Состояние пролива: что кризис сделал с предложением

Ормузский пролив фактически закрыт с конца февраля: рои дронов Корпуса стражей исламской революции, морские мины и объявленная запретная зона для судоходства . К концу мая через пролив — обычно пропускающий около 138 судов в сутки — проходило менее десятка коммерческих кораблей . Немедленный результат: глобальное предложение нефти рухнуло на 10,1 млн б/с в марте 2026 года, что стало самым большим месячным падением со времен пандемии COVID‑19, а общее сокращение добычи в странах Залива превышает 11–14 млн б/с в зависимости от оценок .

Эти цифры не отражают всей глубины дефицита. Заместитель премьер‑министра России Александр Новак 4 июня предупредил о скрытом дефиците — примерно 12 млн б/с, которые не доходят до рынка, и отметил, что острая физическая нехватка может возникнуть в течение нескольких месяцев, если конфликты продолжатся, а страны Залива отложат инвестиции . Международное энергетическое агентство (МЭА) в своем майском обзоре оценило совокупные потери поставок к середине мая более чем в 1 млрд баррелей .

Траектория Brent отразила панику: цены взлетели примерно до $126 за баррель в марте, показав крупнейший месячный рост в истории, затем снизились до около $95 в начале июня на хрупких надеждах на переговоры США и Ирана . При таких уровнях нефть отражает не только физическое сжатие рынка, но и вероятность дипломатического прорыва, который пока не состоялся.

Прогнозы спроса: расхождение из‑за войны

Шок вынудил прогнозистов переписать свои ожидания по спросу на 2026 и 2027 годы. Майский ежемесячный отчет ОПЕК сократил оценку роста глобального спроса на 2026 год примерно до 1,2 млн б/с (против 1,4 млн б/с), прямо сославшись на срыв поставок из‑за иранской войны . Однако картель повысил прогноз на 2027 год до ~1,5 млн б/с — пересмотр вверх примерно на 0,2 млн б/с — в расчете на резкое восстановление стран, не входящих в ОЭСР, после возобновления потоков через пролив .

Управление энергетической информации США (EIA) придерживается более жесткой оценки. Его июньский краткосрочный прогноз урезает рост спроса на 2026 год всего до 0,2 млн б/с, отражая разрушение спроса, сконцентрированное в Азии — регионе, наиболее зависимом от ближневосточной нефти . EIA прогнозирует рост на 1,5 млн б/с в 2027 году — совпадая с нарративом ОПЕК о восстановлении, — но предупреждает, что даже после открытия пролива большинство доконфликтных моделей добычи и торговли не вернутся ранее конца 2026 — начала 2027 года .

Конкретные прогнозы МЭА по спросу до 2027 года не были получены в ходе сбора информации, хотя майский отчет МЭА косвенно цитировался в связи с оценками остановленной добычи, превышающими 14 млн б/с .

Ось Россия — Саудовская Аравия: координация под давлением

Двусторонняя встреча министра энергетики Саудовской Аравии принца Абдулазиза бен Сальмана и вице‑премьера РФ Александра Новака на полях Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) 4 июня стала неформальной прелюдией к заседанию двух тяжеловесов альянса . Публичный призыв принца Абдулазиза к «стабилизации в энергетическом секторе» был точен в момент, когда и кризис в проливе, и война в Украине сокращают добычу крупнейших производителей . Две страны, на которые теперь приходится более 20% мировой добычи нефти, задают гравитационный центр любого решения ОПЕК+ .

Предупреждение Новака о скрытом дефиците в 12 млн б/с, прозвучавшее на том же форуме, сигнализирует о позиции Москвы: рынок гораздо более напряжен, чем предполагают официальные квоты, и преждевременное наращивание предложения может оказаться катастрофическим, если пролив останется закрыт .

Что поставлено на карту 7 июня

41-я министерская встреча ОПЕК и не‑ОПЕК станет первой полноформатной сессией после выхода ОАЭ 1 мая. Этот уход — не символический; у него реальные физические последствия. EIA теперь ожидает, что свободные мощности ОПЕК составят в среднем 2,5 млн б/с в 2027 году (против предыдущего прогноза в 3,8 млн б/с) именно потому, что ОАЭ были крупным держателем простаивающих мощностей . Альянсу придется перераспределять квоты среди меньшего числа членов, одновременно сталкиваясь с крупнейшим срывом поставок в истории.

Делегаты, ознакомленные с повесткой, ожидают, что министры одобрят очередное увеличение добычи на 188 000 б/с на июль, продолжая постепенное сворачивание добровольных сокращений, начатое в апреле 2023 года . Главный вопрос: сохранят ли они этот темп, ускорят или приостановят его. При Brent около $95–101 — значительно ниже нижней границы в $90–100, на которую ориентируются бюджеты стран Залива, — фискальное давление толкает в разные стороны: ускорить сворачивание и рискнуть крахом цен в случае дипломатического успеха или сохранить и потерять долю рынка в пользу производителей вне ОПЕК .

Есть третий риск, от которого заседание не уйдет: время. JPMorgan предупредил в середине мая, что коммерческие запасы ОЭСР могут «приблизиться к критическому уровню» к началу июня, а если пролив останется закрыт — достигнуть опасно низких отметок к концу месяца . Этот расчет превращает встречу 7 июня из сессии по квотам в полноценное антикризисное управление. Альянсу предстоит решить, как распределять сокращающийся объем реальных баррелей на рынке, который исчерпывает накопленные запасы.

Состояние пролива: что кризис сделал с предложением

Ормузский пролив фактически закрыт с конца февраля: рои дронов Корпуса стражей исламской революции, морские мины и объявленная запретная зона для судоходства . К концу мая через пролив — обычно пропускающий около 138 судов в сутки — проходило менее десятка коммерческих кораблей . Немедленный результат: глобальное предложение нефти рухнуло на 10,1 млн б/с в марте 2026 года, что стало самым большим месячным падением со времен пандемии COVID‑19, а общее сокращение добычи в странах Залива превышает 11–14 млн б/с в зависимости от оценок .

Эти цифры не отражают всей глубины дефицита. Заместитель премьер‑министра России Александр Новак 4 июня предупредил о скрытом дефиците — примерно 12 млн б/с, которые не доходят до рынка, и отметил, что острая физическая нехватка может возникнуть в течение нескольких месяцев, если конфликты продолжатся, а страны Залива отложат инвестиции . Международное энергетическое агентство (МЭА) в своем майском обзоре оценило совокупные потери поставок к середине мая более чем в 1 млрд баррелей .

Траектория Brent отразила панику: цены взлетели примерно до $126 за баррель в марте, показав крупнейший месячный рост в истории, затем снизились до около $95 в начале июня на хрупких надеждах на переговоры США и Ирана . При таких уровнях нефть отражает не только физическое сжатие рынка, но и вероятность дипломатического прорыва, который пока не состоялся.

Прогнозы спроса: расхождение из‑за войны

Шок вынудил прогнозистов переписать свои ожидания по спросу на 2026 и 2027 годы. Майский ежемесячный отчет ОПЕК сократил оценку роста глобального спроса на 2026 год примерно до 1,2 млн б/с (против 1,4 млн б/с), прямо сославшись на срыв поставок из‑за иранской войны . Однако картель повысил прогноз на 2027 год до ~1,5 млн б/с — пересмотр вверх примерно на 0,2 млн б/с — в расчете на резкое восстановление стран, не входящих в ОЭСР, после возобновления потоков через пролив .

Управление энергетической информации США (EIA) придерживается более жесткой оценки. Его июньский краткосрочный прогноз урезает рост спроса на 2026 год всего до 0,2 млн б/с, отражая разрушение спроса, сконцентрированное в Азии — регионе, наиболее зависимом от ближневосточной нефти . EIA прогнозирует рост на 1,5 млн б/с в 2027 году — совпадая с нарративом ОПЕК о восстановлении, — но предупреждает, что даже после открытия пролива большинство доконфликтных моделей добычи и торговли не вернутся ранее конца 2026 — начала 2027 года .

Конкретные прогнозы МЭА по спросу до 2027 года не были получены в ходе сбора информации, хотя майский отчет МЭА косвенно цитировался в связи с оценками остановленной добычи, превышающими 14 млн б/с .

Ось Россия — Саудовская Аравия: координация под давлением

Двусторонняя встреча министра энергетики Саудовской Аравии принца Абдулазиза бен Сальмана и вице‑премьера РФ Александра Новака на полях Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) 4 июня стала неформальной прелюдией к заседанию двух тяжеловесов альянса . Публичный призыв принца Абдулазиза к «стабилизации в энергетическом секторе» был точен в момент, когда и кризис в проливе, и война в Украине сокращают добычу крупнейших производителей . Две страны, на которые теперь приходится более 20% мировой добычи нефти, задают гравитационный центр любого решения ОПЕК+ .

Предупреждение Новака о скрытом дефиците в 12 млн б/с, прозвучавшее на том же форуме, сигнализирует о позиции Москвы: рынок гораздо более напряжен, чем предполагают официальные квоты, и преждевременное наращивание предложения может оказаться катастрофическим, если пролив останется закрыт .

Что поставлено на карту 7 июня

41-я министерская встреча ОПЕК и не‑ОПЕК станет первой полноформатной сессией после выхода ОАЭ 1 мая. Этот уход — не символический; у него реальные физические последствия. EIA теперь ожидает, что свободные мощности ОПЕК составят в среднем 2,5 млн б/с в 2027 году (против предыдущего прогноза в 3,8 млн б/с) именно потому, что ОАЭ были крупным держателем простаивающих мощностей . Альянсу придется перераспределять квоты среди меньшего числа членов, одновременно сталкиваясь с крупнейшим срывом поставок в истории.

Делегаты, ознакомленные с повесткой, ожидают, что министры одобрят очередное увеличение добычи на 188 000 б/с на июль, продолжая постепенное сворачивание добровольных сокращений, начатое в апреле 2023 года . Главный вопрос: сохранят ли они этот темп, ускорят или приостановят его. При Brent около $95–101 — значительно ниже нижней границы в $90–100, на которую ориентируются бюджеты стран Залива, — фискальное давление толкает в разные стороны: ускорить сворачивание и рискнуть крахом цен в случае дипломатического успеха или сохранить и потерять долю рынка в пользу производителей вне ОПЕК .

Есть третий риск, от которого заседание не уйдет: время. JPMorgan предупредил в середине мая, что коммерческие запасы ОЭСР могут «приблизиться к критическому уровню» к началу июня, а если пролив останется закрыт — достигнуть опасно низких отметок к концу месяца . Этот расчет превращает встречу 7 июня из сессии по квотам в полноценное антикризисное управление. Альянсу предстоит решить, как распределять сокращающийся объем реальных баррелей на рынке, который исчерпывает накопленные запасы.