Представитель Нетаньяху не объяснил, каким образом фальшивое утверждение оказалось в речи премьера. Вместо этого он защищал более общую и давно известную позицию Нетаньяху: предупреждения об угрозе, которую, по мнению израильского премьера, представляет ядерная программа Ирана. Но общая политическая позиция не подтверждает конкретную цитату, приписанную иранскому командиру.
Цитата начала распространяться через три дня после того, как президент Дональд Трамп приостановил удары по Ирану ради мирных переговоров. В такой момент мнимое заявление о намерении Тегерана продолжать разработку ядерного оружия могло стать аргументом против дипломатии — как доказательство того, что переговоры якобы бессмысленны или опасны.
Исследователи поэтому сочли, что публикация могла быть направлена на ослабление переговорного процесса или на то, чтобы «вбить клин» между его участниками. Но это оценка возможного политического эффекта, а не доказательство личности автора фальшивки или участия какого-либо правительства в её создании.
Фактчекеры описали произошедшее как «отмывание нарратива» — процесс, при котором ложное или вводящее в заблуждение утверждение начинает с неприметного источника, затем проходит через более известные аккаунты, СМИ и политиков и в итоге приобретает видимость проверенной информации.
В случае с цитатой Вахиди цепочка выглядела так:
Эта последовательность показывает, почему многократное повторение не является независимым подтверждением. Каждая новая ссылка на утверждение может повышать его кажущуюся достоверность, не добавляя ни одного нового доказательства.
Представитель Министерства иностранных дел Ирана Исмаил Багаи раскритиковал фальшивую публикацию и назвал её примером «потока лжи против Исламской Республики».
При этом его реакция сама по себе не подтверждает все детали того, как именно сообщение распространялось. Наиболее обоснованный вывод расследования уже: цитата не имела надёжного первоисточника, не было установлено, что её произносил Вахиди, а также не было доказательств наличия у Ирана ядерного оружия. Несмотря на это, утверждение успело пройти через политические и медиасети, прежде чем его начали опровергать.
Эта история говорит не столько о ядерных возможностях Ирана, сколько о скорости, с которой неподтверждённое сообщение может превратиться в политический «факт». Анонимный пост стал телевизионным сюжетом, аргументом в речи премьер-министра и международной новостью — ещё до того, как кто-либо проверил саму цитату.
В конфликте, где заявления о ядерном оружии способны влиять на общественное мнение и дипломатические решения, первый вопрос должен быть простым: каков исходный источник? В данном случае надёжных доказательств того, что Вахиди делал это заявление или что Иран располагает ядерным оружием, найдено не было.