Этот всплеск стал возможен благодаря хрупкому временному перемирию между США и Ираном, достигнутому в апреле 2026 года и оформленному в июньском Меморандуме о взаимопонимании. Соглашение временно открыло критически важный Ормузский пролив, позволив странам Персидского залива нарастить экспорт и вернуть часть утраченной доли рынка .
Открытие пролива оказалось недолгим. Временное перемирие начало разваливаться примерно 17 июня, и уже к началу июля боевые действия возобновились с новой силой . Хронология событий:
По состоянию на начало августа США восстановили морскую блокаду , а конфликт расширился на Красное море, что создало дополнительные угрозы для глобальных морских перевозок
. Цикл «перемирие — рост добычи — срыв перемирия — новая блокада» определил весь июль.
Пока производители Персидского залива наращивали добычу, нефтяной сектор России продолжал испытывать трудности. Добыча сырой нефти и газового конденсата в России в июле несколько выросла — до чуть более 9 млн б/с, но всё ещё отставала от квоты ОПЕК+ примерно на 1 млн б/с . Данные ОПЕК показали, что соблюдение квоты Россией в июне составило 98,7%, что подразумевает добычу примерно на 1 млн б/с ниже целевого показателя
.
Основной причиной этого отставания стала усиливающаяся кампания украинских беспилотников. К концу июля, по данным Financial Times, украинские удары вывели из строя более 30% действующих нефтеперерабатывающих мощностей России и более 45% номинальных мощностей . Это привело к падению переработки сырой нефти в России в июле до 24-летнего минимума: по оценкам, НПЗ переработали около 3,6 млн б/с, что примерно на треть ниже сезонной нормы
.
Ущерб имел каскадный эффект. Из-за остановки НПЗ Россия была вынуждена увеличить экспорт сырой нефти, однако украинские дроны также атаковали танкеры и экспортную инфраструктуру, включая Каспийский трубопроводный консорциум, что ограничило возможности отгрузки . Ранее МЭА уже сократило прогноз добычи России на 2026 год до 8,9 млн б/с (снижение примерно на 3%) из-за этих постоянных атак .
Сочетание возобновившейся блокады Ормузского пролива и хронического недовыполнения плана Россией привело к резкому предупреждению со стороны Международного энергетического агентства. 12 августа МЭА заявило, что мировое предложение нефти сократится на 4,3 млн б/с (примерно на 4%) в 2026 году, а дефицит на рынке в третьем квартале (июль–сентябрь) ожидается на уровне 1,8 млн б/с . Это резкое ухудшение по сравнению с прогнозируемым снижением на 3,7 млн б/с, которое агентство опубликовало всего месяцем ранее
.
Важное уточнение: Цифра в 4,3 млн б/с от МЭА относится к снижению предложения по сравнению с прежними ожиданиями, а не к чистому дефициту по отношению к спросу. Другие источники интерпретируют чистый дефицит на 2026 год примерно в 1,27 млн б/с, при этом дефицит в третьем квартале в 1,8 млн б/с станет самым глубоким квартальным дефицитом с конца 2021 года . Опрос Reuters среди аналитиков, проведённый в конце июля, прогнозировал средний дефицит в 2026 году на уровне 1,5 млн б/с, что примерно вдвое больше прогноза апреля
.
Даже на фоне ухудшения геополитической ситуации ОПЕК+ продолжала реализовывать план постепенной отмены ограничений добычи. Семь ключевых членов ОПЕК+ (Саудовская Аравия, Россия, Ирак, Кувейт, Казахстан, Алжир и Оман) согласились на четвёртое подряд ежемесячное увеличение целевых показателей добычи на 188 тыс. б/с на август 2026 года . Это часть более широкой стратегии по восстановлению добровольного сокращения на 1,65 млн б/с, изначально объявленного в апреле 2023 года
.
Чистый эффект этих противоречивых сил: цены на нефть марки Brent в начале июля стабилизировались вблизи довоенных уровней около $72 за баррель , но возобновление конфликта вновь подтолкнуло их вверх к концу июля
. Рынок оказался в состоянии глубокой неопределённости, где предложение является функцией быстро меняющегося и непредсказуемого геополитического ландшафта.