Китай заставил Meta отменить сделку с Manus за $2 млрд: новый прецедент для трансграничных AI-сделок

Проверка со стороны Китая началась практически сразу. В январе 2026 года Министерство коммерции КНР открыло расследование на предмет возможного нарушения инвестиционного законодательства . NDRC, в свою очередь, инициировала собственную проверку в рамках механизма проверки безопасности иностранных инвестиций (FISR), введённого ещё в 2021 году, но до этого момента ни разу не применявшегося для блокировки уже завершённой сделки .

Ситуация резко обострилась в марте 2026 года. Сооснователей Сяо Хуна и Цзи Ичао вызвали на встречу в Пекин с представителями NDRC. После допроса о возможных нарушениях правил прямых иностранных инвестиций им было запрещено покидать Китай . Как сообщала Financial Times, чиновники охарактеризовали общение как «рекомендательное», а не как прямой ордер на задержание, однако практический эффект был очевиден: два топ-менеджера, базирующихся в Сингапуре, не могли вернуться домой, пока регуляторы решали судьбу их компании .

Приказ о блокировке: первый случай в истории регулирования Китая

27 апреля 2026 года Офис рабочего механизма по проверке безопасности иностранных инвестиций при NDRC вынес своё решение. В коротком заявлении сообщалось, что комиссия «запрещает иностранные инвестиции в проект Manus в соответствии с законами и нормативными актами и требует от участвующих сторон отозвать сделку по приобретению» . Никаких подробных объяснений относительно мотивов национальной безопасности не приводилось, однако аналитики отметили, что NDRC обладает широкими полномочиями блокировать иностранное поглощение стартапов, разрабатывающих «передовые технологии» .

Это стало первым публично подтверждённым случаем использования китайского механизма FISR для отмены уже закрытой трансграничной сделки . До ситуации с Manus этот инструмент оставался практически не испытанным. Решение ясно дало понять, что Пекин рассматривает технологию агентного ИИ как стратегический национальный актив .

Процесс отмены: Manus возвращает независимость

Meta согласилась выполнить предписание и начала процедуру разделения компаний . Процесс занял примерно четыре месяца. 11 августа 2026 года Manus объявил о возобновлении работы в качестве независимой компании . В рамках разделения Manus заявил, что удалит определённые пользовательские данные, созданные начиная с 29 декабря 2025 года — даты приобретения стартапа Meta — в период с 23 по 24 августа 2026 года .

«Это часть нашего отделения от Meta; мы вынуждены предпринять этот шаг для соблюдения нормативных требований в определённых регионах мира», — говорилось в заявлении Manus для пользователей . Затронутые пользователи получили уведомления через приложение и по электронной почте; им предоставили возможность сделать резервную копию данных до их удаления .

По сообщениям, полное расторжение сделки было завершено к середине августа 2026 года, а запрет на выезд для основателей был снят .

Tencent становится крупнейшим внешним акционером

После развала сделки с Meta на сцену вышел знакомый китайский технологический гигант. Уже к июлю 2026 года Tencent Holdings — один из первых инвесторов Manus — вступил в переговоры о создании консорциума для обратного выкупа стартапа у Meta . Сделка была структурирована по той же оценке, которую заплатила Meta: примерно $2 млрд .

Tencent вместе с первоначальными инвесторами Manus, включая ZhenFund и HSG (ранее Sequoia Capital China), планировал выкупить компанию . Американская венчурная фирма Benchmark, бывший крупнейший акционер Manus до сделки с Meta, в обратном выкупе не участвовала . К августу 2026 года несколько источников подтвердили, что Tencent стал крупнейшим внешним акционером Manus, вернув пионера AI-агентов под китайский контроль .

Что прецедент Manus означает для трансграничных AI-сделок

Дело Manus создаёт несколько важнейших прецедентов, которые сейчас внимательно изучают инвесторы, технологические компании и юридические консультанты:

Во-первых: FISR теперь может применяться задним числом. Механизм проверки национальной безопасности Китая никогда раньше не использовался для отмены уже завершённого иностранного приобретения. Это вводит ретроактивный риск для любой трансграничной технологической сделки, связанной с Китаем — даже для тех, что уже закрыты и интегрированы .

Во-вторых: офшорная регистрация больше не является защитой. Несмотря на то что Manus переехал в Сингапур, Китай подтвердил свою юрисдикцию над его основателями и технологией. Приказ NDRC ясно показал: офшорная регистрация компании не защищает сделку от контроля Пекина, если технология и таланты имеют китайское происхождение. Критики называли такую схему «сингапурской отмывкой» .

В-третьих: запрет на выезд — новый инструмент принуждения. Использование ограничений на выезд против основателей в качестве регулятивного инструмента — задержание Сяо Хуна и Цзи Ичао в Китае на время проверки — добавляет принудительное измерение к соблюдению сделок, которое ранее в трансграничных технологических поглощениях не наблюдалось .

В-четвёртых: передовой ИИ — чёткая «красная линия». Блокировка прямо указывает, что технология передового и агентного ИИ рассматривается как стратегический национальный актив, который не может быть приобретён иностранными — особенно американскими — покупателями, независимо от места регистрации стартапа .

В-пятых: предпочтительный исход — китайская собственность. Действия NDRC направили актив обратно в китайские руки через Tencent, что укрепило политику Пекина по сохранению передового ИИ под внутренним контролем. Глобальные инвесторы и американские технологические компании теперь сталкиваются с гораздо более высокой регулятивной неопределённостью при нацеливании на AI-стартапы, имеющие китайские технологические корни, инженерные кадры или связи с основателями .

Более широкая картина

Сага с Manus находится в самом центре эскалирующего геополитического противостояния в сфере искусственного интеллекта. Это не антимонопольное действие и не мера экспортного контроля — это проверка национальной безопасности, использованная для отмены уже завершённой и интегрированной сделки .

Как выразился один из юридических аналитиков: «Пекин просто залез в свой регулятивный арсенал и достал оружие, которое никогда раньше не использовал публично — малоизвестный механизм проверки национальной безопасности» . Послание глобальным рынкам однозначно: когда речь идёт о передовой AI-технологии китайского происхождения, сделка может никогда не быть по-настоящему завершённой, пока Пекин не скажет своего слова.