Дроны Украины бьют по Wildberries: рекордные потери России и пределы войны на истощение

С 18 июля украинские силы, по сообщениям СМИ и российских региональных властей, атаковали более десятка объектов, связанных с Wildberries .

• 18 июля: дроны поразили склады в Котовске Тамбовской области — примерно в 475 километрах к юго-востоку от Москвы — и в Электростали Московской области. Российские власти сообщили о семи погибших и 49 пострадавших на обоих объектах .
• 3 августа: сообщалось об ударе по складу Wildberries в Самарской области, примерно в 800 километрах от передовых украинских позиций. В распространенных сообщениях были разные данные о последствиях: губернатор региона заявлял об отсутствии погибших на самом складе, тогда как о девяти погибших сообщалось в связи с атаками в регионе .
• 4 августа: украинские беспилотники атаковали три склада в разных районах России, два из них принадлежали Wildberries. Местные власти сообщили о пяти погибших. Российское Министерство обороны заявило, что сбило 13 дронов над Тамбовской, Воронежской и Липецкой областями .

Wildberries заявляла о пожарах и повреждениях объектов, в том числе в районе Санкт-Петербурга. Компания также сообщала, что на одном из атакованных складов пострадавших не было . При этом масштаб материального ущерба и влияние атак на общую работу национальной логистической сети остаются неясными.

Ответ Москвы: новая волна ударов по Украине

Российские власти ответили усилением ударов по украинской инфраструктуре. 5 августа комбинированная атака беспилотников и баллистических ракет по Киеву привела к гибели как минимум 17 человек и ранениям 44. Это была одна из самых смертоносных атак на украинскую столицу в 2026 году .

Так обмен ударами превратился в отдельный фронт войны: Украина пытается поражать логистику и экономические объекты в глубине России, а Москва продолжает наносить массированные удары по украинским городам и инфраструктуре.

Что означают заявленные потери российских войск

Удары по тыловым объектам сопровождаются ростом потерь российских сил на линии фронта. 4 августа президент Украины Владимир Зеленский заявил, что украинские подразделения с помощью дронов уничтожили или тяжело ранили 30 272 российских военнослужащих за июль. По его словам, в подсчет включались только случаи с четким видеоподтверждением .

Украинский Генеральный штаб оценил общие потери личного состава России за июль в 42 860 человек — это максимальный месячный показатель с начала 2026 года и первый случай в этом году, когда число превысило 40 тысяч . Таким образом, на долю потерь, приписанных дронам, приходится примерно 71% от общего заявленного показателя .

С начала 2026 года украинское Министерство обороны оценивает число российских военнослужащих, убитых или тяжело раненых в результате атак БПЛА, в 193 500 человек .

Но эти данные требуют осторожной интерпретации. Это оценки украинской стороны, которые невозможно независимо проверить. Кроме того, показатель 30 272 включает убитых и тяжело раненых, а не только погибших, и охватывает лишь случаи, которые Киев описывает как подтвержденные видео. С одной стороны, это делает подсчет более проверяемым; с другой — он может не отражать реальные масштабы потерь.

Почему большие потери не остановили российское наступление

Аналитики Центра стратегических и международных исследований (CSIS) считают, что, несмотря на экономическое, демографическое и военно-промышленное давление, война остается для Кремля «устойчивой в обозримом будущем». Москва по-прежнему исходит из того, что способна выиграть войну на истощение и переждать Украину .

При этом темпы продвижения российской армии остаются низкими. По оценке Института изучения войны (ISW), в июле российские силы захватили лишь 37,85 квадратного километра украинской территории и не добились стратегически значимых успехов . Другие оценки на основе данных ISW указывают, что скорость продвижения приближается к состоянию почти полной остановки .

На этом фоне особенно важен разрыв между тактическими результатами и стратегическим эффектом. Российские войска несут тяжелые потери, а их продвижение замедляется, но Кремль все еще может восполнять значительную часть потерь и продолжать давление на фронте.

Сильные стороны и ограничения украинской кампании

Украина, по оценке ISW, вновь получила общее преимущество в применении дронов и располагает системами, способными нарушать российскую логистику на оперативной глубине . Удары по складам Wildberries демонстрируют, что украинские беспилотники могут обходить или перегружать российскую противовоздушную оборону на значительном расстоянии от фронта.

Однако у этой стратегии есть пределы:

• объем внутреннего производства Украины пока ограничен;
• западные страны не всегда разрешают использовать переданное оружие для глубоких ударов по территории России;
• Россия располагает более крупными людскими и промышленными ресурсами и демонстрирует готовность принимать большие потери;
• разрушение отдельных складов еще не означает системного сокращения российской способности снабжать армию и вести боевые действия.

Анонимный российский генерал, слова которого приводит ISW, якобы признавал, что Кремль преувеличивает успехи на поле боя и придерживается стратегии истощения, которую Россия не может выиграть, рассчитывая вынудить Украину и Запад уступить . Однако это сообщение основано на анонимном источнике и не является независимым подтверждением позиции российского военного руководства.

Итог: эффективная тактика без стратегического перелома

Украинские дроны создали для России новую проблему: война все чаще затрагивает склады, торговую инфраструктуру и другие объекты далеко за пределами фронта. Атаки на Wildberries наносят ущерб логистике, вызывают гибель гражданских работников и демонстрируют уязвимость российского тыла.

Но на текущем этапе это прежде всего инструмент давления, а не решающий удар. Россия продолжает восполнять потери и придерживаться расчета на затяжную войну, тогда как Украине необходимо масштабировать производство, сохранять доступ к дальнобойным системам и превращать удары по тылу в устойчивое ограничение российских операций. Пока обе стороны способны наносить тяжелый ущерб, но ни одна не получила возможности быстро изменить стратегический баланс .