Это было второе подобное приостановление за две недели — ранее Катар уже издавал аналогичное предписание 29 июня (отменённое 5 июля), прежде чем вновь ввести его 12 июля . Непосредственным триггером стала эскалация угроз безопасности в Ормузском проливе после прямой атаки на катарский актив.
В ночь с 6 на 7 июля 2026 года три коммерческих судна были поражены снарядами в Ормузском проливе. Самым значительным стало попадание в катарский СПГ-танкер Al Rekayyat, который был поражён снарядом (как сообщается, дроном или ракетой) во время транзита недалеко от побережья Омана при выходе из пролива . Удар вызвал пожар в машинном отделении; экипаж был эвакуирован, а судно осталось дрейфовать у берегов Омана . Аудиозапись сигнала бедствия капитана, изученная Reuters, зафиксировала момент: «Нас поразил беспилотник с левого борта, над машинным отделением» .
Впервые за время конфликта Катар публично осудил Иран, назвав его по имени. Министерство иностранных дел вызвало заместителя посла Ирана, вручило официальную ноту протеста и выступило с заявлением, возлагающим на Иран «полную юридическую ответственность» за атаку и за «любой возникший ущерб и последствия» . Представитель министерства назвал это «неприемлемой атакой» на международное судоходство и глобальные поставки энергии .
Полуофициальное иранское агентство Fars, ссылаясь на источники в КСИР, сообщило, что ВМС КСИР нацелились на два танкера, пытавшихся пересечь пролив по поддерживаемому США оманскому маршруту после того, как они проигнорировали предупреждения .
Атаки на танкеры произошли в рамках гораздо более масштабного конфликта, который продолжается с начала 2026 года:
После атак 7 июля американские военные нанесли новую волну ударов по Ирану. 12 июля США объявили, что поразили 140 иранских военных объектов в ходе третьей волны атак за неделю . Президент Трамп заявил, что временное соглашение с Ираном «закончено» . Вашингтон также отозвал лицензию, которая позволяла Ирану продавать нефть — ту самую лицензию, которая была частью недолговечного временного взаимопонимания .
США настаивали на том, что Ормузский пролив остаётся открытым, в то время как КСИР Ирана заявил, что водный путь закрыт до дальнейшего уведомления .
Катар долгое время играл уникальную роль неофициального канала связи между Вашингтоном и Тегераном — поддерживая открытые дипломатические отношения с Ираном, когда другие союзники по Заливу этого не делали, и проводя параллельные переговоры по Афганистану. Нанеся удар по катарскому СПГ-танкеру под флагом Катара, Иран напрямую ударил по экономическим интересам Дохи и её национальной энергетической компании Nakilat .
Это поставило Доху в невозможное положение. Вместо того чтобы оставаться нейтральным посредником, Катар публично порвал с Тегераном — вызвал иранского посла, вручил ноту протеста и выступил с прямым публичным осуждением . Аналитики охарактеризовали эту атаку как проверку и потенциальный подрыв тщательно выстроенной посреднической позиции Катара — той самой позиции, которая делала Доху полезной для обеих сторон .