Биотехнологическое соперничество США и Китая выходит на новый уровень

Американские чиновники рассматривают биотехнологии как стратегическую отрасль, сопоставимую по значению с искусственным интеллектом и передовыми производственными технологиями. В Вашингтоне опасаются, что успехи Китая могут повлиять не только на фармацевтику, но и на оборону, генетические технологии и другие области, связанные с национальной безопасностью. Поэтому китайский сектор все чаще оценивается не просто как коммерческий конкурент, а как часть более широкого геополитического соперничества .

2. Зависимость от китайских компонентов для лекарств

Второй фактор — устойчивость фармацевтических цепочек поставок. Согласно оценкам, около 60% американских дженериков содержат действующее вещество, происходящее из Китая . Китай также является единственным поставщиком как минимум одного ключевого исходного материала для более чем 700 действующих фармацевтических веществ — API, то есть активных ингредиентов лекарств .

Такая концентрация производства создает риск для США: перебои, экспортные ограничения или политический конфликт могут затруднить выпуск жизненно важных препаратов. Уязвимость особенно заметно проявилась во время пандемии COVID-19, когда страны столкнулись с перебоями в международных поставках медицинской продукции.

В ответ американские законодатели продвигают меры вроде Biosecure Act. Законопроект предусматривает ограничение государственных закупок у ряда китайских компаний, включая BGI Genomics, WuXi AppTec и WuXi Biologics .

3. Китай становится источником инноваций, а не только дешевого производства

Тревогу в США вызывает и то, что Китай все активнее конкурирует именно в разработке новых препаратов.

В 2024 году объем лицензирования китайских разработок западными компаниями достиг 41,5 млрд долларов, увеличившись на 66% за год. Крупные фармкомпании получали из Китая 28% всех инновационных активов, которые они приобретали по лицензионным соглашениям .

По другим оценкам, в 2024 году китайское происхождение имела примерно треть всех биотехнологических активов, лицензированных крупными фармкомпаниями по всему миру. В 2017 году этот показатель составлял менее 10% . Особенно заметен рост в онкологии: объем лицензионных сделок с китайскими биофармацевтическими компаниями в этой области достиг 30 млрд долларов — примерно втрое больше американского показателя .

Меняется и карта клинических исследований. Доля Китая в испытаниях наиболее инновационных лекарств выросла в шесть раз в период с 2016 по 2025 год и достигла 30%, тогда как доля США снизилась с 45% до 33%. По одной из оценок, на Китай приходится 7 141 препарат, или 31,1% мирового портфеля разработок .

Для американской фарминдустрии это означает, что китайские компании становятся не только поставщиками производственных услуг, но и источником перспективных молекул, технологий и партнерств.

4. Государственная поддержка и претензии к условиям конкуренции

Еще один предмет разногласий — масштаб государственной поддержки китайской биотехнологии. В феврале 2026 года Комиссия США по международной торговле (USITC) начала специальное расследование, чтобы изучить субсидии и ценовую политику Китая, а также их влияние на долю рынка и конкурентоспособность американских компаний .

В Вашингтоне опасаются, что государственное финансирование и другие формы поддержки позволяют китайским производителям быстрее наращивать мощности, снижать цены и выходить на международные рынки. Эти претензии дополняют дискуссию о трансфере технологий, инвестициях и доступе к данным.

В июне 2026 года американские законодатели также представили Biotechnology Innovation and Security Act (BINSA). Предлагаемые правила должны распространить проверку зарубежных инвестиций на биотехнологии и потенциально затронуть лицензионные сделки и совместные предприятия с китайскими компаниями .

Что это означает для мировой фармацевтики

Американская политика постепенно смещается от точечных ограничений к более широкой стратегии снижения зависимости от Китая. Речь идет о контроле закупок, проверке инвестиций, ограничении сотрудничества с отдельными компаниями и попытке вернуть производство критически важных компонентов в США или диверсифицировать его географию.

При этом зависимость остается взаимной. Западные фармкомпании заинтересованы в китайских разработках, поскольку те помогают пополнять портфели препаратов и компенсировать высокие расходы на собственные исследования. Поэтому ужесточение правил может замедлить международные сделки и одновременно повысить стоимость разработки лекарств.

Иными словами, внимание США к китайской биотехнологии вызвано сразу четырьмя причинами: стремительным превращением Китая в самостоятельный инновационный центр, зависимостью от его фармацевтических компонентов, ростом китайской доли в исследованиях и лицензировании, а также опасениями по поводу государственной поддержки отрасли. Биотехнологии становятся еще одной ключевой ареной соперничества двух крупнейших экономик мира.