Пакнежад пояснил, что в период перемирия риски для танкеров снизились, что способствовало росту экспорта и позволило продать часть из примерно 100 миллионов баррелей накопленной сырой нефти и газового конденсата . Снижение рисков для судоходства позволило Ирану вывести значительный объем сырья за линию блокады и получить доступ к покупателям, которые были недоступны в период активных военных действий .
Пакнежад заявил, что общая сумма в $18 млрд составила более 60% от запланированных в годовом бюджете Ирана нефтяных доходов . Независимые бюджетные отчеты конца 2025 года оценивали целевой показатель общей выручки Ирана от сырой нефти на иранский 1405 год (начинается в марте 2026 года) примерно в $21 млрд, исходя из прогнозируемых продаж около 1 млн баррелей в сутки по цене $57 за баррель . Таким образом, фактический показатель в $18 млрд превысил ожидания многих экспертов, которые считали такие результаты маловероятными в условиях активной блокады и войны . Примечательно, что некоторые источники внутри самого иранского правительства и исследовательского центра парламента ранее предупреждали, что бюджетные прогнозы нефтяных доходов могут быть слишком оптимистичными даже в обычных условиях .
Временный всплеск продаж во время перемирия стал возможен благодаря изменению политики США, которое вскоре было отменено:
Заявления Пакнежада прозвучали на фоне колебаний объемов добычи и экспорта во время конфликта:
При полном мирном соглашении, по оценкам аналитиков, Иран мог бы получать более $60 млрд в год нефтяных доходов, если бы довоенные уровни добычи (около 3,5–4 млн б/с сырой нефти и конденсата) были полностью восстановлены, а санкции — окончательно сняты . Таким образом, $18 млрд, полученные во время войны и перемирия, составляют примерно 30% или менее от потенциального годового дохода при полной нормализации . Сам Пакнежад ранее заявлял, что в случае снятия санкций Иран мог бы в течение года увеличить добычу сырой нефти до уровней, близких к показателям 2015 года — около 3,8 млн б/с .
Для сравнения: в 2025 году экспорт иранской нефти вырос до многолетних максимумов за счет тайных поставок (в основном в Китай), однако фактические доходы правительства упали из-за глубоких скидок и расходов на обход санкций . Иран продавал больше нефти, но зарабатывал меньше с каждого барреля . Показатель в $18 млрд за военный период, хотя и впечатляет на фоне бюджетных ожиданий, был достигнут в момент, когда мировые цены на нефть взлетели из-за самого конфликта, что создало необычный попутный ветер, который может не сохраниться в обычных условиях.