Это было не столько начало нового устойчивого роста, сколько мощное ралли облегчения после жестокой распродажи. Инвесторы вновь начали покупать технологические акции после сильных отчётов Microsoft и Amazon, которые временно сняли главные вопросы к экономике искусственного интеллекта: способны ли компании оправдать гигантские расходы на дата-центры, облачные сервисы и чипы.
Microsoft отчиталась о результатах, превысивших ожидания, после закрытия американских торгов 29 июля. Amazon представила квартальные показатели 30 июля. Отчёты, особенно данные облачных подразделений Azure и AWS, помогли убедить рынок, что спрос на инфраструктуру для ИИ пока сохраняется .
После публикации результатов акции Microsoft подскочили более чем на 16%, а бумаги Amazon — примерно на 5–6% в последующей сессии . Рост американских технологических компаний подтолкнул фьючерсы на американские индексы и перекинулся на азиатские площадки.
Ранее инвесторы опасались, что капитальные затраты Big Tech растут быстрее, чем доходы от ИИ. Поэтому сильные результаты стали проверкой всей инвестиционной гипотезы: может ли нынешний цикл расходов действительно приносить компаниям отдачу . Опасения не исчезли, но на время отошли на второй план.
Основной ударной силой стали акции компаний, связанных с памятью и полупроводниками. В Южной Корее:
Именно эти две компании, имеющие огромный вес в корейском индексе, резко потянули Kospi вверх. Во время торгов скачок индекса был настолько стремительным, что сработал механизм sidecar — временное ограничение операций с фьючерсами, призванное охладить чрезмерное движение рынка .
Ралли корейских чипмейкеров стало продолжением ночного роста американских полупроводниковых акций. Дополнительную поддержку настроениям оказала редкая покупка акций SK Hynix председателем SK Group Чхве Тхэ Воном .
Однако масштаб пятничного подъёма важно оценивать в контексте предшествующего обвала. До восстановления Kospi потерял более 40% от июньского пика в 9 385 пунктов . Поэтому часть покупок была техническим отскоком перепроданных бумаг и закрытием коротких позиций, а не только реакцией на улучшение фундаментальных перспектив.
Банк Японии сохранил базовую процентную ставку на уровне 1%, что в целом соответствовало ожиданиям рынка . Решение было принято большинством 8 голосов против 1: один из членов совета выступал за повышение ставки до 1,25% .
При этом регулятор подал достаточно жёсткий сигнал. Банк предупредил, что базовая инфляция с сентября может превысить целевой уровень в 2% . Таким образом, пауза не означала отказа от дальнейшего ужесточения политики, но сняла непосредственный риск неожиданного решения для японских акций.
Дополнительным фактором стало вмешательство японских властей в валютный рынок. В ночь на пятницу Япония, по данным источников, продавала доллары и покупала иену в Нью-Йорке — впервые за три месяца, после того как японская валюта приблизилась к минимумам примерно за четыре десятилетия .
Курс доллара ранее доходил примерно до 160,175 иены. После интервенции иена укрепилась на 2,4% — это был её крупнейший однодневный рост с января 2023 года . Более сильная иена помогла временно снизить напряжённость на валютном рынке, хотя после решения Банка Японии она снова оказалась под давлением .
Для инвесторов это стало ещё одним краткосрочным позитивным сигналом: власти продемонстрировали готовность ограничивать чрезмерное падение иены, которое повышает стоимость импорта и усиливает инфляционное давление.
Несмотря на рекордные цифры, настроение рынка остаётся хрупким. По оценке Reuters, опасения вокруг масштабных инвестиций в ИИ стали слабее, но никуда не исчезли .
Есть несколько причин для осторожности:
Иными словами, пятничный взлёт стал сочетанием сильной отчётности, массового возвращения в чиповые акции после распродажи и технического закрытия ставок на дальнейшее падение. Но ключевой вопрос остаётся прежним: принесут ли многомиллиардные инвестиции в ИИ достаточную прибыль?
Пока рынок получил передышку, а не окончательный ответ. Аналитики рассматривают движение как резкое ралли восстановления и возврат к средним значениям, но не как доказательство того, что цикл волатильности вокруг ИИ подошёл к концу .