Важно подчеркнуть, что это не финальное мирное соглашение, а лишь переходный каркас, дающий два месяца на доработку полноценного договора .
Несмотря на то что МоВ не дает ответов по ядерной программе, Трамп публично обозначил максималистские требования к окончательному урегулированию: Иран «обязан согласиться» навсегда отказаться от ядерного оружия ; он должен выдать запасы высокообогащенного урана, а США вывезут и уничтожат ядерные отходы, когда обстановка стабилизируется
.
Однако источники утверждают, что сам меморандум включает лишь мораторий на дальнейшее обогащение в 60-дневный период, а участь существующих запасов оставлена для предстоящих переговоров . Портал Axios сообщил, что Трамп в частном порядке требовал отредактировать текст, чтобы прояснить «как именно США получат материалы и в какие сроки», но Иран категорически отказался их сдавать
.
Трамп также неоднократно предупреждал, что если итоговый договор его не удовлетворит, он готов «завершить работу» военным путем и не примет слабых договоренностей .
Сделка вызвала острый и публичный конфликт между союзниками. Израильское руководство оказалось исключенным из переговорного процесса и столкнулось с соглашением, которое посчитало глубоко ущербным. Ведущая газета «Едиот Ахронот» охарактеризовала случившееся двумя словами: «Плохая сделка» . Высокопоставленный израильский чиновник назвал предварительные договоренности «катастрофическими для Израиля»
. Логика проста: меморандум откладывает неудобные для Запада ядерные и ракетные темы, одновременно давая экономическую передышку режиму, который Нетаньяху стремился ослабить
.
Реакция Трампа была агрессивной. Он открыто обвинил Нетаньяху в затягивании процесса, заявив, что израильские авиаудары по Бейруту сорвали подписание мирного меморандума . Он настаивал, что вопреки возражениям спас Израиль «от ядерного уничтожения»
. Самый резонансный обмен репликами, по сообщениям инсайдеров: президент предупредил премьера, что если атаки, ставящие сделку под угрозу, продолжатся, «ты останешься один»
.
За закрытыми дверями Нетаньяху и его окружение воздерживались от прямой конфронтации с Трампом, но их скептицизм по отношению к сделке оставался огромным . С политической точки зрения внутри Израиля премьер-министр оказался в очень уязвимом положении: он поставил карьеру на тесную связь с Трампом, а в итоге получил соглашение, оставляющее Исламскую Республику нетронутой, со скорым доступом к замороженным средствам и разморозкой санкций
.
Теперь отсчет пошел на 60-дневный срок, в течение которого предстоит найти ответы на самые острые вопросы: что делать с обогащенным иранским ураном? и какой ядерный потенциал Иран сохранит в итоге? Напряжение между инстинктом Трампа к заключению сделок и страхами Иерусалима за свою безопасность пока остается неразрешенным.
Comments
0 comments