Исламабадский меморандум: хрупкое перемирие или отсрочка большой войны?

В середине июня 2026 года Соединённые Штаты и Иран подписали рамочное соглашение из 14 пунктов — Исламабадский меморандум — призванное положить конец более чем 100 дням открытых боевых действий и вновь открыть Ормузский пролив. Ключевым посредником выступил Пакистан. Однако эта сделка оказалась далека от окончательного мира. Наиболее спорные её положения касались Ливана: Иран настаивал, что соглашение требует вывода израильских войск, Израиль категорически отверг такую трактовку, а «Хезболла» увидела в ожидаемых финансовых поступлениях из Тегерана спасательный круг после тяжелых потерь. Самые трудные вопросы — ядерная программа Ирана, его баллистические ракеты и точные рамки снятия санкций — были намеренно отложены на второй раунд переговоров .

Что соглашение предусматривало в отношении Ливана

Исламабадский меморандум провозгласил немедленное и окончательное прекращение военных операций на всех фронтах, включая Ливан . Ключевые элементы, касающиеся Ливана, включали:

• Прекращение огня: Обе стороны и их союзники должны были остановить все военные действия. В Ливане это означало конец боев между Израилем и «Хезболлой» .
• Требование Ирана о выводе израильских войск: Глава иранской дипломатии Аббас Арагчи заявил, что сделка требует вывода Израиля из Южного Ливана — территории, почти пятую часть которой Израиль оккупировал. Иран сообщил «Хезболле», что вывод войск включен в меморандум и будет осуществляться поэтапно .
• Снятие морской блокады США: Сделка отменяла американскую морскую блокаду Ирана, которая душила его экспорт нефти, параллельно с возобновлением работы Ормузского пролива .

Реакция на условия о выводе израильских войск и иранском финансировании

«Хезболла»

«Хезболла» заявила, что будет соблюдать режим прекращения огня в Ливане, рассматривая соглашение как предшественник вывода израильских войск . Группировка получила заверения от Тегерана, что Иран будет добиваться вывода израильских сил . Ещё важнее то, что, поскольку Иран готовился получить доступ к размороженным активам, Тегеран дал понять, что увеличит финансирование «Хезболлы» после высвобождения своих финансовых средств, укрепив политические и финансовые позиции группировки после тяжелых военных потерь .

Израиль

Реакция Израиля была яростной и вызывающей. Правительство ясно дало понять, что не считает себя связанным сделкой.

• Министр обороны Исраэль Кац: «Израиль не уйдет с земель, захваченных в Ливане, Сирии и Газе» .
• Министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир: Осудил сделку, настаивая, что Израиль ею не связан .
• Премьер-министр Биньямин Нетаньяху: Заявил, что соглашение — решение Трампа, но у Израиля есть свои интересы, главный из которых — безопасность, и Израиль не будет ограничен .
• Израильские военные операции продолжились и после объявления о сделке: авиаудары по Ливану и атака в южном Бейруте вызвали лихорадочные дипломатические усилия по сохранению перемирия .

Соединённые Штаты

США представили более осторожную интерпретацию. Анонимный американский чиновник заявил, что соглашение прямо не требует вывода израильских войск, назвав трактовку Ирана «неприемлемой» . Вашингтон рассматривал сделку главным образом как механизм для возобновления работы Ормузского пролива и деэскалации более широкого конфликта, при этом финансовая помощь будет зависеть от дальнейшего поведения Ирана .

Финансовые договорённости и роль Пакистана как посредника

Финансовые условия: две очень разные версии

Между описанием финансовых договорённостей со стороны США и Ирана существовал значительный разрыв:

• Заявление Ирана: Тегеран заявил, что сделка предусматривает разблокировку $24 млрд замороженных иранских активов в течение 60-дневного периода переговоров, причём некоторые источники называли сумму как минимум $12 млрд на начальном этапе . Высший совет национальной безопасности Ирана сообщил, что активы будут размораживаться поэтапно, и из этих средств Тегеран будет финансировать «Хезболлу» .
• Позиция США: Вашингтон заявил, что финансовая помощь будет поэтапной и зависеть от поведения Ирана. Высокопоставленный американский чиновник назвал утверждения о безусловном доступе к замороженным средствам «абсолютной неправдой», а версию Ирана — «пропагандой». Главной целью, по словам чиновников, было возобновление работы Ормузского пролива и свободное судоходство в течение 60 дней . Разморозка активов могла быть проведена США путем негласного разрешения частным банкам в Катаре высвободить средства, что дало бы Ирану наличные до начала ядерных переговоров, но эта информация оставалась неподтверждённой .
• Фонд восстановления: Сделка также предполагала обсуждение возможного фонда восстановления Ирана после войны в размере $300 млрд, хотя Трамп заявил, что США не будут в него вносить средства .

Центральная роль Пакистана в посредничестве

Пакистан был главным посредником соглашения, что и дало меморандуму название «Исламабадский» .

• Премьер-министр Шехбаз Шариф объявил о сделке в социальных сетях, заявив, что переговорщики согласовали текст, а подписание назначено на пятницу в месте, которое будет определено .
• Фельдмаршал Асим Мунир, влиятельный военный лидер Пакистана, по словам Шарифа, сыграл решающую роль в поддержании переговоров .
• Пакистану помогали Катар, Саудовская Аравия, Турция и Египет в качестве дополнительных посредников .

Широкая политическая реакция

Израильские министры и оппозиция

Сделка вызвала двухпартийное возмущение в Израиле. Политики по всему спектру назвали её «катастрофой» и направили свой гнев на Нетаньяху, обвинив его в неспособности предотвратить сделку, которая, по их мнению, усиливает Иран . Ультраправые министры Бен-Гвир и министр финансов Бецалель Смотрич возглавили критику, призывая к продолжению военного давления в Южном Ливане, несмотря на соглашение . Лидер оппозиции Яир Лапид назвал результат «полным провалом Нетаньяху» и «опасным поворотом» для безопасности Израиля, заявив, что режим выживает, ракетная программа остаётся на месте, а Иран может восстановить свою ядерную программу . Другие оппозиционные деятели назвали это «дипломатической катастрофой, худшей, чем сделка Обамы 2015 года» .

Лидеры G7

Лидеры стран G7, собравшиеся во Франции, выразили осторожную поддержку деэскалации, но также глубокую обеспокоенность отсутствием обязательной основы для ракетной программы Ирана и его региональных прокси. Премьер-министр Великобритании Кир Стармер и другие лидеры подчеркнули необходимость всеобъемлющего последующего соглашения, которое затронет ядерную программу Ирана и возможности баллистических ракет — вопросы, намеренно отложенные в рамках этого временного соглашения .

Иран: консерваторы, диссиденты и государственные СМИ

Внутри Ирана реакция была неоднозначной.

• Консервативные фракции внутри иранского режима оказали значительное сопротивление в последнюю минуту, призывая чиновников свести уступки к минимуму . Однако преобладающим настроением среди руководства было чувство победы: подконтрольные государству СМИ хвастались, что США были «вынуждены» пойти на сделку и что Иран получил серьёзное финансовое облегчение, не жертвуя своей ядерной или ракетной программой .
• Иранские диссиденты и оппозиционные группы в целом осудили соглашение, утверждая, что оно обеспечит финансовую поддержку режиму и его прокси (включая «Хезболлу») без каких-либо значимых ограничений его ядерных амбиций или нарушений прав человека .

Израильские военные и разведка

Большинство Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) и «Моссада» выступили против Меморандума о взаимопонимании, считая, что Иран должен оставаться под санкциями .

Суть вопроса

Исламабадский меморандум был хрупким достижением: он вновь открыл Ормузский пролив и остановил разрушительную войну, но отложил все фундаментальные вопросы на будущие переговоры. Иран и США не смогли договориться о том, должен ли Израиль уйти из Ливана. Израиль заявил, что не уйдет. «Хезболла» приветствовала сделку, но готовилась к увеличению финансирования. G7 опасалась, что самые сложные проблемы — ядерная программа Ирана, ракеты и региональное влияние — были просто отложены. 60-дневное окно для переговоров, которое последовало за этим, должно было определить, станет ли временная сделка ступенькой к прочному миру или прелюдией к новому конфликту.