Нефть Urals рухнула до $50: как сделка США и Ирана пробила бюджет Москвы

Это резкий контраст с апрелем 2026 года, когда на пике иранского конфликта Urals краткосрочно взлетала до $116/барр. в балтийских портах и $114/барр. — в черноморских . Война в Иране создала дефицит, но он оказался недолгим. До её начала, в декабре 2025 года, Urals падала до $39,18/барр. на фоне американских вторичных санкций и рекордных скидок к Brent .

Бюджетная планка на 2026 год

Минфин РФ закладывал в проект федерального бюджета на 2026 год среднегодовую цену Urals на уровне $59/барр., о чём в сентябре 2025 года заявил министр финансов Антон Силуанов . Источник «Интерфакса» подтверждает: «Минфин России при формировании федерального бюджета закладывает прогнозную среднегодовую цену на нефть Urals в размере $59 за баррель» . При текущей цене в $50/барр. Urals торгуется примерно на 15% ниже бюджетной планки — каждый экспортированный баррель приносит меньше, чем планировало правительство.

Роль сделки США и Ирана и открытие Ормузского пролива

Именно это событие стало непосредственным триггером обвала. 14–15 июня 2026 года США и Иран подписали меморандум о взаимопонимании, прекращающий многомесячную войну и открывающий Ормузский пролив для торговых судов . Новость мгновенно обрушила мировые бенчмарки: Brent упала на 4,9% до $83/барр. 15 июня; WTI также резко снизилась .

Уже 19 июня по временному соглашению пролив начали проходить танкеры — иранская нефть физически начала возвращаться на экспортные рынки . S&P Global отмечала, что «ожидания открытия Ормузского пролива в рамках мирной сделки США и Ирана» были главной причиной обвала цен. Физические рынки оставались напряжёнными в течение лета, но сентимент избытка предложения уже доминировал . The Guardian писала, что рынки выросли в надежде на разрешение «самого серьёзного энергетического кризиса в истории рынков» . По данным BBC, из-за иранской войны с рынка было выведено около 20% мирового транзита нефти и СПГ, поэтому отмена этих ограничений стала мощным шоком предложения .

Фискальное давление на Москву

Ещё до падения Urals до $50 российские госфинансы были в тяжёлом положении. Дефицит федерального бюджета за январь–май 2026 года достиг 6,01 трлн рублей (2,6% ВВП) — в полтора раза больше годового плана, сообщает Meduza . В феврале Reuters писал, что по итогам года дефицит может почти утроиться относительно официального целевого показателя из-за падения нефтяных доходов и снижения закупок со стороны Индии .

Нефтегазовые доходы на 2026 год были запланированы на уровне 7,8 трлн рублей ($107 млрд), но, по оценке Института экономической политики (ИЭП), даже до открытия Ормуза недополучение нефтяных доходов могло составить до 2 трлн рублей при курсе рубля около 80/$ . Общая оценка доходов бюджета от июня 2026 года — 38,2 трлн рублей, что на 2,1 трлн рублей ($28 млрд) меньше первоначального закона о бюджете . Выплаты нефтегазовых компаний в бюджет в феврале 2026 года уже упали на 44% в годовом выражении — ещё до последнего обвала .

Прогнозы роста ВВП понижены

В мае правительство резко урезало прогноз роста ВВП на 2026 год. Вице-премьер Александр Новак сообщил, что правительство ожидает роста всего на 1% или ниже из-за падения нефтяных доходов, высокой инфляции и огромных военных расходов . Прогноз Банка Финляндии (BOFIT) на июнь 2026 года — около 1% на 2026 год с дальнейшим замедлением в 2027–2028 годах по мере исчерпания эффекта от высоких нефтяных цен . Последний обзор Всемирного банка по России отмечает «заметное ухудшение» фискальных условий в 2025 году с падением нефтяных доходов на 30% и указывает, что перспективы 2026 года сильно зависят от траектории цен на нефть . Британский аналитический центр BISI сообщил, что Минэкономразвития опубликовало «на удивление откровенный» прогноз с урезанными ожиданиями ВВП и резко сниженными планами инвестиций .

Резюме

Urals на уровне ~$50 — это примерно на $9 ниже бюджетной планки. Сделка США и Ирана по Ормузу — непосредственная причина обвала, а дефицит российского бюджета и без того раздувался. Правительство уже понизило прогноз роста ВВП до 1%, и дальнейшее ухудшение фискальной ситуации практически неизбежно, если цены не восстановятся — что маловероятно на фоне постепенного возвращения иранского предложения на рынок.