Рекордный профицит Китая в $105 млрд: как ИИ-бум компенсировал нефтяной коллапс в Ормузском проливе в мае 2026 года

Так торговый баланс Китая выглядеть не должен. Война, перекрывшая главную нефтяную артерию мира, должна была сократить положительное сальдо крупнейшего мирового импортера сырой нефти. Вместо этого май 2026 года принес профицит в размере $105,43 млрд — более чем на $13 млрд выше консенсус-прогноза и самый большой с января .

Этот парадокс — результат двух экстремальных и противоположных сил: работающей на полную мощность экспортной машины на базе искусственного интеллекта и рухнувшего до минимумов восьмилетней давности импортного счета за энергоносители . В итоге мы видим заголовок, который выглядит как признак равномерной экономической мощи, но на самом деле скрывает историю о двух совершенно разных Китаях.

Главные цифры: каждый показатель превзошел ожидания

Майские данные, опубликованные 9 июня Главным таможенным управлением КНР, превзошли все прогнозы экономистов.

• Экспорт вырос на 19,4% в годовом исчислении до рекордных $376,78 млрд, ускорившись с 14,1% в апреле и значительно превысив консенсус-прогноз в 15% .
• Импорт подскочил на 27,4% до $271,35 млрд, превысив ожидаемые 25% и практически не уступая апрельскому темпу в 25,3%. Сила импорта отражала агрессивное накопление запасов полупроводников, а не закупки нефти .
• Профицит торгового баланса в результате расширился до $105,43 млрд с $84,82 млрд в апреле .

Впечатляющий профицит обманчиво велик. Если исключить рухнувший счет за импорт энергоносителей, то базовый ненефтяной импорт оказался бы еще сильнее, подчеркивая, что это профицит, вызванный шоком предложения, а не слабым спросом.

Экспортный бум на базе ИИ: полупроводники берут на себя основную нагрузку

Главный фактор рекордного экспорта — ненасытный глобальный спрос на оборудование для искусственного интеллекта. В корзине товаров доминировали поставки полупроводников, особенно интегральных схем и чипов памяти.

В первые месяцы 2026 года экспорт интегральных схем вырос примерно на 73% в годовом исчислении благодаря сочетанию растущих объемов и 55,7-процентного скачка экспортных цен на фоне удорожания памяти . Газета Straitstimes сообщила, что спрос на оборудование для ИИ «компенсировал сбои, вызванные войной в Иране», и обеспечил самый сильный рост экспорта за три месяца .

Два структурных фактора также улучшили годовой темп роста. Во-первых, эффект низкой базы мая 2025 года — слабого периода, омраченного тарифной неопределенностью и глобальным спадом в производстве. Во-вторых, ажиотажное накопление запасов зарубежными покупателями, которые ускорили отгрузки, опасаясь, что конфликт с Ираном неизбежно приведет к росту затрат на компоненты и логистику. Это подтолкнуло китайский экспорт вперед именно в мае .

Нефтяной коллапс: импорт упал до уровня 2017 года

Пока экспорт рос рекордными темпами, импорт сырой нефти в Китай рухнул так, как это обычно бывает при тяжелой рецессии. Но причина здесь чисто геополитическая.

Импорт сырой нефти в мае упал примерно до 33 миллионов тонн (7,8 миллиона баррелей в сутки). Это самый низкий месячный показатель с октября 2017 года и менее двух третей от среднего уровня Китая в 2025 году, составлявшего 11,6 млн баррелей в сутки .

Морские поставки, отслеживаемые компанией Kpler, сократились еще более резко — примерно до 6,36 млн баррелей в сутки в мае. Это минимум почти за десятилетие и едва ли половина от 11,39 млн баррелей в сутки, зафиксированных в феврале, в последний полный месяц до американо-израильских ударов по Ирану 28 февраля . Импорт ближневосточной нефти в Китай в апреле рухнул до 2,15 млн баррелей в сутки — минимум почти за 14 лет .

Фактическая блокада Ормузского пролива отрезала Китай от обычных маршрутов поставок из стран Персидского залива, на которые исторически приходится около четверти его импорта сырой нефти . Но вместо того, чтобы лихорадочно скупать дорогие альтернативные баррели на спотовом рынке, Пекин сделал осознанный политический выбор: китайские НПЗ сократили переработку и начали использовать стратегические нефтяные резервы (SPR), экономя валюту и избегая разгона мировых цен .

Лондонская консалтинговая компания Energy Aspects прогнозирует, что общий импорт сырой нефти Китаем в 2026 году составит в среднем всего около 10,9 млн баррелей в сутки — уровень, невиданный со времен пандемии. Там отмечают, что война «показала, в какой степени исчез спрос» .

Геополитические эффекты: российская нефть, металлы и дешевая нефть

Кризис в Ормузском проливе вызвал целый каскад вторичных сдвигов в торговле.

• Цены на нефть не смогли подскочить выше $100 за баррель отчасти потому, что Китай — крупнейший в мире импортер — ушел с рынка, а не впал в панику. Коллапс спроса частично скомпенсировал шок предложения .
• Закупки резко переориентировались на российскую нефть. Китай увеличил зависимость от российской нефти, поставляемой по трубопроводам и арктическими морскими путями. Эта тенденция наметилась еще до войны, но резко ускорилась. Директор по исследованиям Kpler отметил, что в условиях затяжного конфликта обратиться к российской нефти было для Пекина «самым логичным решением» .
• Потоки сырьевых товаров разделились. Пока импорт нефти падал, Китай наращивал закупки меди, железной руды и других промышленных металлов для своей производственной экспортной машины, как сообщает BOE Report . В результате возник резкий раскол: падающий энергетический импорт на фоне растущего ввоза металлов, отражающий двустороннюю сырьевую стратегию.

Встречный удар ЕС: открывается новый фронт

Масштаб и структура китайского профицита действуют как ускоритель на и без того тлеющую торговую напряженность с Европой. ЕС рассматривает непрекращающийся поток китайского промышленного экспорта (сталь, химикаты, экологически чистые технологии, автомобили) как экзистенциальную угрозу своей промышленной базе, и майские данные дали ястребам новые аргументы.

• 29 мая Еврокомиссия провела политические дебаты, специально посвященные резкому росту китайского экспорта и «системному промышленному перепроизводству». Пять государств-членов — Испания, Италия, Франция, Нидерланды и Литва — подписали совместный документ с требованием более агрессивных действий .
• ЕС добивается мандата на создание нового «инструмента против перепроизводства» (overcapacity instrument) — аналога американского процесса по Разделу 301. Он наделит Брюссель широкими полномочиями по ограничению доступа на рынок ЕС в целых секторах, избегая медленных антидемпинговых расследований по каждому товару. Еврокомиссия обязалась представить новые инструменты экономической безопасности к сентябрю 2026 года .
• Конкретные меры уже реализуются. С июля 2026 года ЕС сократит квоты на беспошлинный ввоз стали на 47% (примерно с 33 млн тонн до 18,3 млн) и удвоит пошлины на сверхквотные поставки с 25% до 50% .
• Пекин пригрозил ответными торговыми расследованиями, включая проверки на предмет антидискриминационных мер и безопасности цепочек поставок, если ЕС продолжит внедрение нового инструмента .

История двух Китаев

Рекордный профицит Китая — это не однородный показатель экономической мощи. Это картина с двумя разными реальностями: экспортная машина по производству ИИ-чипов работает на полную мощность, в то время как энергетический импортный двигатель заглох из-за вызванной войной блокады. Механическое падение нефтяного импорта искусственно раздувает торговый баланс, маскируя подлинную силу ненефтяного импорта, отражающую промышленный спрос.

Одновременно Пекин справляется с энергетическим шоком за счет планового использования стратегических резервов и осознанного поворота к российской нефти — политики, которая еще сильнее сдерживает импортный счет. Сопутствующий ущерб нарастает в Европе, где сам размер профицита — в дополнение к рекордному годовому дисбалансу в $1,2 трлн в 2025 году — убедил политиков в том, что статус-кво неприемлем .

Формирующийся торговый арсенал ЕС представляет собой структурную эскалацию, а не временную размолвку, и готовит почву для гораздо более жесткой глобальной торговой среды во второй половине 2026 года.