Как война США с Ираном изменила конкурентоспособность устойчивого авиатоплива (SAF)

Объемы производства остаются мизерными

• Мировое производство SAF в 2026 году прогнозируется на уровне 2,4 млн тонн, что составляет лишь около 0,8% от общего мирового спроса на авиакеросин ^RII. Это означает замедление роста: объем производства примерно удвоился с 2024 по 2025 год (достигнув ~1,9 млн тонн), но увеличение с 2025 по 2026 год составит лишь ~0,5 млн тонн ^R.
• Международная ассоциация воздушного транспорта (IATA) заявляет, что к 2050 году для достижения цели отрасли по нулевым выбросам потребуется 500 млн тонн SAF в год — это примерно в 200 раз больше текущего уровня ^R.

Структурные ценовые барьеры сохраняются

• Доминирующий метод производства SAF (HEFA) привязан к ценам на сельскохозяйственное сырье, а не на сырую нефть. Это означает, что шок в Ормузском проливе не смог и не может напрямую закрыть разрыв в стоимости сырья ^RN.
• Многочисленные независимые аналитики приходят к выводу, что SAF не достигнет ценового паритета с ископаемым керосином ни при каком реалистичном краткосрочном сценарии. Премия носит структурный характер — она коренится в химии и цепочках поставок возобновляемого сырья — и не является временной особенностью незрелого рынка ^N.
• Кризис также обнажил, что производственный трубопровод SAF на Ближнем Востоке напрямую подвержен влиянию конфликта, а политические рамки столкнулись с одновременным стресс-тестом ^R.

Неоднозначное влияние на энергетический переход

• Краткосрочный относительный подъем SAF: Война сделала SAF "снова интересным", сузив ценовой разрыв и подтолкнув ЕС к рассмотрению возможности увеличения закупок SAF для замены нарушенных поставок керосина с Ближнего Востока ^RR. Авиакомпании, столкнувшиеся с удвоением затрат на топливо и потенциальным дефицитом (МЭА предупредило о физическом дефиците, начиная с июня 2026 года), находятся под беспрецедентным давлением, заставляющим их искать альтернативы ^R.
• Противоречивое давление на энергетический переход: С одной стороны, кризис ускорил политический интерес к SAF и высветил стратегическую уязвимость зависимости от ископаемого керосина, проходящего через одну узкую точку — Ормузский пролив ^R. С другой стороны, шок предложения также вызвал рекордное увеличение производства обычного керосина в США (по данным Управления энергетической информации, EIA, производство в США достигло исторического максимума в ответ на ценовые сигналы) ^R, а колоссальное несоответствие масштабов — 2,4 млн тонн SAF против примерно 300 млн тонн ежегодного мирового спроса на керосин — означает, что SAF не может материально заместить потерянные объемы обычного топлива в краткосрочной перспективе ^R.
• Стресс-тест для политики: Мандаты ЕС на добавление SAF остаются в силе, но кризис поднял вопросы о доступности, наличии сырья и о том, будут ли правительства отдавать приоритет топливной безопасности, а не скорости декарбонизации, если пролив останется заблокированным ^RR. Предварительная сделка между США и Ираном в июне 2026 года ненадолго сбила цены на нефть, но аналитики предсказывали, что для нормализации цен на топливо потребуются месяцы или годы ^RI.

Суть: Война сжала относительное ценовое преимущество SAF с ~3x до примерно 2x, создав реальное окно для повышения конкурентоспособности. Но абсолютный объем производства SAF (0,8% от спроса), его структурный потолок стоимости сырья и одновременный скачок традиционной добычи — все это означает, что конфликт не привел к материальному сдвигу в сторону SAF в масштабах отрасли. Кризис вместо этого обнажил напряжение между энергетической безопасностью и декарбонизацией, сделав SAF более экономически интересным в относительном выражении, но подчеркнув, насколько далеко отрасль от замены ископаемого керосина.