Потребительский бум сошел на нет: Китай готовится к первому после пандемии сокращению розничных продаж

Стимуляционный «сахарный удар» закончился

2026 год для Китая начался с обманчивого подъема. Досрочные фискальные расходы и празднование Китайского Нового года подстегнули розничные продажи на 2,8% в первые два месяца . Однако этот всплеск оказался недолгим. Уже в марте рост замедлился до 1,7%, а в апреле и вовсе обвалился до 0,2% .

Такая быстрая остановка обнажает ограниченность стратегии, которая опирается на временные правительственные программы. Как только эффект от праздников прошел, а стимулирующие меры начали сворачивать, потребительские расходы почти сразу же рухнули. Это так называемое «постпраздничное похмелье» оказалось намного тяжелее, чем ожидалось, и показало: без постоянной «капельницы» стимулов внутренний спрос остается критически слабым .

Обвал авторынка

Ни один сектор не иллюстрирует хрупкость китайской потребительской модели лучше, чем автомобильная промышленность, которая стала главным тормозом для розничных продаж. В апреле продажи автомобилей рухнули на 15,3% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — это самое сильное падение среди всех крупных категорий розницы . Этот обвал произошел после тяжелого первого квартала, в котором авторынок в целом просел на целых 17% .

Спад напрямую связан с сокращением господдержки. Более 20 городов приостановили или скорректировали прием заявок на субсидии по trade-in после того, как выделенные средства закончились — это создало внезапный обрыв спроса . Morgan Stanley прогнозирует снижение продаж легковых автомобилей на внутреннем рынке на 7% по итогам 2026 года, что красноречиво говорит о том, как отрасль готовится к «неровному» году на фоне сворачивания стимулов . Сектор новых энергетических автомобилей (NEV), который раньше был локомотивом роста, также теряет обороты, поскольку продажи замедляются по мере отмены субсидий .

Кризис доверия потребителей

За потрясениями в отдельных секторах и политике стоит гораздо более сложная проблема: китайские семьи потеряли веру в экономику. Затяжной обвал на рынке недвижимости — ключевой фактор, который неумолимо разрушает благосостояние домохозяйств. В марте инвестиции в недвижимость в целом упали на 11% в годовом выражении, и этот кризис не демонстрирует признаков ослабления .

Этот негативный эффект богатства усугубляется слабым рынком труда, ускоряющейся инфляцией и ростом цен на энергоносители из-за войны в Иране . В результате потребители крайне неохотно тратятся на дорогие покупки. Боль от этого распространилась на многие категории в апреле: бытовая техника (-15,1%), стройматериалы (-13,8%) и мебель (-10,4%) показали резкое падение продаж наравне с автомобилями . Даже очередные правительственные попытки вернуть доверие частного сектора имели ограниченный успех, так как укоренившийся пессимизм с трудом поддается изменениям .

Программа Trade-In в Пекине: проигрышная ставка?

Флагманский инструмент для оживления потребления сейчас находится в центре жарких дебатов. Программа по обмену старых потребительских товаров на новые с доплатой была главной стратегией правительства, принесшей триллионы юаней продаж с 2024 года. Однако ее эффективность стремительно падает под давлением критики.

Сама программа была резко сокращена. В 2026 году центральное правительство урезало бюджет субсидий на 50 миллиардов юаней, оставив 250 миллиардов, и сократило количество подходящих категорий с 12 до 6 . Местные финансовые чиновники и советники по экономической политике открыто ставят под сомнение эффективность программы, отмечая, что объем продаж, которые она генерирует, неуклонно отстает от прошлогодних уровней .

Исследования показывают, что программа страдает от убывающей отдачи. Значительная часть фискальных расходов не привела к созданию дополнительного потребления, а просто «заняла» будущий спрос, предоставив своего рода бонус тем, кто и так собирался совершить покупку . Поскольку более 60% субсидируемых продаж приходится на автомобили, выгоды непропорционально достаются группам со средним и высоким доходом, у которых и без того низкая склонность к потреблению, что еще больше ограничивает общий экономический эффект . После многих лет постоянных скидок и ценовых войн потребители, по сути, «перегорели», и очередные стимулы их уже не впечатляют .

Общая картина: широкомасштабное замедление

Слабость потребительских расходов — не изолированное явление. Это часть общего экономического смягчения, которое омрачает все перспективы роста.

• Промышленное производство буксует: Рост промышленного производства в апреле составил всего 4,1% в годовом исчислении, что является резким замедлением по сравнению с 5,7% в марте и значительно ниже прогноза в 5,9% . Официальный индекс менеджеров по закупкам (PMI) в обрабатывающей промышленности в мае упал ровно до 50 — порогового значения, отделяющего рост от спада .
• Инвестиции снова падают: Инвестиции в основные средства (FAI) неожиданно сократились на 1,6% за первые четыре месяца года, обратив вспять робкое восстановление в начале квартала . Это произошло на фоне того, что по итогам 2025 года FAI упали на ошеломляющие 3,8% — самое резкое падение за последние десятилетия . Инфраструктурные инвестиции остаются относительным светлым пятном, но их недостаточно, чтобы компенсировать колоссальное давление со стороны секторов недвижимости и обрабатывающей промышленности.
• Прогнозы роста урезаны: Накопление слабых данных побудило крупные институты пересмотреть свои прогнозы в сторону понижения. Наиболее примечательно, что HSBC вдвое сократил свой прогноз роста розничных продаж Китая на 2026 год — с 5,2% до 2,8%, прямо ссылаясь на слабую потребительскую уверенность, затяжной спад на рынке недвижимости и замедление внутреннего спроса .

Все факты указывают на то, что экономика переживает замедление, вызванное падением спроса. Сочетание исчерпания стимулов, обвала авторынка, вызванного политикой, и глубокого кризиса доверия потребителей довело китайскую потребительскую машину до критической точки. Первое сокращение розничных продаж с пандемии — это не просто статистический рубеж; это предупреждение о том, что существующие меры не в состоянии восстановить органический и устойчивый рост. Без серьезного структурного сдвига в экономической стратегии вторая экономика мира, похоже, обречена на затяжной период хрупкости.