В Анголе Banco de Fomento Angola (BFA) готовится стать первым банком страны — участником CIPS. По данным Reuters, банк рассчитывает завершить подключение в следующем году, отвечая на растущий спрос клиентов на прямые расчёты в юанях.
Отдельно Ecobank ведёт переговоры с Bank of China о запуске для клиентов прямых расчётов по схеме «местная валюта — юань». Это показывает, что расширение юаневых операций не ограничивается формальным членством банков в CIPS.
Ливия и Народный банк Китая договорились содействовать подключению ливийских коммерческих банков к CIPS. Ожидается, что это позволит проводить прямые межбанковские расчёты в юанях и снизит зависимость от доллара в торговле между двумя странами.
Однако пока речь идёт о планируемом подключении, а не о подтверждённом запуске полноценной операционной инфраструктуры.
Стороны также договорились о диверсификации ливийских инвестиций за счёт доступа к китайскому рынку облигаций. В этом контексте упоминался интерес к «панда-бондам» — облигациям, номинированным в юанях и выпущенным иностранными заёмщиками на китайском рынке.
Такой механизм мог бы дать Ливии новый канал для размещения юаневых резервов и привлечения финансирования. Но представленные данные не подтверждают конкретные условия, объём или завершённый выпуск таких облигаций. Поэтому пока корректнее говорить о намерении, а не об уже состоявшейся сделке.
Финансовая инфраструктура работает эффективнее, когда есть большой поток торговли. В этом Китаю помогает его торговая политика.
1 мая 2026 года Пекин отменил пошлины на импорт из 53 африканских стран. Согласно докладу Исследовательской службы Конгресса США, режим беспошлинного доступа был распространён на все африканские страны, кроме Эсватини, при соблюдении ряда условий, включая дипломатические отношения с Китаем и соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве.
Больше торговли означает больше счетов, платежей, кредитов для оборотного капитала и страховых операций. Если часть этих контрактов заключается в юанях, растёт и международное обращение китайской валюты.
Масштаб торговли уже велик: по данным Исследовательской службы Конгресса США, в 2025 году товарооборот Китая с Африкой в четыре раза превысил объём торговли США с Африкой. Китайская таможенная статистика также указывала на рост китайско-африканской торговли почти на 18% за год.
Расчёты в юанях постепенно выходят за пределы импорта и экспорта.
В Замбии китайские горнодобывающие компании начали платить налоги и роялти в юанях. Банк Замбии подтвердил, что такие платежи начались в октябре 2025 года. Это сделало юань частью внутреннего государственного финансового потока, а не только валютой внешней торговли.
В 2025 году Кения перевела часть обязательств по китайским кредитам из долларов в юани. Сообщалось, что это позволило экономить около 215 млн долларов в год.
Эфиопия и Мозамбик входят в число стран, которые, по имеющимся сообщениям, рассматривают аналогичную конвертацию долгов. В представленном материале это именно возможные или обсуждаемые меры, а не подтверждённые завершённые реструктуризации.
У таких операций есть очевидный плюс: если финансирование в юанях обходится дешевле, снижаются расходы на обслуживание долга. Но валютный риск не исчезает — он переносится с доллара на юань. Кроме того, государства становятся более зависимыми от условий китайского кредитного рынка и политики Пекина.
Для Пекина CIPS — не просто технический способ ускорить перевод денег. Расширение расчётов в юанях помогает:
Африканские компании и правительства могут получить более дешёвые и быстрые расчёты с Китаем, а также доступ к финансированию в валюте, в которой ведётся значительная часть их торговли с китайскими партнёрами. Для стран с ограниченным доступом к долларовой ликвидности это может быть практически значимым преимуществом.
Но зависимость от доллара не исчезает автоматически. Китайский юань остаётся альтернативным каналом для отдельных операций, а не полноценной заменой американской валюте во всех сферах африканской экономики.
Отмена пошлин может увеличить экспорт африканских товаров в Китай, однако сама по себе она не устраняет структурные проблемы торговли.
Многие африканские экономики по-прежнему экспортируют ограниченный набор сырьевых товаров, а импортируют из Китая более широкий спектр промышленных изделий с большей добавленной стоимостью. Поэтому рост оборота и расчётов в юанях ещё не означает более сбалансированной торговли.
Для долгосрочного улучшения ситуации понадобятся развитие производственных мощностей в Африке, переработка сырья на месте, улучшение логистики, соответствие китайским стандартам, доступ к финансированию и возможность поставлять на китайский рынок более разнообразную продукцию. Представленные источники подтверждают расширение торговых льгот и рост товарооборота, но не приводят единой оценки торгового дефицита и не позволяют приписать этот вывод конкретному аналитику.
В итоге Китай создаёт в Африке не одномоментную замену доллара, а параллельную систему расчётов и финансирования. Чем больше торговли, налогов, долговых платежей и инвестиций будет проходить в юанях, тем заметнее станет его роль — хотя пределы этого процесса будут зависеть от валютной политики Китая и способности африканских стран наращивать собственный экспорт.
В Анголе Banco de Fomento Angola (BFA) готовится стать первым банком страны — участником CIPS. По данным Reuters, банк рассчитывает завершить подключение в следующем году, отвечая на растущий спрос клиентов на прямые расчёты в юанях.
Отдельно Ecobank ведёт переговоры с Bank of China о запуске для клиентов прямых расчётов по схеме «местная валюта — юань». Это показывает, что расширение юаневых операций не ограничивается формальным членством банков в CIPS.
Ливия и Народный банк Китая договорились содействовать подключению ливийских коммерческих банков к CIPS. Ожидается, что это позволит проводить прямые межбанковские расчёты в юанях и снизит зависимость от доллара в торговле между двумя странами.
Однако пока речь идёт о планируемом подключении, а не о подтверждённом запуске полноценной операционной инфраструктуры.
Стороны также договорились о диверсификации ливийских инвестиций за счёт доступа к китайскому рынку облигаций. В этом контексте упоминался интерес к «панда-бондам» — облигациям, номинированным в юанях и выпущенным иностранными заёмщиками на китайском рынке.
Такой механизм мог бы дать Ливии новый канал для размещения юаневых резервов и привлечения финансирования. Но представленные данные не подтверждают конкретные условия, объём или завершённый выпуск таких облигаций. Поэтому пока корректнее говорить о намерении, а не об уже состоявшейся сделке.
Финансовая инфраструктура работает эффективнее, когда есть большой поток торговли. В этом Китаю помогает его торговая политика.
1 мая 2026 года Пекин отменил пошлины на импорт из 53 африканских стран. Согласно докладу Исследовательской службы Конгресса США, режим беспошлинного доступа был распространён на все африканские страны, кроме Эсватини, при соблюдении ряда условий, включая дипломатические отношения с Китаем и соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве.
Больше торговли означает больше счетов, платежей, кредитов для оборотного капитала и страховых операций. Если часть этих контрактов заключается в юанях, растёт и международное обращение китайской валюты.
Масштаб торговли уже велик: по данным Исследовательской службы Конгресса США, в 2025 году товарооборот Китая с Африкой в четыре раза превысил объём торговли США с Африкой. Китайская таможенная статистика также указывала на рост китайско-африканской торговли почти на 18% за год.
Расчёты в юанях постепенно выходят за пределы импорта и экспорта.
В Замбии китайские горнодобывающие компании начали платить налоги и роялти в юанях. Банк Замбии подтвердил, что такие платежи начались в октябре 2025 года. Это сделало юань частью внутреннего государственного финансового потока, а не только валютой внешней торговли.
В 2025 году Кения перевела часть обязательств по китайским кредитам из долларов в юани. Сообщалось, что это позволило экономить около 215 млн долларов в год.
Эфиопия и Мозамбик входят в число стран, которые, по имеющимся сообщениям, рассматривают аналогичную конвертацию долгов. В представленном материале это именно возможные или обсуждаемые меры, а не подтверждённые завершённые реструктуризации.
У таких операций есть очевидный плюс: если финансирование в юанях обходится дешевле, снижаются расходы на обслуживание долга. Но валютный риск не исчезает — он переносится с доллара на юань. Кроме того, государства становятся более зависимыми от условий китайского кредитного рынка и политики Пекина.
Для Пекина CIPS — не просто технический способ ускорить перевод денег. Расширение расчётов в юанях помогает:
Африканские компании и правительства могут получить более дешёвые и быстрые расчёты с Китаем, а также доступ к финансированию в валюте, в которой ведётся значительная часть их торговли с китайскими партнёрами. Для стран с ограниченным доступом к долларовой ликвидности это может быть практически значимым преимуществом.
Но зависимость от доллара не исчезает автоматически. Китайский юань остаётся альтернативным каналом для отдельных операций, а не полноценной заменой американской валюте во всех сферах африканской экономики.
Отмена пошлин может увеличить экспорт африканских товаров в Китай, однако сама по себе она не устраняет структурные проблемы торговли.
Многие африканские экономики по-прежнему экспортируют ограниченный набор сырьевых товаров, а импортируют из Китая более широкий спектр промышленных изделий с большей добавленной стоимостью. Поэтому рост оборота и расчётов в юанях ещё не означает более сбалансированной торговли.
Для долгосрочного улучшения ситуации понадобятся развитие производственных мощностей в Африке, переработка сырья на месте, улучшение логистики, соответствие китайским стандартам, доступ к финансированию и возможность поставлять на китайский рынок более разнообразную продукцию. Представленные источники подтверждают расширение торговых льгот и рост товарооборота, но не приводят единой оценки торгового дефицита и не позволяют приписать этот вывод конкретному аналитику.
В итоге Китай создаёт в Африке не одномоментную замену доллара, а параллельную систему расчётов и финансирования. Чем больше торговли, налогов, долговых платежей и инвестиций будет проходить в юанях, тем заметнее станет его роль — хотя пределы этого процесса будут зависеть от валютной политики Китая и способности африканских стран наращивать собственный экспорт.