Мировая солнечная энергетика достигла 3 ТВт. Теперь главный вопрос — как использовать эту мощность

Это не просто впечатляющая цифра. Она показывает, насколько ускорился переход к солнечной энергетике, но одновременно обнажает его новое узкое место: теперь недостаточно производить и устанавливать панели. Нужно доставлять электричество туда, где оно требуется, и сохранять излишки до вечернего пика спроса.

От первого тераватта до третьего — за считанные годы

Темпы строительства солнечных мощностей резко выросли. На достижение первого тераватта ушло более двух десятилетий, второй тераватт был добавлен примерно за три года, а третий — менее чем за два . За четыре года мировая солнечная мощность утроилась .

Впрочем, относительные темпы роста уже замедляются: с 85% в 2023 году они снизились до 32% в 2024-м и 12% в 2025-м . Разные оценки называют апрель 2026 года моментом пересечения отметки в 3 ТВт, но точная дата зависит от методики подсчёта и остаётся предметом дискуссии .

По оценке Программы фотоэлектрических систем Международного энергетического агентства (IEA-PVPS), к концу 2025 года совокупная установленная мощность солнечных электростанций составляла около 2 974 ГВт, а за один только 2025 год было добавлено примерно 698 ГВт . Солнечная генерация уже обеспечивает около 9% мирового производства электроэнергии .

Китай: лидер по строительству, но не по интеграции

Китай остаётся главным мотором мировой солнечной экспансии: страна строит больше ветровых и солнечных мощностей, чем весь остальной мир вместе взятый . Только портфель крупных солнечных проектов в стране достиг 664 ГВт .

Проблема в том, что электросети не успевают за строительством. Крупнейшие солнечные и ветровые кластеры расположены на севере и западе страны, тогда как основные центры потребления находятся на востоке. Передать весь этот объём энергии по существующей инфраструктуре невозможно .

В результате растёт вынужденное ограничение генерации — ситуация, когда уже произведённую или потенциально доступную электроэнергию приходится не принимать в сеть. В богатых возобновляемыми ресурсами провинциях Цинхай, Синьцзян и Ганьсу доля ограниченной солнечной генерации достигла 10–17% . В начале 2026 года по стране этот показатель вырос до 9,2% для солнечной энергии и 8,5% для ветровой .

Сетевые ограничения уже начали сдерживать новые проекты. В марте 2026 года объём новых солнечных установок в Китае снизился на 56% год к году, а в апреле — на 79% . Рынок солнечной энергетики страны движется к первому годовому сокращению с 2019 года .

Операторы сетей вложили в первом квартале 2026 года 167,5 млрд юаней — около 24,5 млрд долларов — в расширение инфраструктуры . Но одних инвестиций недостаточно: жёсткие правила региональной торговли электроэнергией и система передачи, в которой сохраняются преимущества угольной генерации, остаются серьёзными препятствиями .

По данным Carbon Brief, выбросы CO₂ в Китае в начале 2026 года даже выросли на 2%. Одна из причин — потеря части ветровой и солнечной генерации, из-за чего угольные станции продолжили работать . На сверхвысоковольтные линии приходится лишь около 20% электроэнергии от ветра и солнца, тогда как доля угля составляет 42% .

Иными словами, проблема заключается не в нехватке генерации, а в негибком управлении угольными станциями и сетями .

Солнечные панели переходят на крыши домов и предприятий

Пока крупные проекты в Китае сталкиваются с сетевыми ограничениями, в странах Глобального Юга быстро развивается распределённая солнечная энергетика — прежде всего установки на крышах домов, магазинов и предприятий.

Пакистан. Страна переживает «беспрецедентный» рост солнечной энергетики: производство солнечного электричества здесь стало более чем втрое выше среднемирового уровня . В ряде крупных промышленных центров ожидается, что в дневные часы выработка крышных солнечных установок превысит спрос на электричество из национальной сети . Пакистан ненадолго стал вторым по величине рынком сбыта китайских солнечных панелей, пока его не обошли Филиппины . К началу 2026 года солнечный бум позволил стране избежать более 12 млрд долларов расходов на импорт нефти и газа .

Филиппины. Здесь спрос на солнечные панели поддерживают высокие тарифы и регулярные перебои с электричеством . Мощность крышных установок выросла почти вдвое — с 721 МВт в начале 2025 года примерно до 1 300 МВт в начале 2026-го . Срок окупаемости снизился примерно до трёх лет для бытовых систем, 2,3 года для коммерческих и 3,1 года для промышленных . Только в марте и апреле 2026 года Китай поставил на Филиппины солнечные панели общей мощностью более 3 000 МВт . За три месяца по май включительно импорт панелей достиг 407 млн долларов, увеличившись на 145% .

Нигерия и другие рынки. В Нигерии также наблюдается необычно быстрый рост крышных установок, как и на меньших рынках — например, Кубы и Ливана . В 2025 году Африка показала самые быстрые темпы роста солнечной энергетики: новые мощности увеличились на 54% год к году. Лидерами стали Южная Африка с 1,6 ГВт и Нигерия с 803 МВт .

Число стран, где совокупная солнечная мощность достигла хотя бы 1 ГВт, выросло с 42 в 2020 году до 74 . Это важный сдвиг: солнечная энергетика всё меньше зависит только от нескольких крупнейших рынков и всё активнее распространяется через небольшие распределённые установки.

Почему без аккумуляторов солнечный бум может потерять ценность

Солнечные панели вырабатывают максимум энергии примерно в середине дня — как раз тогда, когда спрос во многих системах ещё не достиг вечернего пика. Так возникает проблема «полуденного избытка»: электричества становится слишком много, а сеть не может его принять или перенаправить.

В Китае более 150 регионов уже отнесены к «красным зонам», где местная сеть не способна принять дополнительные фотоэлектрические мощности . Если генерацию нельзя использовать, её приходится ограничивать. В отдельных случаях избыток предложения может приводить к нулевым или отрицательным ценам на электроэнергию, когда производителям приходится платить за передачу энергии в сеть или отключать часть оборудования.

Накопители энергии, прежде всего аккумуляторные системы, должны решить сразу несколько задач:

• перенести дневной избыток солнечной энергии на вечерние часы;
• снизить объём вынужденного ограничения генерации;
• уменьшить потребность в быстрозапускаемых газовых и других ископаемых станциях;
• поддержать сеть при скачках спроса;
• сохранить экономическую ценность уже построенных солнечных электростанций.

Исследование, опубликованное в PNAS, пришло к выводу, что для декарбонизации Китая потребуется развернуть накопители в масштабе тераватт . Модели также показывают, что значительная часть солнечной генерации должна размещаться ближе к крупным центрам потребления, а межрегиональные сверхвысоковольтные линии потребуется существенно расширить .

SolarPower Europe отмечает, что отрасль входит в новую фазу: вместо гонки за количеством установленных панелей на первый план выходят интеграция, накопители, пропускная способность сетей и изменение правил рынка . Без быстрого развития этих элементов каждый новый тераватт солнечной мощности будет приносить всё меньше полезной энергии.

Что ждёт рынок в 2026 году

SolarPower Europe прогнозирует временное сокращение мировых установок в 2026 году. В базовом сценарии ожидается снижение на 8%, до 612 ГВт, после чего рост должен возобновиться в 2027 году . Главной причиной предполагаемого спада станет перестройка солнечного рынка Китая .

Если прогноз оправдается, это будет первое сокращение мирового рынка солнечной энергетики более чем за 20 лет. Но речь не обязательно идёт о провале технологического перехода. Скорее, отрасль подходит к естественному рубежу: производить панели и строить электростанции научились, а теперь предстоит доказать, что энергосистема способна эффективно использовать их выработку.

Как отмечает Global Energy Monitor, китайская ветровая и солнечная энергетика перешла «от гонки установок к проверке системной интеграции» . Следующий вопрос для отрасли звучит уже не так: «Сколько панелей можно построить?», а так: «Сколько солнечной энергии сеть сможет принять, сохранить и доставить потребителю?»