Ормузский пролив остается зоной боевых действий — часы нефтяного рынка тикают

Мониторинговый ресурс hormuzmonitor.com фиксирует, что дневной транзит держится на уровне менее 10 судов — катастрофическое падение по сравнению с довоенными объемами . Сотни судов до сих пор остаются в ловушке в Персидском заливе, и точных публичных данных о том, сколько из них смогло покинуть залив — по иранским разрешениям, в период апрельского «окна» или при поддержке американской операции «Project Freedom», — не раскрывается.

Иран формализует контроль: Управление Ормузского пролива

В марте 2026 года Тегеран учредил Управление Ормузского пролива Персидского залива (PGSA) . Новая структура внедрила разрешительную систему транзита: судовладельцы должны заполнить подробную декларацию с информацией о владельце, страховке, экипаже и грузе, и только после этого внести плату за проход . При неполных или неверных данных Управление грозит отказом в транзите или даже атакой .

18 мая PGSA объявило, что любой проход без разрешения иранских властей будет считаться «незаконным» и повлечет последствия . Ведомство общается с морским сообществом через официальный аккаунт в X и видеообращения, демонстрируя намерение Тегерана институционализировать свой силовой контроль после начала войны . Советник верховного лидера Мохаммад Мохбер заявил 8 мая, что стратегическая ценность пролива «сопоставима с ядерным оружием» и что Иран «ни при каких обстоятельствах его не потеряет» .

В ответ 28 мая Минфин США ввел санкции против PGSA, назвав эту структуру инструментом вымогательства Корпуса стражей исламской революции (КСИР), который «грубо нарушает международное право» и пополняет иранскую военную казну .

США пытаются «сопровождать» суда, но вето за Тегераном

4 мая президент Трамп объявил о старте «Project Freedom» — операции во главе с США по безопасному сопровождению невоенных судов из западни в Персидском заливе. Создана «зона усиленной безопасности» южнее обычных маршрутов, начата координация движения . Но проблема в том, что КСИР прямо запрещает проход судам под флагами США, Израиля и их западных союзников, а с 5 марта страховщики аннулировали полисы военного риска для этого района .

Уэрт подчеркивает: решение о движении все равно принимает не фрахтователь, а владелец судна. «Именно судовладелец решает, хочет ли он направить свое судно и экипаж через пролив» . Даже если США и Иран о чем-то договорятся, судовладельцы и страховщики должны сначала убедиться, что проход безопасен, предупреждает глава Chevron . Сейчас Иран сохраняет эффективное право вето на воде — через угрозу мин, досмотры и военные атаки .

Нефтяные буферы тают: счет пошел на недели

Нынешний кризис уже стал крупнейшим сбоем в истории поставок нефти. Международное энергетическое агентство (МЭА) констатирует: кумулятивные потери с 28 февраля достигли 12,8 миллиона баррелей в сутки — это «крупнейший перебой в предложении за всю историю глобального нефтяного рынка» . К середине мая было остановлено более 14 млн баррелей в сутки добычи в регионе Персидского залива .

Два исследования Brookings Institution описывают динамику. Майский доклад указывает, что закрытие пролива заблокировало 20% мирового рынка нефти и СПГ, назвав это «крупнейшей энергетической встряской за десятилетия» . Другой анализ от 25 мая — «Время надвигающегося нефтяного кризиса» — предупреждает: экстренный выброс нефти из резервов стран МЭА, начавшийся 11 марта, обеспечивает подушку всего в 2,5 млн б/с и закончится к 9 июля. Затем к середине июля 2026-го иссякнут последние временные буферы, и рынку придется одномоментно абсорбировать сжатие в 7,1 млн баррелей в день — или около 16% глобальной торговли сырой нефтью .

Эти выкладки подтверждают аналитики BNP Paribas: использование обходных трубопроводов, коммерческих и стратегических запасов — «лишь частичные и временные решения». Если потоки через Ормуз не восстановить, предупреждает банк, «у нефтяного рынка скоро не останется вариантов» . Чтобы закрыть зияющую брешь, мир сейчас тратит резервы со скоростью более 7 млн баррелей в день, или порядка 210 миллионов баррелей ежемесячно .

Шаткое перемирие и постоянная опасность

Дипломатическая картина остается зыбкой. Источники ссылаются на апрельское прекращение огня, которое позволило на короткое время открыть пролив , но Уэрт констатирует: атаки идут «даже на фоне хрупких переговоров о перемирии между США и Ираном» . Текущий статус продления режима прекращения огня или идущих ядерных переговоров к концу мая публично не подтвержден.

Зато очевидно другое: акватория небезопасна. Неоднократные нападения на суда — подтвержденные и оставшиеся за кадром сводок — означают, что Ормузский пролив остается горячей боевой зоной. В комбинации с иссяканием глобальных нефтяных буферов мир стремительно приближается к моменту, когда стратегические и экономические издержки блокады проявятся в полной мере, а выхода из тупика на горизонте не видно.