«Худшая работа в Ф-1»: Перес рассказал, как культ Ферстаппена разрушал пилотов и погубил Red Bull в 2026-м

Худшая работа в Формуле-1

Перес не стеснялся в выражениях, описывая реальную атмосферу внутри коллектива. «Быть напарником Макса в Red Bull — это самая худшая работа в Ф-1, и точка», — заявил он . Проблема была структурной и непреодолимой.

«В Red Bull всё было проблемой», — объяснил Перес в интервью в январе 2026 года . Он описал безвыходную ситуацию: если он оказывался быстрее Ферстаппена, это создавало «очень напряжённую атмосферу» и превращалось в проблему . Если же он был медленнее — это тоже было проблемой . «Если ты был слишком медленным, а Макс — медленным, тогда всё тоже было проблемой» . Вне зависимости от того, опережал ли второй пилот лидера или уступал ему, он подвергался критике со всех сторон .

Перес сказал, что команда «жаловалась на всё» и каждый результат превращался в палку о двух концах . Это создавало среду, в которой он, по собственным ощущениям, не мог выиграть: отстань — и ты выброшен; обгони Ферстаппена — и машина отвернётся от тебя.

Болид, заточенный под один стиль пилотирования

Помимо культурных аспектов, Перес раскрыл техническую подоплёку проблемы: Red Bull адаптирует свои машины под уникальные предпочтения Ферстаппена. По его мнению, даже семикратный чемпион мира Льюис Хэмилтон столкнулся бы с серьёзными трудностями в таком кокпите .

«Быть рядом с Максом очень сложно, но быть рядом с Максом в Red Bull — это то, чего люди не понимают», — сказал Перес ещё в октябре 2025 года, ещё до того, как было объявлено о его возвращении в Cadillac . «Есть много вещей, о которых я не могу говорить. Но в ту минуту, когда я подписал соглашение об уходе из Red Bull, я подумал: „Бедняга, кто бы ни пришёл сюда, это очень тяжёлое место“» .

Десятилетие культа одной личности даёт обратный эффект

Сезон 2026 года принёс в Формулу-1 серьёзные технические изменения: машины стали меньше и легче, а мощность гибридных установок разделилась почти поровну между двигателем внутреннего сгорания и электрической частью . Для Red Bull результаты оказались катастрофическими.

После трёх гонок команда занимала лишь шестое место в Кубке конструкторов, набрав всего 12 очков за первые два уик-энда . Болид RB22 уступал лидерам из Mercedes и Ferrari примерно секунду с круга . Ферстаппен назвал машину «абсолютно неуправляемой» после Гран-при Китая, сказав, что «каждый круг — это борьба за выживание» . В той гонке он не набрал ни одного очка и сошёл на 45-м круге из-за утечки охлаждающей жидкости . Руководитель команды Лоран Мекис признал, что машина демонстрирует «существенные недостатки» .

На Гран-при Японии Ферстаппен финишировал лишь восьмым, проиграв 32 секунды победителю Кими Антонелли и не сумев за весь день обогнать Alpine Пьера Гасли . Единственным светлым пятном стал новичок Исак Хаджар, завоевавший третье место в квалификации в Австралии, но сошедший из-за проблем с мотором .

Связь между откровениями Переса и нынешними трудностями Red Bull трудно игнорировать. Годы, потраченные на то, чтобы построить всё вокруг предпочтений одного пилота, сделали команду слишком специализированной. В условиях кардинально новых правил эта специализация обернулась уязвимостью. Болид, столь тонко настроенный под стиль Ферстаппена в старом регламенте, оказался неконкурентоспособным в новом .

Новый старт в Cadillac

Проведя 2025 год вне гонок, в августе 2025 года Перес подписал контракт с командой Cadillac — новичком чемпионата, вместе с Валттери Боттасом, чтобы возглавить её дебютную кампанию . Контраст с его опытом в Red Bull не мог быть более разительным.

«Я чувствую себя гораздо более оценённым в Cadillac, чем когда-либо в Red Bull», — сказал Перес перед стартовым Гран-при Австралии . Он описал свою новую роль как «новое начало», где он может гоняться без тех структурных ограничений, которые были прежде . Руководитель команды Грэм Лоудон сказал, что Перес «возвращается в Формулу-1 с абсолютно правильным настроем» . Сам Перес признался, что Cadillac «вернул ему любовь к Ф-1» и что он «полон энергии, чтобы включиться в работу заново» .

Даже Макс Ферстаппен публично приветствовал возвращение бывшего напарника, назвав его «новым началом» .

Будучи совершенно новой, 11-й командой, Cadillac всё ещё ищет свою поступь. К середине сезона команда занимает 11-е место в чемпионате с 0 очков, однако уже превзошла ранние внешние ожидания . Перес выразил уверенность в траектории развития команды .

Ирония судьбы

Команда, которая потратила десятилетие на то, чтобы выстроить всё вокруг одного гонщика, теперь потеряна вместе с этим гонщиком в неконкурентоспособном болиде. Тем временем пилот, которого в этой системе оттеснили на обочину, сейчас помогает строить новую команду с нуля — команду, где он впервые за долгие годы является равноправным партнёром, а не подчинённым.

Откровения Переса также подтвердили закономерность, которую болельщики Ф-1 давно подозревали. Red Bull циклично проходил через череду вторых пилотов — Пьера Гасли, Алекса Албона, самого Переса — каждый из которых сначала подавал надежды, а затем сдавал позиции или оказывался заменён. Рассказ Переса о культуре, в которой второй пилот был обречён на провал, даёт наиболее полное объяснение этой многолетней тенденции .

Короче говоря: Перес раскрыл культуру Red Bull, основанную на тотальной верстаппеноцентричности, которая была ясна с самой первой встречи с Хорнером, доходила до одержимости и была разрушительна для напарника. Эта же одержимость оставила команду структурно хрупкой на пороге смены регламента 2026 года, что привело к катастрофическому началу сезона. Сам Перес, теперь уже в Cadillac, нашёл роль, где он является ценным со-лидером, а не приносимым в жертву вторым номером.