Непосредственным триггером стало объявление президента Трампа 29 января о «чрезвычайном положении в стране» с обвинением Кубы в укрывательстве российских шпионов и приёме врагов США, а также угроза ввести высокие пошлины на любую страну, поставляющую нефть на Кубу .
Администрация Шейнбаум применяет многоходовый подход:
По состоянию на конец июня 2026 года поставки ещё не возобновлены, и остаётся неясным, будет ли США рассматривать поставки частных компаний иначе, чем государственные .
Кризис — самый тяжёлый в истории Кубы, характеризующийся хроническим системным отказом, который Cuba Study Group описала как «уже не эпизодический, а хронический, системный и всё более дестабилизирующий» .
Помимо Мексики, вырисовываются два других потенциальных канала поставок топлива, каждый из которых сопряжён с большой неопределённостью:
Базирующаяся во Флориде компания Vanguard Energy в июне 2026 года вела продвинутые переговоры об отправке на Кубу крупнейшей партии американского топлива со времён эмбарго Холодной войны — 250 000 баррелей дизеля и бензина, предназначенных исключительно для частного сектора . Однако план рухнул 12 июня 2026 года, когда Bloomberg сообщил, что поставка «отменена» после расширения чёрного списка США
. Представитель Госдепартамента заявил, что Vanguard не получила лицензию и санкции США остаются в силе
. Президент Vanguard утверждал, что поставка соответствует политике Министерства торговли в рамках лицензионного исключения для продаж частному сектору Кубы, но вопрос лицензии остаётся нерешённым
.
В конце марта 2026 года Береговая охрана США разрешила российскому нефтяному танкеру с примерно 700 000 баррелей сырой нефти достичь Кубы — этого объёма достаточно для работы электростанций страны примерно в течение недели . США заявили, что такие поставки будут рассматриваться в индивидуальном порядке
. Это было разовое исключение, а не постоянное изменение политики, и устойчивый канал не возник
.
Несколько нерешённых вопросов осложняют любые усилия по облегчению топливного кризиса: