По объёму новых мощностей солнечный рынок был более чем в четыре раза крупнее ветроэнергетического . Сама мировая солнечная генерация утроилась всего за четыре года . После преодоления отметки в 1 ТВт в 2022 году отрасли потребовалось менее двух лет, чтобы превысить 2 ТВт — к концу 2024 года, — и чуть больше года, чтобы достичь 3 ТВт .
Однако следующий этап может оказаться менее стремительным. SolarPower Europe ожидает, что в 2026 году мировые установки сократятся на 8%, до 612 ГВт, главным образом из-за снижения активности в Китае . Если прогнозы оправдаются, рынок может впервые более чем за два десятилетия показать годовое сокращение .
В 2025 году Китай установил примерно 278–315 ГВт солнечных мощностей, обеспечив около 62–68% мирового прироста . На Азиатско-Тихоокеанский регион в целом приходится около 68% глобальных установок .
К концу 2025 года накопленная солнечная мощность Китая достигла примерно 1 464 ГВт — почти половины мирового показателя . Кроме того, в стране насчитывается более 709 ГВт потенциальных солнечных проектов, то есть свыше трети всех планируемых мощностей в мире .
В 2026 году ситуация резко изменилась. За январь—июнь Китай добавил лишь 72,07 ГВт солнечных мощностей — на 66% меньше, чем годом ранее . Одной из причин стал ажиотажный ввод проектов до вступления в силу ценовых реформ в 2025 году . При этом результат первого полугодия всё ещё превышал средний уровень установок за первые шесть месяцев в период с 2021 по 2024 год .
Пятилетний экономический план Пекина и изменения в системе ценообразования призваны сознательно охладить сверхбыстрый рост. Отрасль должна перейти от гонки за количеством к более качественным проектам, которые лучше соответствуют возможностям энергосистемы.
Солнечная энергетика постепенно перестаёт быть историей нескольких крупнейших рынков. К концу 2025 года уже 26 стран располагали как минимум 10 ГВт совокупной фотоэлектрической мощности — ещё несколько лет назад таких стран было значительно меньше .
Индия установила рекордные примерно 49 ГВт в 2025 году, а Юго-Восточная Азия превращается в один из важных двигателей расширения рынка . По оценкам, в 2026 году за пределами Китая может быть введено более 100 ГВт новых солнечных мощностей. Активность растёт на Ближнем Востоке, в Африке и Латинской Америке, где солнечная энергия во многих случаях стала самым дешёвым источником новой электроэнергии .
У развивающихся рынков, однако, есть серьёзные ограничения. Их энергосети часто слабее, стоимость капитала выше, а правила подключения и поддержки проектов менее предсказуемы. Поэтому даже при низкой стоимости солнечной генерации строительство может идти медленнее, чем в Китае или Европе.
Линии электропередачи стали главным узким местом отрасли. По оценке Wood Mackenzie, именно передающая инфраструктура, а не дефицит солнечных модулей, теперь сильнее всего ограничивает запуск новых проектов . Многие энергосистемы создавались под крупные централизованные электростанции и относительно стабильный профиль спроса. Они не рассчитаны на высокую долю переменной генерации, зависящей от времени суток и погоды .
По мере роста доли солнца усиливаются технические сложности: колебания напряжения, нестабильность частоты из-за снижения инерции энергосистемы, ухудшение качества электроэнергии и необходимость заново настраивать системы защиты . При доле солнечной генерации около 50% затраты на интеграцию могут превышать 25–40 долларов за МВт·ч .
Перегруженность сетей уже приводит к сокращению примерно 5% выработки возобновляемых источников в отдельных регионах. В солнечных энергосистемах, включая Калифорнию и некоторые районы Европы, всё чаще возникают периоды отрицательных цен: электричества в дневные часы оказывается больше, чем сеть и потребители способны принять .
Отдельная проблема — очереди на технологическое присоединение. Только в США в них застряли проекты чистой энергетики общей мощностью свыше 2,6 ТВт, причём примерно 80% заявок в итоге не доходят до коммерческой эксплуатации . Среднее время ожидания подключения в стране с 2015 года удвоилось и превысило три года .
На этом фоне батарейные системы накопления энергии, или BESS, постепенно переходят из категории «желательно» в категорию «необходимо». Уже к 2025 году экономическая жизнеспособность новых крупных солнечных электростанций всё чаще зависела от интегрированного накопителя. Отдельная солнечная генерация перестала быть стандартным решением для многих новых объектов коммунального масштаба .
Накопители позволяют переносить дневной избыток электроэнергии на вечерние часы, снижать нагрузку на трансформаторы и сглаживать колебания напряжения. В исследовании по усилению сельских сетей солнечная генерация в сочетании с накопителями снизила потребность в трансформаторной мощности на 11,8%, а необходимость расширения воздушных линий — ещё на 27,1%; также улучшилась устойчивость напряжения .
Но рыночные правила пока не всегда успевают за технологией. Во многих энергосистемах накопители оказываются в невыгодном положении: из-за двойной роли потребителя при зарядке и поставщика электроэнергии при разрядке они могут облагаться сборами на обоих этапах, что снижает доходность проектов .
Международное агентство по возобновляемым источникам энергии (IRENA) и отраслевые организации выступают за правила, которые позволят накопителям получать доход сразу из нескольких источников — на рынках электроэнергии, мощности и системных услуг. Одновременно необходимы более быстрые процедуры присоединения к сетям .
Производство панелей больше не является главным препятствием для расширения солнечной энергетики. Теперь отрасли нужно решить задачу инфраструктурного масштаба: построить новые линии и подстанции, модернизировать старые сети, ускорить подключение проектов и обеспечить энергосистемам достаточную гибкость.
Рубеж в 3 ТВт показывает, насколько быстро солнечная энергетика стала глобальной. Но сама по себе установленная мощность ещё не означает, что вся эта энергия будет использована. Дальнейший успех рынка определит не только количество новых панелей, но и то, насколько эффективно электросети смогут принять, передать и сохранить выработанные ими мегаватты.