распродажа американских гособлигаций приостановилась, а доходности отступили от недавних максимумов. Это уменьшило процентное преимущество доллара перед другими валютами. На 19 августа доходность 10-летних облигаций составляла 4,702%, а 30-летних — 5,282%.

  Эти сроки важны для рынка по разным причинам. Доходность двухлетних бумаг особенно чувствительна к ожиданиям по ставке ФРС, тогда как 10-летние и 30-летние облигации отражают более долгосрочные оценки роста, инфляции и потребностей правительства США в заимствованиях. Поэтому их снижение могло сигнализировать не только о более мягкой политике ФРС, но и о сомнениях в динамике экономики и спросе на американский долг.

• Евро укрепился, а доллар ослаб к основным конкурентам. Евро поднимался к двухмесячному максимуму — около 1,161 доллара, — а фунт приблизился к трёхмесячному пику. Иена оставалась вблизи отметки 160 иен за доллар, поскольку участники рынка одновременно оценивали перспективы заседания Банка Японии.

• Повышение ставки ФРС в сентябре стало менее вероятным. В июле экономика США неожиданно потеряла 23 тысячи рабочих мест. Затем стало известно, что розничные продажи в июле снизились на 0,6% после роста на 0,2% в июне. Более мягкие показатели инфляции и неизменные цены производителей также не поддержали сценарий скорого ужесточения политики.

  По оценкам рынка, вероятность повышения ставки на сентябрьском заседании опускалась примерно до 31%, тогда как вероятность повышения к декабрю оценивалась в 69%.

• Инвесторы закрывали длинные позиции по доллару. Ранее часть участников рынка покупала американскую валюту в ожидании более жёсткой позиции ФРС. Когда эти ожидания ослабли, такие позиции начали сворачиваться, что усилило падение курса. Дополнительным фактором стали опасения по поводу темпов роста американской экономики.

Почему прогноз для доллара остаётся неоднозначным

Краткосрочный фон для американской валюты выглядел скорее негативным или осторожно-негативным: рынок закладывал более мягкую реакцию ФРС на ослабление экономической активности. Однако это не означало безусловного продолжения снижения доллара.

Неопределённость сохранялась вокруг инфляции, дальнейшей реакции регулятора, темпов мирового роста и объёма долгосрочных заимствований Министерства финансов США. Любой сигнал о том, что инфляционные риски остаются устойчивыми, мог поддержать доходности облигаций и доллар.

Как конфликт США и Ирана влиял на валютный рынок

Геополитика действовала сразу в двух направлениях.

• При обострении конфликта и угрозе перебоев с поставками энергоносителей цены на нефть росли. Это усиливало инфляционные риски и могло возвращать спрос на доллар как на защитный актив.
• При признаках деэскалации, напротив, фьючерсы на нефть и краткосрочные инфляционные ожидания снижались. В таком случае ослабевал один из аргументов в пользу повышения ставки ФРС.

Иными словами, эскалация могла одновременно поддержать доллар через спрос на безопасные активы и повысить ожидания ужесточения политики через более дорогую нефть. Улучшение ситуации давало противоположный эффект: меньше инфляционного давления, но и меньше причин держать доллар ради защиты от риска.

Что могли показать протоколы июльского заседания ФРС

Инвесторы ждали от протокола Федерального комитета по операциям на открытом рынке (FOMC) подробностей о внутренней дискуссии регулятора. Документ мог прояснить:

• насколько серьёзными чиновники считали инфляционные риски;
• как они сопоставляли замедление экономической активности с необходимостью сдерживать цены;
• отражали ли три голоса за немедленное повышение ставки широкое присутствие «ястребов» в комитете или позицию заметного меньшинства.

Если протокол показывал устойчивую обеспокоенность инфляцией, это могло привести к росту доходности облигаций и поддержать доллар. Если же большинство участников делало акцент на замедлении роста или видело признаки ослабления инфляционного давления, это подтверждало бы снижение рыночных ожиданий по повышению ставки в сентябре.

Что давило на доллар

• Доходность Treasuries снизилась. Распродажа американских гособлигаций приостановилась, а доходности отступили от недавних максимумов. Это уменьшило процентное преимущество доллара перед другими валютами. На 19 августа доходность 10-летних облигаций составляла 4,702%, а 30-летних — 5,282%.

  Эти сроки важны для рынка по разным причинам. Доходность двухлетних бумаг особенно чувствительна к ожиданиям по ставке ФРС, тогда как 10-летние и 30-летние облигации отражают более долгосрочные оценки роста, инфляции и потребностей правительства США в заимствованиях. Поэтому их снижение могло сигнализировать не только о более мягкой политике ФРС, но и о сомнениях в динамике экономики и спросе на американский долг.

• Евро укрепился, а доллар ослаб к основным конкурентам. Евро поднимался к двухмесячному максимуму — около 1,161 доллара, — а фунт приблизился к трёхмесячному пику. Иена оставалась вблизи отметки 160 иен за доллар, поскольку участники рынка одновременно оценивали перспективы заседания Банка Японии.

• Повышение ставки ФРС в сентябре стало менее вероятным. В июле экономика США неожиданно потеряла 23 тысячи рабочих мест. Затем стало известно, что розничные продажи в июле снизились на 0,6% после роста на 0,2% в июне. Более мягкие показатели инфляции и неизменные цены производителей также не поддержали сценарий скорого ужесточения политики.

  По оценкам рынка, вероятность повышения ставки на сентябрьском заседании опускалась примерно до 31%, тогда как вероятность повышения к декабрю оценивалась в 69%.

• Инвесторы закрывали длинные позиции по доллару. Ранее часть участников рынка покупала американскую валюту в ожидании более жёсткой позиции ФРС. Когда эти ожидания ослабли, такие позиции начали сворачиваться, что усилило падение курса. Дополнительным фактором стали опасения по поводу темпов роста американской экономики.

Почему прогноз для доллара остаётся неоднозначным

Краткосрочный фон для американской валюты выглядел скорее негативным или осторожно-негативным: рынок закладывал более мягкую реакцию ФРС на ослабление экономической активности. Однако это не означало безусловного продолжения снижения доллара.

Неопределённость сохранялась вокруг инфляции, дальнейшей реакции регулятора, темпов мирового роста и объёма долгосрочных заимствований Министерства финансов США. Любой сигнал о том, что инфляционные риски остаются устойчивыми, мог поддержать доходности облигаций и доллар.

Как конфликт США и Ирана влиял на валютный рынок

Геополитика действовала сразу в двух направлениях.

• При обострении конфликта и угрозе перебоев с поставками энергоносителей цены на нефть росли. Это усиливало инфляционные риски и могло возвращать спрос на доллар как на защитный актив.
• При признаках деэскалации, напротив, фьючерсы на нефть и краткосрочные инфляционные ожидания снижались. В таком случае ослабевал один из аргументов в пользу повышения ставки ФРС.

Иными словами, эскалация могла одновременно поддержать доллар через спрос на безопасные активы и повысить ожидания ужесточения политики через более дорогую нефть. Улучшение ситуации давало противоположный эффект: меньше инфляционного давления, но и меньше причин держать доллар ради защиты от риска.

Что могли показать протоколы июльского заседания ФРС

Инвесторы ждали от протокола Федерального комитета по операциям на открытом рынке (FOMC) подробностей о внутренней дискуссии регулятора. Документ мог прояснить:

• насколько серьёзными чиновники считали инфляционные риски;
• как они сопоставляли замедление экономической активности с необходимостью сдерживать цены;
• отражали ли три голоса за немедленное повышение ставки широкое присутствие «ястребов» в комитете или позицию заметного меньшинства.

Если протокол показывал устойчивую обеспокоенность инфляцией, это могло привести к росту доходности облигаций и поддержать доллар. Если же большинство участников делало акцент на замедлении роста или видело признаки ослабления инфляционного давления, это подтверждало бы снижение рыночных ожиданий по повышению ставки в сентябре.