Экономическая архитектура нового режима построена на значительно более узком коридоре для импорта.
Нововведения не ограничиваются цифрами — они меняют юридическое определение происхождения стали и дают регуляторам пространство для маневра.
Хотя правила применяются широко, есть два важных исключения.
Норвегия, Исландия и Лихтенштейн полностью освобождены от квот и тарифных ограничений, что отражает их глубокую интеграцию с единым рынком ЕС как членов Европейской экономической зоны (ЕЭЗ) . Однако на эти страны все равно распространяются требования по отслеживанию «плавки и разливки»
.
Более политически чувствительный элемент — отношение к российской стали. Регламент устанавливает график поэтапного отказа от действующего исключения для российских стальных слябов к 2028 году, тем самым устраняя остаточную квоту, сохранявшуюся после предыдущих санкционных корректировок .
Реакцию европейских сталелитейщиков лучше всего описать как сдержанное облегчение. Немецкая стальная федерация (WV Stahl), представляющая одну из крупнейших стран-производителей в Европе, приветствовала принятие документа как мощный сигнал против глобального перепроизводства, которое годами давит на национальных производителей .
«Сегодняшнее решение посылает сильный сигнал для производства стали в Германии и Европе», — заявил Гуннар Грёблер, президент Немецкой стальной федерации .
Однако приветствие сопровождалось четкими предупреждениями. Лидеры отрасли и профсоюзы последовательно заявляли, что одной лишь торговой защиты недостаточно. Немецкие производители выразили обеспокоенность, что регламент всё же может не до конца закрыть лазейки для перевалки через третьи страны, и призвали к более жесткому контролю . Юрген Кернер, заместитель председателя профсоюза IG Metall и вице-председатель правления Thyssenkrupp, отметил, что, хотя ограничения на импорт стали правильным ответом на дешевый азиатский ввоз и могут помочь защитить рабочие места, правительства также должны обеспечить снижение цен на энергоносители, увеличить инвестиционные стимулы для спроса и запустить экономическое стимулирование, чтобы гарантировать выживание сектора
.
Глобальная цель европейских металлургов, сформулированная Европейской сталелитейной ассоциацией (EUROFER), — вернуть загрузку мощностей к уровню 80–85%. Это резко контрастирует с текущей загрузкой заводов, которая колеблется в районе 65% .
Новый регламент — попытка ЕС решить структурную проблему, которую временные защитные меры больше не могли сдерживать. Действовавшие с 2018 года в рамках правил ВТО стальные защитные механизмы истекли 30 июня 2026 года и не могли быть продлены по закону . Фундаментальная проблема — колоссальный глобальный избыток мощностей без признаков ослабления — осталась
.
Критическим ускорителем стал риск перенаправления торговли из США. Поскольку Соединенные Штаты сохраняют широкие тарифные меры на импорт стали согласно разделу 232 своего торгового законодательства, ЕС действовал на опережение, чтобы не допустить ситуации, при которой излишки металла, предназначавшиеся для американского рынка, хлынули бы в Европу и превратили блок в свалку для глобального перепроизводства .