Визит Пезешкиана в Пакистан: Тегеран заявляет о незыблемости ракетной программы на фоне шаткого мирного соглашения

Президент Ирана Масуд Пезешкиан 23 июня 2026 года посетил Пакистан, чтобы лично выразить благодарность Исламабаду за посредничество в заключении исторической, но хрупкой мирной сделки между США и Ираном. На совместной пресс-конференции с премьер-министром Шехбазом Шарифом Пезешкиан провел четкую «красную линию»: баллистическая ракетная программа Ирана не подлежит обсуждению и никогда не входила в Исламабадский меморандум о взаимопонимании . Визит состоялся всего через несколько дней после подписания 14-пунктного промежуточного соглашения, и на фоне немедленно возникших разногласий по ядерным инспекциям и возобновления насилия в Ливане, которые поставили под угрозу 60-дневный путь к постоянному договору.

Государственный визит Пезешкиана в Пакистан (23 июня 2026 г.)

Президент Масуд Пезешкиан прибыл в Исламабад 23 июня с однодневным государственным визитом — своей первой зарубежной поездкой после американо-израильских ударов по Ирану 28 февраля . Он провел отдельные встречи с президентом Асифом Али Зардари, премьер-министром Шехбазом Шарифом и высшим военным руководством . Визит был подан как жест благодарности за посредничество Пакистана: Пезешкиан публично поблагодарил Шарифа за «силу и поддержку» пакистанского народа и охарактеризовал Исламабад как «честного и непоколебимого» посредника .

Баллистическая ракетная программа: «Не подлежит обсуждению»

Пезешкиан был категоричен: баллистическая ракетная программа Ирана не будет вынесена на повестку дня. Выступая на совместной пресс-конференции, он заявил: «Если бы не было ракет для нашей обороны, Израиль и Соединенные Штаты превратили бы Иран в еще одну Газу» . И он, и премьер-министр Шехбаз Шариф подтвердили, что ракетная программа никогда не была частью Исламабадского МоВ . Шариф добавил, что здесь не должно быть двойных стандартов: «Одни страны могут иметь баллистические ракеты, а Иран — нет?» .

Роль Пакистана в заключении сделки

Пакистан выступил ключевым посредником между Тегераном и Вашингтоном. Премьер-министр Шехбаз Шариф лично участвовал в организации переговоров в Швейцарии . В знак признания роли Пакистана, меморандум официально получил название Исламабадский меморандум о взаимопонимании . Пезешкиан высоко оценил искренность и последовательность Исламабада, а Шариф пообещал, что Пакистан продолжит посредничество до достижения «вечного мира» .

14-пунктный Исламабадский МоВ (подписан 17 июня 2026 г.)

МоВ был подписан электронно президентами Трампом и Пезешкианом 17 июня 2026 года в Версале, Франция . Он устанавливает 60-дневный промежуточный механизм для выработки постоянного мирного договора . Ключевые положения включают:

• Прекращение огня: Немедленное и постоянное прекращение военных операций между США и Ираном и их союзными фронтами, включая Ливан .
• Ормузский пролив: Немедленное возобновление коммерческого и энергетического судоходства через Ормузский пролив, устраняющее наиболее острую военную угрозу для глобальных рынков нефти .
• Отказ от санкций на экспорт нефти: Министерство финансов США выпустило 60-дневное разрешение на «производство, поставку и продажу иранской нефти», фактически приостановив санкции на экспорт иранской нефти на промежуточный период .
• Ядерные обязательства: Иран подтвердил свое обязательство никогда не производить и не приобретать ядерное оружие .
• Запасы урана: Иран согласился сократить свои запасы высокообогащенного урана .
• Суверенитет: Обе стороны обязались уважать суверенитет и территориальную целостность друг друга .

Разногласия по инспекциям ООН на ядерных объектах

Это стало главной точкой разногласий сразу после подписания МоВ. Позиция США (озвученная вице-президентом Джей Ди Вэнсом и спецпосланником Стивом Уиткоффом) заключалась в том, что Иран согласился предоставить инспекторам МАГАТЭ полный доступ, включая ядерные объекты, подвергшиеся бомбардировкам США и Израиля . Однако официальный представитель МИД Ирана Эсмаил Багаи заявил, что Тегеран не разрешит инспекторам посещать бомбардированные объекты, ссылаясь на соображения безопасности . К 23 июня это стало открытым спором, омрачающим весь мирный процесс, при этом президент Трамп настаивал в социальных сетях, что Иран дал согласие на долгосрочные инспекции .

60-дневное окно для переговоров по постоянному договору

МоВ устанавливает 60-дневный срок (начиная с 17 июня) для переговорщиков, чтобы преобразовать промежуточный механизм в окончательный, постоянный мирный договор . Технические группы с обеих сторон немедленно приступили к работе в Швейцарии . Ключевые темы для окончательной сделки включают снятие санкций, мониторинг ядерной программы и нормализацию отношений . Трамп оставил за собой право возобновить военные действия в случае провала переговоров .

Нарастающие проблемы: насилие в Ливане, спойлеры, пробелы в верификации

По состоянию на 23-24 июня ряд проблем угрожал процессу:

• Возобновление насилия в Ливане: В Ливане вновь вспыхнули бои, появились сообщения об израильских ударах по Бейруту. Апрельское прекращение огня 2026 года рухнуло в течение нескольких часов из-за аналогичных израильских ударов . МоВ охватывает «союзные фронты, включая Ливан», но реализация оставалась хрупкой .
• Спойлеры: Проявились расхождения в интерпретации достигнутых договоренностей между США и Ираном . Сам спор о ядерных инспекциях — признак того, что «ястребы» с обеих сторон могут попытаться сорвать процесс.
• Пробелы в верификации: Поскольку Иран отказывает инспекторам в доступе к бомбардированным объектам, у США нет независимого подтверждения ядерного статуса Ирана на этих объектах . Долгосрочный независимый мониторинг ядерной программы Ирана является заявленной целью США, но она еще не достигнута .
• 60-дневные часы: Жесткий дедлайн оставляет мало времени для задержек. Аналитики охарактеризовали механизм как «сначала видимость мира, детали потом», предупреждая, что нерешенные споры по инспекциям, исключение ракетной программы и региональное насилие могут разрушить процесс до достижения окончательного договора .

Визит президента Пезешкиана в Пакистан подчеркнул как дипломатический прорыв, так и шаткость сделки. Поскольку 60-дневные часы тикают, а фундаментальные разногласия уже налицо, путь к прочному миру остается неопределенным.