По оценкам, около 80 000 человек, преимущественно молодых мужчин, перешли из Марокко в Сеуту за несколько дней, причем примерно 60 000 пересекли границу только 30 июля . Число погибших неуклонно росло по мере того, как тела находили вдоль побережья и у волнореза пляжа Тарахаль. К 2 августа испанские чиновники подтвердили по меньшей мере 72 погибших на испанской стороне: многие утонули, другие погибли в давке или упали с пограничного забора . Испанские власти сообщили, что к 3 августа около 69 500 человек вернулись в Марокко или были депортированы, но тысячи оставались в Сеуте, в том числе сотни несопровождаемых несовершеннолетних .
Реакция Испании была немедленной и жесткой. Премьер-министр Педро Санчес срочно вылетел в Сеуту, назвав массовое пересечение «нарушением суверенитета», и объявил об ускорении депортаций . Испания направила в анклав военное и полицейское подкрепление .
Кризис вызвал дипломатический пожар внутри Европейского союза. Франция восстановила пограничный контроль на переходах с Испанией и увеличила присутствие полиции в пять раз — до 334 сотрудников . Италия пошла дальше, объявив о приостановке Шенгенского соглашения о свободном передвижении с Испанией на один месяц . Ультраправые и антииммиграционные партии по всей Европе воспользовались кризисом, требуя ужесточения пограничной политики ЕС . Министр иностранных дел Испании Хосе Мануэль Альбарес обвинил некоторых партнеров по ЕС в «бесполезном и поляризующем» ответе . Двадцать два из 27 государств-членов ЕС подписали совместное письмо с призывом к скоординированным действиям на границе, что привело к экстренной видеоконференции министров внутренних дел 4 августа .
Из Соединенных Штатов президент Дональд Трамп немедленно использовал наплыв мигрантов для критики иммиграционной политики как администрации Байдена, так и премьер-министра Испании Санчеса, назвав инцидент «вторжением» и заявив, что это должно стать «темой для промежуточных выборов» .
Поскольку волна дезинформации в соцсетях считается прямым драйвером смертельного массового перехода , Европейская комиссия предприняла беспрецедентные шаги.
Кризис в Сеуте стал важнейшим тестом для способности DSA принуждать платформы к быстрым действиям против реального вреда от вирусной дезинформации: чиновники ЕС дали понять, что несоблюдение требований может привести к официальным расследованиям и штрафам.