Как кризис в Ормузском проливе меняет нефтяной рынок и усиливает роль Латинской Америки

У этого преимущества есть несколько составляющих:

• Более высокие фактические цены реализации. Расширение премии за геополитический риск может увеличить стоимость экспортных партий.
• Более широкий доступ к азиатским покупателям. НПЗ, которым нужны поставки без зависимости от Ормуза, могут активнее обращаться к производителям Атлантического бассейна.
• Рост стратегической значимости. Новая добыча становится важна не только как дополнительные объёмы, но и как страховка от геополитических перебоев.

Кризис не создал ни бразильскую экспансию на месторождениях подсолевого слоя, ни рост добычи на шельфе Гайаны. Он сделал уже существующие тенденции более важными с коммерческой и стратегической точки зрения.

Аргентина расширяет региональное предложение

Аргентина вписывается в ту же историю роста благодаря развитию сланцевого месторождения Вака-Муэрта. По оценке EIA, добыча в стране должна вырасти со среднего уровня 670 тыс. баррелей в сутки в 2024 году до 740 тыс. баррелей в сутки в 2025 году. На Вака-Муэрту, по оценке агентства, приходилось около 62% добычи в период с января по октябрь 2025 года.

Аргентина пока не обладает такой же гибкостью экспортных поставок, как Бразилия и Гайана. Скорость выхода дополнительных объёмов на внешний рынок зависит от пропускной способности трубопроводов, портовой инфраструктуры и потребностей внутреннего рынка. Тем не менее рост добычи увеличивает потенциальный вклад Южной Америки в мировое предложение и со временем снижает зависимость региона от импортной нефти.

Возможности Венесуэлы зависят от дополнительных условий

Венесуэла также может выиграть от высоких цен и спроса на тяжёлую нефть, не связанную с поставками из Персидского залива. Но имеющиеся данные не позволяют считать её возможности сопоставимыми с позициями Бразилии или Гайаны. Восстановление добычи и рост экспорта зависят от надёжности операций, состояния инфраструктуры, инвестиций, санкционных рисков, условий оплаты и доступа к перевозкам.

Разница принципиальна. Бразилия и Гайана опираются на действующий рост добычи и относительно прямой доступ к атлантическим маршрутам. Венесуэла может получить выгоду от благоприятной рыночной конъюнктуры, но для превращения этого преимущества в устойчивый рост экспорта и бюджетных доходов необходимо решить проблемы, которые не зависят от одной лишь цены нефти.

Экспортёры выигрывают, импортёры принимают удар на себя

Последствия для региона распределяются крайне неравномерно. Чистые экспортёры нефти при росте цен могут увеличить валютную выручку и государственные доходы. Для стран, импортирующих топливо, расчёт обратный: растут расходы на импорт, давление на субсидии, транспортные издержки и нагрузка на бюджеты домохозяйств.

МВФ назвал особенно уязвимыми зависящие от импорта энергии экономики Центральной Америки и туристические экономики Карибского бассейна. Подорожание топлива отражается на выработке электроэнергии, автомобильных перевозках, распределении продуктов, авиабилетах и работе круизной отрасли. Поэтому последствия кризиса выходят далеко за пределы рынка сырой нефти.

Есть и важная оговорка: статус экспортёра нефти не означает полной защиты от подорожания топлива. Страна может продавать сырую нефть, но импортировать бензин, дизельное топливо и другие нефтепродукты. В таком случае внутренние потребители всё равно испытывают влияние мировых цен и стоимости морских перевозок.

Почему последствия могут сохраниться после открытия пролива

Возобновление движения через Ормуз способно быстро облегчить ситуацию на рынке нефти, но розничные цены и более широкие цепочки поставок обычно восстанавливаются медленнее. Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) предупредила, что продовольственным и транспортным системам требуется больше времени: нарушенным сетям морских перевозок нужно сначала перестроиться.

Особенно заметен этот разрыв в небольших островных экономиках, которые импортируют и топливо, и продовольствие. По данным ЮНКТАД, домохозяйства Карибского бассейна продолжали сталкиваться с высокими расходами на топливо и электроэнергию даже после приближения цен на нефть к докризисным уровням. Снижение биржевых котировок не отменяет мгновенно дорогие фрахтовые контракты, запасы, закупленные по повышенным ценам, коммунальные расходы и накопившееся давление на государственные финансы.

Экономическая комиссия ООН для Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК) также ожидает, что средняя цена нефти в 2026 году останется выше среднего показателя 2025 года — даже если позднее в течение года котировки снизятся. В результате регион развивается по двум разным сценариям: экспортёры могут получить неожиданный доход, а импортёры ещё долго будут компенсировать возросшие затраты.

Станет ли новый маршрут торговли постоянным

Скорее всего, пока нет. Для устойчивого перенаправления азиатского спроса на латиноамериканскую нефть необходимо, чтобы одновременно сохранялись несколько условий:

1. Нестабильность в Ормузском проливе должна продолжаться достаточно долго, чтобы изменить контракты и поведение НПЗ.
2. Бразилия, Гайана и другие поставщики Атлантического бассейна должны обеспечивать надёжный рост добычи.
3. Сорта их нефти должны соответствовать требованиям азиатских перерабатывающих заводов.
4. Доступность танкеров, страхование и фрахт должны делать такие маршруты конкурентоспособными.
5. Поставки из стран Персидского залива должны оставаться менее надёжными, чем обычно, несмотря на их традиционные преимущества по стоимости и расстоянию.

Если движение через Ормуз будет убедительно восстановлено, экспортёры из стран Персидского залива смогут вернуть значительную часть своих позиций на азиатских рынках. Структурный рост добычи в Латинской Америке никуда не исчезнет, но вызванная кризисом ценовая премия и временное увеличение доли рынка, вероятно, сократятся.

Самое устойчивое наследие кризиса может оказаться стратегическим, а не торговым. Переработчики увидели ценность географической диверсификации, а производители — то, что надёжные атлантические поставки способны получать премию, когда важнейший энергетический маршрут становится небезопасным. Для Бразилии и Гайаны это означает заметное краткосрочное преимущество. Для Центральной Америки и Карибского бассейна — напоминание о том, как быстро далёкий морской кризис превращается в проблему стоимости жизни внутри страны.