Кения — Ситуация в Кении оказалась более волатильной: с начала кризиса цены корректировались несколько раз:

• Апрель 2026 года (первый шок): Управление по регулированию энергетики и нефти (EPRA) повысило розничные цены на топливо до 23,5%, подняв стоимость бензина до 206,97 кенийских шиллингов за литр, а дизеля — до исторического максимума в 206,84 шиллинга за литр в Найроби. Цена на дизель выросла на 40,30 шиллинга за один ценовой цикл — это стало самым большим месячным повышением за всю историю .
• Май-июнь 2026 года (вторая волна): Цены снова выросли: бензин достиг 214,25 шиллинга за литр, а дизель подскочил до 242,92 шиллинга, что на 17,4% больше за один цикл .
• Июль-август 2026 года (стабилизация за счёт субсидий): EPRA заморозило цены: бензин — 214,03 шиллинга, дизель — 222,86 шиллинга, керосин — 191,38 шиллинга за литр, направив на субсидии 945 миллионов шиллингов .
• 15 августа – 14 сентября 2026 года (адресная поддержка): Дизель подешевел на 5 шиллингов, до 217,86 шиллинга за литр, в то время как цены на бензин и керосин остались без изменений. Правительство перенаправило субсидии на бензин и керосин, фактически перекрёстно субсидируя их за счёт дизеля, что позволило предотвратить возможный рост цен на бензин на 8,64 шиллинга за литр .

Расходы на субсидии: миллиарды на смягчение удара

Сенегал — Фискальная нагрузка на Сенегал оказалась экстремальной:

• Изначально на 2026 год страна заложила в бюджет 250 миллиардов франков КФА (~442 миллиона долларов) на топливные субсидии .
• К середине августа 2026 года расходы на субсидии по нефтепродуктам уже превысили 245 миллиардов франков КФА (432 миллиона долларов) — почти весь годовой лимит был исчерпан чуть более чем за семь месяцев .
• Министр финансов Шейх Диба предупредил в мае 2026 года: если цены на нефть достигнут 115 долларов за баррель, счёт за субсидии может превысить плановые показатели на 1,15 триллиона франков КФА (~2 миллиарда долларов) — примерно пятую часть всего государственного бюджета . Премьер-министр Усман Сонко заявил парламенту, что потребуется дополнительно 1 триллион франков КФА или даже больше . При предполагаемой цене в 85 долларов за баррель расходы на субсидии уже прогнозировались на уровне 774 миллиардов франков КФА .

Кения — Расходы Кении также были значительными:

• Президент Уильям Руто заявил в мае 2026 года, что правительство потратило более 28 миллиардов кенийских шиллингов (~217 миллионов долларов) на меры по стабилизации цен на топливо и налоговые льготы с начала кризиса . Из этой суммы 13,74 миллиарда шиллингов были напрямую направлены на субсидирование топлива в ценовых циклах апрель-май и май-июнь .
• Правительство вдвое снизило НДС на нефтепродукты с 16% до 8%, что обошлось казначейству примерно в 14,43 миллиарда шиллингов выпадающих доходов .
• Только за цикл июль-август 2026 года правительство выделило 945 миллионов шиллингов из Фонда налога на развитие нефтяной отрасли . В цикле август-сентябрь 2026 года было направлено еще 938 миллионов шиллингов .
• Кения также запросила потенциальный кредит в размере 600 миллионов долларов у Всемирного банка для защиты своей экономики от потрясений .

Более широкие риски: структурная уязвимость, скрывающаяся за ценами

Кризис не только поднял цены на заправках, но и обнажил фундаментальные слабости в устройстве африканских экономик.

Острая зависимость от импорта топлива и минимальные запасы. Кения импортирует всю свою нефть с Ближнего Востока и имеет стратегические резервы лишь примерно на 20 дней — меры по нормированию топлива уже введены . По оценкам, 78,6% производителей в Кении сообщили о негативном влиянии задержек с поставками и роста страховых премий . Сенегал также в значительной степени зависит от импортных нефтепродуктов . Африка — регион, наиболее сильно пострадавший от блокады пролива, не из-за объёмов импорта сырой нефти (Азия импортирует больше), а из-за структурного дефицита нефтеперерабатывающих мощностей: континент импортирует очень высокую долю потребляемых нефтепродуктов, а логистика экспорта с нефтеперерабатывающих заводов Персидского залива почти полностью зависит от Ормузского пролива .

Колоссальное давление на бюджеты. Обе страны расходуют бюджетные средства на субсидии темпами, в разы превышающими запланированные, что урезает финансирование здравоохранения, образования и инфраструктуры . Министр финансов Сенегала предупредил: каждый дополнительный доллар на нефтяном рынке углубляет фискальную дыру .

Последствия для цен на продовольствие и транспорт. ЮНКТАД предупредила: даже если пролив откроется, уязвимые экономики столкнутся с длительным ростом цен на продовольствие и удобрения, потому что нарушенные цепочки поставок — фрахтовые контракты, транспортные сети, страховой рынок — восстанавливаются гораздо дольше, чем энергетические рынки . Рост цен на топливо напрямую увеличивает затраты на производство и распределение продуктов питания по всему региону. Ежедневный транзит судов через пролив сократился примерно со 125 до всего 10 в пик конфликта — снижение на 92% .

Инфляция и социальные протесты. Инфляция в Кении достигла 6,7% частично из-за роста цен на топливо, и уже вспыхнули протесты против повышения цен на заправках . В середине мая 2026 года водители матату (мини-автобусов) устроили забастовку, припарковав свои машины в знак протеста против резкого подорожания . Повышение цен в Сенегале также грозит схожей социальной напряжённостью .

Нагрузка на долг и платёжный баланс. По оценкам ЮНКТАД, 50-процентный рост цен на нефть увеличивает ежегодный счёт за импорт нефти для 65 уязвимых экономик примерно на 20,4 миллиарда долларов, из которых 16,1 миллиарда долларов приходятся на наименее развитые страны, а 4,3 миллиарда долларов — на малые островные развивающиеся государства . Это приведёт к расширению дефицита текущего счёта, ослаблению валют и углублению бедности для почти миллиарда человек .

Структурное предупреждение. Кризис со всей очевидностью показал почти полную зависимость Африки от импортных нефтепродуктов и отсутствие собственных перерабатывающих мощностей, поставив острые вопросы о долгосрочной энергетической безопасности . Апрельский выпуск «Обзора товарных рынков» Всемирного банка спрогнозировал рост средних цен на сырьевые товары на 16% в 2026 году — первый годовой рост с 2022 года — вызванный закрытием Ормузского пролива и его каскадными эффектами на рынки энергоносителей, удобрений и металлов . Как отметил один из аналитиков, кризис превратил далёкий геополитический шок в ежедневную реальность для миллионов африканцев: рост транспортных расходов, более дорогие продукты и правительства, вынужденные выбирать между субсидиями и всем остальным.

Кения — Ситуация в Кении оказалась более волатильной: с начала кризиса цены корректировались несколько раз:

• Апрель 2026 года (первый шок): Управление по регулированию энергетики и нефти (EPRA) повысило розничные цены на топливо до 23,5%, подняв стоимость бензина до 206,97 кенийских шиллингов за литр, а дизеля — до исторического максимума в 206,84 шиллинга за литр в Найроби. Цена на дизель выросла на 40,30 шиллинга за один ценовой цикл — это стало самым большим месячным повышением за всю историю .
• Май-июнь 2026 года (вторая волна): Цены снова выросли: бензин достиг 214,25 шиллинга за литр, а дизель подскочил до 242,92 шиллинга, что на 17,4% больше за один цикл .
• Июль-август 2026 года (стабилизация за счёт субсидий): EPRA заморозило цены: бензин — 214,03 шиллинга, дизель — 222,86 шиллинга, керосин — 191,38 шиллинга за литр, направив на субсидии 945 миллионов шиллингов .
• 15 августа – 14 сентября 2026 года (адресная поддержка): Дизель подешевел на 5 шиллингов, до 217,86 шиллинга за литр, в то время как цены на бензин и керосин остались без изменений. Правительство перенаправило субсидии на бензин и керосин, фактически перекрёстно субсидируя их за счёт дизеля, что позволило предотвратить возможный рост цен на бензин на 8,64 шиллинга за литр .

Расходы на субсидии: миллиарды на смягчение удара

Сенегал — Фискальная нагрузка на Сенегал оказалась экстремальной:

• Изначально на 2026 год страна заложила в бюджет 250 миллиардов франков КФА (~442 миллиона долларов) на топливные субсидии .
• К середине августа 2026 года расходы на субсидии по нефтепродуктам уже превысили 245 миллиардов франков КФА (432 миллиона долларов) — почти весь годовой лимит был исчерпан чуть более чем за семь месяцев .
• Министр финансов Шейх Диба предупредил в мае 2026 года: если цены на нефть достигнут 115 долларов за баррель, счёт за субсидии может превысить плановые показатели на 1,15 триллиона франков КФА (~2 миллиарда долларов) — примерно пятую часть всего государственного бюджета . Премьер-министр Усман Сонко заявил парламенту, что потребуется дополнительно 1 триллион франков КФА или даже больше . При предполагаемой цене в 85 долларов за баррель расходы на субсидии уже прогнозировались на уровне 774 миллиардов франков КФА .

Кения — Расходы Кении также были значительными:

• Президент Уильям Руто заявил в мае 2026 года, что правительство потратило более 28 миллиардов кенийских шиллингов (~217 миллионов долларов) на меры по стабилизации цен на топливо и налоговые льготы с начала кризиса . Из этой суммы 13,74 миллиарда шиллингов были напрямую направлены на субсидирование топлива в ценовых циклах апрель-май и май-июнь .
• Правительство вдвое снизило НДС на нефтепродукты с 16% до 8%, что обошлось казначейству примерно в 14,43 миллиарда шиллингов выпадающих доходов .
• Только за цикл июль-август 2026 года правительство выделило 945 миллионов шиллингов из Фонда налога на развитие нефтяной отрасли . В цикле август-сентябрь 2026 года было направлено еще 938 миллионов шиллингов .
• Кения также запросила потенциальный кредит в размере 600 миллионов долларов у Всемирного банка для защиты своей экономики от потрясений .

Более широкие риски: структурная уязвимость, скрывающаяся за ценами

Кризис не только поднял цены на заправках, но и обнажил фундаментальные слабости в устройстве африканских экономик.

Острая зависимость от импорта топлива и минимальные запасы. Кения импортирует всю свою нефть с Ближнего Востока и имеет стратегические резервы лишь примерно на 20 дней — меры по нормированию топлива уже введены . По оценкам, 78,6% производителей в Кении сообщили о негативном влиянии задержек с поставками и роста страховых премий . Сенегал также в значительной степени зависит от импортных нефтепродуктов . Африка — регион, наиболее сильно пострадавший от блокады пролива, не из-за объёмов импорта сырой нефти (Азия импортирует больше), а из-за структурного дефицита нефтеперерабатывающих мощностей: континент импортирует очень высокую долю потребляемых нефтепродуктов, а логистика экспорта с нефтеперерабатывающих заводов Персидского залива почти полностью зависит от Ормузского пролива .

Колоссальное давление на бюджеты. Обе страны расходуют бюджетные средства на субсидии темпами, в разы превышающими запланированные, что урезает финансирование здравоохранения, образования и инфраструктуры . Министр финансов Сенегала предупредил: каждый дополнительный доллар на нефтяном рынке углубляет фискальную дыру .

Последствия для цен на продовольствие и транспорт. ЮНКТАД предупредила: даже если пролив откроется, уязвимые экономики столкнутся с длительным ростом цен на продовольствие и удобрения, потому что нарушенные цепочки поставок — фрахтовые контракты, транспортные сети, страховой рынок — восстанавливаются гораздо дольше, чем энергетические рынки . Рост цен на топливо напрямую увеличивает затраты на производство и распределение продуктов питания по всему региону. Ежедневный транзит судов через пролив сократился примерно со 125 до всего 10 в пик конфликта — снижение на 92% .

Инфляция и социальные протесты. Инфляция в Кении достигла 6,7% частично из-за роста цен на топливо, и уже вспыхнули протесты против повышения цен на заправках . В середине мая 2026 года водители матату (мини-автобусов) устроили забастовку, припарковав свои машины в знак протеста против резкого подорожания . Повышение цен в Сенегале также грозит схожей социальной напряжённостью .

Нагрузка на долг и платёжный баланс. По оценкам ЮНКТАД, 50-процентный рост цен на нефть увеличивает ежегодный счёт за импорт нефти для 65 уязвимых экономик примерно на 20,4 миллиарда долларов, из которых 16,1 миллиарда долларов приходятся на наименее развитые страны, а 4,3 миллиарда долларов — на малые островные развивающиеся государства . Это приведёт к расширению дефицита текущего счёта, ослаблению валют и углублению бедности для почти миллиарда человек .

Структурное предупреждение. Кризис со всей очевидностью показал почти полную зависимость Африки от импортных нефтепродуктов и отсутствие собственных перерабатывающих мощностей, поставив острые вопросы о долгосрочной энергетической безопасности . Апрельский выпуск «Обзора товарных рынков» Всемирного банка спрогнозировал рост средних цен на сырьевые товары на 16% в 2026 году — первый годовой рост с 2022 года — вызванный закрытием Ормузского пролива и его каскадными эффектами на рынки энергоносителей, удобрений и металлов . Как отметил один из аналитиков, кризис превратил далёкий геополитический шок в ежедневную реальность для миллионов африканцев: рост транспортных расходов, более дорогие продукты и правительства, вынужденные выбирать между субсидиями и всем остальным.