Эффект мирной сделки был наиболее заметен на энергетических рынках. Во вторник, 16 июня, фьючерсы на нефть Brent упали на 4,4% до примерно $83,46 за баррель, достигнув минимумов с начала войны с Ираном . К 18 июня, после подписания промежуточного соглашения в Швейцарии, Brent торговалась ниже $79 за баррель . Ожидается, что сделка приведет к снятию санкций с иранского экспорта нефти и возобновлению работы Ормузского пролива — узкого места, через которое проходит около пятой части мировой нефти и газа, которое было блокировано во время конфликта . Аналитики S&P Global предупредили, что физический рынок нефти останется напряженным в течение лета, однако долгосрочный прогноз предложения значительно улучшился .
Снижение цен на нефть напрямую уменьшает инфляционные ожидания, и эта логика сработала на рынке американских госбондов. Доходность 10-летних казначейских облигаций (US Treasuries) снизилась после объявления о сделке. Как сообщила The Wall Street Journal, «доходность казначейских облигаций и доллар падают» по мере оформления мирного соглашения . К 16 июня доходность 10-летних облигаций опустилась примерно до 4,45%, снизившись с 4,485% в предыдущую пятницу . Логика была очевидна: более дешевая нефть смягчила ожидания дальнейшего ужесточения политики Федеральной резервной системы . Это была неделя заседания ФРС 17–18 июня. В итоге Федрезерв сохранил ставку по федеральным фондам без изменений на уровне 3,50%–3,75%, но точечный график (dot plot) выявил раскол в комитете: 9 из 19 чиновников ожидали как минимум одного повышения ставки в течение года, а 6 выступали за совокупное повышение на 50 базисных пунктов и более . Обвал нефти, спровоцированный мирной сделкой, сделал эти «ястребиные» ожидания менее вероятными.
В Европе движение было еще более выраженным. Доходность государственных облигаций еврозоны падала четвертый день подряд во вторник, достигнув минимумов за несколько недель . Доходность 10-летних немецких бундов (Bund) упала на 2,5 базисного пункта до 2,925% — самого низкого уровня с 8 апреля . Доходность 10-летних итальянских облигаций также снизилась, упав на 4 базисных пункта до 3,639% . В основе лежал тот же механизм: резкое падение цен на нефть снизило инфляционное давление, вызванное импортом, для еврозоны, что ослабило ожидания относительно повышения ставок Европейским центральным банком . Денежные рынки закладывали лишь 30 базисных пунктов ужесточения политики ЕЦБ к концу года — значительное снижение по сравнению с более ранними «ястребиными» ожиданиями .
К середине июня 2026 года ФРС и ЕЦБ находились в совершенно разных позициях, и мирная сделка усилила этот разрыв.
| Центральный банк | Ключевая ставка | Недавняя позиция | Перспективы после мирной сделки |
|---|---|---|---|
| Федеральная резервная система (США) | 3,50%–3,75% | Сохранена без изменений на заседании 17–18 июня | Точечный график показывает раскол: 9 из 19 чиновников ожидают повышения в течение года; 6 хотят повышения на 50+ б.п. . Обвал цен на нефть снижает срочность этих повышений. |
| Европейский центральный банк | DFR на уровне 2,00% (с июня 2025 г.) | Без изменений на 5 заседаниях подряд до марта 2026 г. | Снижение цен на нефть еще больше охладило остаточное давление в пользу ужесточения. Денежные рынки закладывают лишь 30 б.п. ужесточения ЕЦБ к концу года . |
Банк Японии добавил еще одно измерение в историю расхождения, повысив свою ключевую ставку до 1% — максимума за 31 год — в тот же вторник, сославшись на инфляционные риски из-за энергетического шока на Ближнем Востоке . Многие аналитики охарактеризовали общую картину как «великое расхождение политик» (great policy divergence): ФРС находится в осторожном ожидании, ЕЦБ — в устойчивой паузе, а BoJ активно ужесточает политику .
Вторник, 16 июня 2026 года, не стал днем «бегства в качество» — это был день, когда геополитическая премия за риск обрушилась. Снижение цен на нефть в результате мирной сделки США и Ирана напрямую уменьшило инфляционные ожидания, что привело к снижению доходности облигаций как в США, так и в еврозоне, а также ослабило ожидания дальнейшего ужесточения денежно-кредитной политики как со стороны ФРС, так и со стороны ЕЦБ. Общее движение представляло собой сворачивание хеджей: склонность к риску (risk-on) в акциях и облигациях и уход от риска (risk-off) в нефти и валютах-убежищах.
Эффект мирной сделки был наиболее заметен на энергетических рынках. Во вторник, 16 июня, фьючерсы на нефть Brent упали на 4,4% до примерно $83,46 за баррель, достигнув минимумов с начала войны с Ираном . К 18 июня, после подписания промежуточного соглашения в Швейцарии, Brent торговалась ниже $79 за баррель . Ожидается, что сделка приведет к снятию санкций с иранского экспорта нефти и возобновлению работы Ормузского пролива — узкого места, через которое проходит около пятой части мировой нефти и газа, которое было блокировано во время конфликта . Аналитики S&P Global предупредили, что физический рынок нефти останется напряженным в течение лета, однако долгосрочный прогноз предложения значительно улучшился .
Снижение цен на нефть напрямую уменьшает инфляционные ожидания, и эта логика сработала на рынке американских госбондов. Доходность 10-летних казначейских облигаций (US Treasuries) снизилась после объявления о сделке. Как сообщила The Wall Street Journal, «доходность казначейских облигаций и доллар падают» по мере оформления мирного соглашения . К 16 июня доходность 10-летних облигаций опустилась примерно до 4,45%, снизившись с 4,485% в предыдущую пятницу . Логика была очевидна: более дешевая нефть смягчила ожидания дальнейшего ужесточения политики Федеральной резервной системы . Это была неделя заседания ФРС 17–18 июня. В итоге Федрезерв сохранил ставку по федеральным фондам без изменений на уровне 3,50%–3,75%, но точечный график (dot plot) выявил раскол в комитете: 9 из 19 чиновников ожидали как минимум одного повышения ставки в течение года, а 6 выступали за совокупное повышение на 50 базисных пунктов и более . Обвал нефти, спровоцированный мирной сделкой, сделал эти «ястребиные» ожидания менее вероятными.
В Европе движение было еще более выраженным. Доходность государственных облигаций еврозоны падала четвертый день подряд во вторник, достигнув минимумов за несколько недель . Доходность 10-летних немецких бундов (Bund) упала на 2,5 базисного пункта до 2,925% — самого низкого уровня с 8 апреля . Доходность 10-летних итальянских облигаций также снизилась, упав на 4 базисных пункта до 3,639% . В основе лежал тот же механизм: резкое падение цен на нефть снизило инфляционное давление, вызванное импортом, для еврозоны, что ослабило ожидания относительно повышения ставок Европейским центральным банком . Денежные рынки закладывали лишь 30 базисных пунктов ужесточения политики ЕЦБ к концу года — значительное снижение по сравнению с более ранними «ястребиными» ожиданиями .
К середине июня 2026 года ФРС и ЕЦБ находились в совершенно разных позициях, и мирная сделка усилила этот разрыв.
| Центральный банк | Ключевая ставка | Недавняя позиция | Перспективы после мирной сделки |
|---|---|---|---|
| Федеральная резервная система (США) | 3,50%–3,75% | Сохранена без изменений на заседании 17–18 июня | Точечный график показывает раскол: 9 из 19 чиновников ожидают повышения в течение года; 6 хотят повышения на 50+ б.п. . Обвал цен на нефть снижает срочность этих повышений. |
| Европейский центральный банк | DFR на уровне 2,00% (с июня 2025 г.) | Без изменений на 5 заседаниях подряд до марта 2026 г. | Снижение цен на нефть еще больше охладило остаточное давление в пользу ужесточения. Денежные рынки закладывают лишь 30 б.п. ужесточения ЕЦБ к концу года . |
Банк Японии добавил еще одно измерение в историю расхождения, повысив свою ключевую ставку до 1% — максимума за 31 год — в тот же вторник, сославшись на инфляционные риски из-за энергетического шока на Ближнем Востоке . Многие аналитики охарактеризовали общую картину как «великое расхождение политик» (great policy divergence): ФРС находится в осторожном ожидании, ЕЦБ — в устойчивой паузе, а BoJ активно ужесточает политику .
Вторник, 16 июня 2026 года, не стал днем «бегства в качество» — это был день, когда геополитическая премия за риск обрушилась. Снижение цен на нефть в результате мирной сделки США и Ирана напрямую уменьшило инфляционные ожидания, что привело к снижению доходности облигаций как в США, так и в еврозоне, а также ослабило ожидания дальнейшего ужесточения денежно-кредитной политики как со стороны ФРС, так и со стороны ЕЦБ. Общее движение представляло собой сворачивание хеджей: склонность к риску (risk-on) в акциях и облигациях и уход от риска (risk-off) в нефти и валютах-убежищах.