Сразу после заседания FOMC индекс доллара США (DXY) резко пошел вверх. К пятнице, 19 июня, он протестировал отметку 101,00 впервые с мая 2025 года и закрепился вблизи уровня 100,80 . Scotiabank сообщил, что рост доллара «обусловлен фундаментальными факторами, поскольку рынки переоценили значительный объем ужесточения ФРС после июньского заседания FOMC»
. Движение было широким: MUFG отметил, что доллар вырос на 1,5% за три дня после заседания ФРС
, а tradingeconomics.com показал, что за неделю он прибавил 1,1%
.
Сильный доллар — классический встречный ветер для активов развивающихся стран. Он увеличивает стоимость обслуживания долга, номинированного в долларах, оказывает давление на местные валюты и провоцирует отток капитала в американские активы. В заметке Gramercy прямо указывалось, что «доллар, поднимающийся до годовых максимумов», является фактором, который ужесточает условия для EM и «возрождает давление на валюты наиболее чувствительных к ставкам и внешне уязвимых заемщиков» .
Геополитический фон добавил слой острой неопределенности. Всего за два дня до этого, 17 июня, США и Иран подписали меморандум о взаимопонимании с целью прекращения конфликта, который включал открытие Ормузского пролива. Это событие обрушило цены на нефть и стало значительным попутным ветром для рискованных активов в начале недели .
Однако в пятницу, 19 июня, швейцарские власти объявили, что долгожданные последующие мирные переговоры в Женеве отменяются. Вице-президент США Джей Ди Вэнс отменил свою поездку в Швейцарию . Reuters со ссылкой на US News & World Report сообщило, что «дискуссии между официальными лицами США и представителями Ирана о потенциальном соглашении по урегулированию ближневосточного конфликта не состоятся в пятницу» и что это «вызывает дополнительные сомнения в возможности достижения прочного прекращения огня»
. The National также сообщил, что первый день переговоров был отложен
.
Противоречивые сигналы — подписанная мирная рамка и сорванные последующие переговоры — создали острую неопределенность. Цены на нефть отскочили на новостях об отсрочке , и торговая стратегия, основанная на геополитическом облегчении, которая ранее поддерживала активы EM, частично сошла на нет.
В еженедельной заметке Gramercy эта неделя была кратко охарактеризована как «тянущая в двух направлениях» для EM . С одной стороны, устранение энергетической премии (снижение цен на нефть благодаря иранской сделке) было «однозначным попутным ветром для крупных импортеров нефти в Азии». С другой стороны, эта выгода «нивелировалась ястребной переоценкой в развитых странах и долларом, достигающим годовых максимумов»
.
Это напряжение также усугубилось более ранним давлением. Впечатляющий отчет по рынку труда США в начале июня уже привел к снижению валют развивающихся стран, так как он подорвал аргументы в пользу снижения ставок ФРС . Июньское заседание FOMC лишь усилило это давление. В обзоре долговых рынков EM от Aberdeen Investments за май 2026 года также отмечалось, что «продолжающаяся неопределенность в политике США, охватывающая внешнюю политику, торговые и тарифные решения, а также вопросы о независимости Федеральной резервной системы», остаются источником двустороннего риска
.
Хотя подписание рамочного соглашения между США и Ираном дало мимолетный момент оптимизма для некоторых экономик EM, доминирующим фактором, вызвавшим напряжение 19 июня, стал ястребный разворот Федеральной резервной системы и последовавший за этим скачок доллара США. Геополитический разрыв из-за отмененных переговоров лишь добавил неопределенности, гарантируя, что позитивное геополитическое развитие событий было полностью затмено ужесточением глобальных финансовых условий.
Comments
0 comments