Ормузский пролив на грани: Иран и Оман близки к сделке, но пролив остаётся закрытым

Согласно деталям, опубликованным иранскими государственными СМИ, сделка запрещает проход любых американских или израильских судов через пролив и предусматривает штраф для нарушителей в размере до 20% от стоимости груза . Маршрут описывается как временное соглашение сроком на два-четыре месяца, зависящее от изменения реакции США, и не является полным открытием пролива . Заместитель министра иностранных дел Ирана Казем Гарибабади заявил, что, хотя Иран и Оман согласовали маршрут, механизм реализации и другие вопросы всё ещё обсуждаются .

Позиции ключевых сторон

Иран — Тегеран заявляет, что соглашение «вот-вот будет завершено», но настаивает, что пролив не откроется, пока США не выполнят несколько условий, включая снятие портовой блокады иранского судоходства и выплату компенсации . Управление Ормузского пролива Ирана заявило 13 августа, что «Ормузский пролив остаётся заблокированным и не будет открыт до тех пор, пока условия Ирана не будут приняты» .

Оман — Оман выступил в роли посредника, первоначально предложив план, поддержанный странами Залива, по совместному региональному управлению и добровольным сборам, который Иран отверг . Маскат продолжает переговоры и стремится к совместному заявлению, но позиция Омана более близка к позиции стран Залива, выступающих против предоставления Ирану одностороннего контроля над проливом .

Соединённые Штаты — США не являются стороной двустороннего соглашения. Американский чиновник заявил Reuters 9 августа, что любое соглашение между Ираном и Оманом «должно включать Соединённые Штаты» . Президент Трамп ответил ужесточением собственных требований — включая выплату Ираном компенсации за людей, погибших в войнах и терактах, — и заявлениями о военном контроле США над проливом .

Атаки на коммерческие суда и коллапс судоходства

Кризис начался в конце февраля 2026 года, когда военные операции США и Израиля против Ирана спровоцировали ответные меры Тегерана, включая атаки на коммерческие суда в проливе . Атаки резко усилились в июле 2026 года. 7 июля катарский танкер со сжиженным природным газом (СПГ) оказался под угрозой взрыва, а саудовский нефтяной танкер был повреждён вблизи пролива, после чего морские власти повысили уровень угрозы до «критического» . 9 июля через пролив прошли всего два танкера . К 17 июля за один день пересекли пролив только три коммерческих судна — самый низкий показатель с мая, когда большинство судов остановилось или развернулось .

По состоянию на 11 августа судоходный трафик упал до шести судов по сравнению со средним 10-дневным показателем около 11 . К 14 августа транзиты всё ещё оставались «ограниченными» на уровне значительно ниже среднемесячных показателей на фоне конкурирующих заявлений о суверенитете . Некоторые суда заплатили сборы Корпусу стражей исламской революции (КСИР) за безопасный проход, но подавляющее большинство коммерческих судов прекратило использование этого водного пути .

Конкурирующие заявления о суверенитете

Спор о суверенитете перерос в прямую, эскалирующую риторику в середине августа 2026 года:

• Трамп заявляет о «тотальном контроле» и угрожает территориальным объявлением. 12 августа Трамп написал в Truth Social: «США имеют тотальный контроль над Ормузским проливом. ДУМАЮ, МЫ СОХРАНИМ ЕГО! Нашу военно-морскую блокаду все называют „СТАЛЬНОЙ СТЕНОЙ“, и Иран ничего не может с этим поделать» . 14 августа он заявил, что, возможно, вскоре объявит Ормузский пролив территорией США .
• Иран категорически отвергает это утверждение. Командир «Басиджа» Ирана заявил, что пролив находится «под контролем и управлением Ирана» и «останется иранским» . Официальный представитель МИД Ирана назвал заявление Трампа «не имеющим юридической или практической ценности» .
• Результат — тупик. Обе стороны заявляют о фактическом контроле: США — через военно-морскую блокаду («Стальная стена»), Иран — через угрозы КСИР и физическую блокировку коммерческого трафика, но ни одна из них не может эффективно открыть пролив без сотрудничества другой .

Более широкие геополитические и экономические последствия

Срыв поставок описывается как крупнейший нефтяной шок в истории . Цена на Brent подскочила на 8% сразу после начала операций США и Израиля в конце февраля, с ~$71 до $77 за баррель, а в определённый момент достигла $144,42 за баррель 7 апреля, прежде чем рухнуть до $69,35 к началу июля . В обычное время через пролив проходит около 20% мировых поставок нефти и значительная доля СПГ .

Международное энергетическое агентство (МЭА) сократило свой прогноз спроса на нефть на 2026 год на 1,6 млн баррелей в сутки из-за сбоя в Ормузском проливе . Возникает глобальный дефицит: Брукингский институт охарактеризовал ситуацию как «крупнейший нефтяной шок в истории», с дефицитом, возникающим по всей Азии — от Таиланда до Пакистана, и Европа сталкивается с растущими ценами и нехваткой дизельного топлива . По состоянию на 12 августа Brent торговался около $90 за баррель, поднявшись на 2% за день после атак, которые подорвали надежды на открытие .

США сохраняют военно-морскую блокаду судоходства, связанного с Ираном, и Трамп потребовал от Ирана репараций, хотя о новом режиме санкций, специфичном для кризиса в Ормузском проливе, помимо существующих мер, объявлено не было . В отчёте Исследовательской службы Конгресса (CRS) отмечаются такие варианты действий США, как дополнительные санкции против Ирана и организаций, способствующих выплате сборов за проход через Ормуз .

Итог: По состоянию на 15 августа 2026 года соглашение Ирана и Омана технически находится на «финальной стадии», но не подписано. Пролив остаётся фактически закрытым для большинства коммерческих перевозок, а конкурирующие заявления о суверенитете между Трампом и Ираном — включая угрозу Трампа объявить пролив территорией США — сделали дипломатическое урегулирование ещё более отдалённым. Судоходный трафик находится на историческом минимуме, нефтяные рынки сохраняют высокую волатильность, а сбой в глобальных поставках энергии является худшим за всю историю наблюдений.